Чтение онлайн

Из Столицы им действительно удалось уйти незамеченными. В предрассветных сумерках они проникли в депо. Там, обойдя не сильно ретивую охрану, они пробрались в грузовой вагон и схоронились за штабелями ящиков с товарами. Гул опустил свою ношу и принялся сноровисто вязать культиста — до того на это просто не было времени. Брат Майкер в беспамятстве метался и стонал. И орк, не церемонясь, заткнул ему рот обрывком его же рубахи.

Мила склонилась над Райаном. Убедившись, что Вестник просто глубоко спит, удовлетворённо кивнула и вместе с эльфом начала с любопытством разглядывать ящики. Наконец её губы тронула улыбка.

— А я думал, заметишь ты или нет, — сказал бард, — Вон Гул тоже давно почуял.

— Пораньше тебя, Саламар.

— Ну да, ну да. Ты же орк из древнего рода…

— Это же розовое мыло? — перебила его девушка и прижалась к одному из стеллажей. Она глубоко вдохнула тонкий цветочный аромат и блаженно зажмурилась. А эльф вспомнил, что у неё закончился флакончик с её духами и она, по-видимому, страдала без регулярного вдыхания каких-нибудь приятных ароматов.

Саламар поймал себя на мысли, что это довольно странно. Ещё какой-то час назад она находилась среди крови, внутренностей, гари и копоти. Там, где царила смерть, хаос битвы и агония. А сейчас девушка прижимается к ящикам с мылом и так глубоко вдыхает его аромат, что кажется, пуговицы её камуфляжной куртки вот-вот оторвутся, не выдержав напора вздымаемой упругой груди.

— Бард, — тихо окликнул его Гул, — ты бы отвёл взгляд, а?

— Что? Зачем это? Я говорил и вроде бы не раз, что люблю получать от жизни удовольствие. И сейчас мне доставляет удовольствие смотреть, как красивая женская грудь рвётся наружу, из тисков этих неудобных одежд. Она как будто бы взывает, говорит…

— Бард! — орк яростно сверкнул глазами, но Мила лишь рассмеялась. Она открыла глаза, повернулась к сержанту и сказала:

— Это он так шутит, ты же знаешь… Интересно, а куда повезут столько мыла?

— Скорее всего, в поселение под названием Бани, — ответил Гул, — Ты, может быть, слышала о нём? Там куча горячих источников бьющих из-под земли.

— Да-да! Я слышала об этом! Так мы сможем там побывать?

— Я думаю, что нам даже стоит там задержаться на некоторое время, — сказал Саламар, — Что вы так смотрите? Нет, это не потому, что я вдруг страстно возжелал принять горячую минерализированную ванну! Это хорошее место, чтобы перевести дух некоторое время. Нашему персональному Вестнику нужно нормально прийти в себя, а более удачного места для восстановления сейчас просто и представить нельзя.

— Но нас же будут искать! — воскликнула девушка.

— Да кто? Кучка обгоревших трупов? Никто из живых не видел нас, покидающих резиденцию культистов. Может, кто-то и додумается увязать пожар, смерти и пленение одного непростого члена Ордена Вестников, но я сомневаюсь, что среди выживших культистов остались настолько осведомлённые разумные. Сейчас, по здравому размышлению, я могу смело заявить, что когда начнутся какие-нибудь следственные мероприятия, они за пределы территории Столицы выйдут ещё очень не скоро. Тем более, вряд ли кто-нибудь сразу станет искать в таком знаковом и заметном месте как посёлок Бани. Оздоровительный посёлок, попрошу заметить!

Эльф помахал перед лицами сидящих товарищей, воздетым указательным пальцем.

Они ещё некоторое время сидели и спорили относительно конечной точки маршрута и того стоит ли останавливаться в ней, как предлагал бард, на несколько дней. Через щели вагона потихоньку начали проникать солнечные лучи. А ещё через небольшой промежуток времени они услышали разговоры подходящих к вагонам бурлаков. Тут культист особенно сильно застонал, так, что его было хорошо слышно даже через кляп.

— Ты слышал? — донёсся до них хриплый голос снаружи.

Мила положила руку на голову культиста и начала его гладить.

— Тщ-щ-щ-щ…

Сведённое судорогой лицо расслабилось, и культист ровно и спокойно задышал.

— Что слышал? Крысы, поди!

При этих словах девушка беспокойно заозиралась.

— Да? Ну, может быть… Сраные голохвостые твари! Катаются на наших горбах, прямо как бригадиры…

— Что катаются или что крысы?

— Зажравшиеся крысы, ездящие на наших шеях! Ладно, бери накладную и дуй в вагон сверять товар.

— А чего это я?!

— Ну не я же! Пошёл тебе говорят, пока в бубен не хлопнули!

Послышалось какое-то бормотание, потом дверь вагона отъехала в сторону, и в него поднялся тощий нескладный мужичок. Он встал у входа, посмотрел на бумагу, зажатую в руке, а потом начал тыкать в стеллажи пальцем, беззвучно бормоча себе под нос. Кампания замерла, прижавшись спинами к стеллажам, загораживающим их от счетовода. Мила продолжала гладить культиста, Гул и Саламар следили за вошедшим. Мужичок считал крайне медленно. Похоже, он постоянно сбивался и начинал всё сначала. Но вот он посчитал первый ряд и начал обходить вагон, пересчитывая второй. Постепенно он приближался к стеллажам, за которыми они укрывались. Все они, казалось, что даже и культист, затаили дыхание. Бард заметил, как побелели сжатые кулаки орка. Вот ещё чуть-чуть и бурлак их увидит. Что они тогда сделают? Как поступят?

— Ну, ты чего там? Спать собрался? — раздалось с улицы, — Думаешь, мы про тебя забудем, и ты тоже на наших горбах прокатишься?

— Да всё! — откликнулся мужичок, — Выхожу! Нормально тут всё! Все ящики.

— А они хоть с мылом?

— Да с мылом! Тут так воняет этим мылом, что дышать уж нечем.

Бурлак пошёл к выходу из вагона, а бард перевёл дух и посмотрел в сторону Милы и лежащих культиста и Вестника. Он увидел, что глаза Райана открыты, он смотрит в сторону дверей, а в руке перекатываются его эмпатиты. Что-то подсказывало барду, что бригаде бурлаков сильно повезло, что у них сегодня такой нерадивый счетовод.

Дверь вагона закрылась, он дёрнулся и покатился по древним рельсам, под аккомпанемент незамысловатых бурлацких песен и ругани.

2

Культист, после их отъезда из Столицы пришёл в себя и всё время их пути брыкался и пытался что-то мычать через кляп. Но они его не развязывали. Лишь вечером первого дня их поездки, когда бурлаки остановились на ночной привал у железнодорожного блокпоста, Мила вынула кляп, чтобы дать культисту немного поесть и попить из тех скудных припасов, что у них оставались. Перед этим настоятельно попросив культиста не поднимать шума. При этом девушка покрутила перед его носом своим немаленьким ножом. Нож, поймав лунный свет, пробивающийся через щели вагона, блеснул обнажённым лезвием.

Эльфу на миг показалось, что трапперша действительно может пырнуть этого человека, если он вздумает подать голос. Такой у неё в этот момент был взгляд. Похоже, то же самое понял и пленник, так как за время ужина, пока девушка кормила его с рук, не издал ни звука.

Дождавшись, когда с блокпоста перестанут доноситься разговоры, они вышли из вагона совершить ночной променад.

— Уф-ф-ф, — протянул из темноты бард, — Я думал, я лопну или не выдержу и наделаю прямо в вагоне.

— Мы все так думали, Саламар, — прошептал в ответ Райан.