Чтение онлайн

Строй наступающих противников дрогнул, стена щитов где-то опустилась, а где-то и вовсе была прорвана. Растис Мерн, который ждал действий Эйриха, тут же дал команду открыть огонь. На этот раз залп бойцов его отряда был более удачным и опустошительным. А к строю врага уже чертили чёрные линии следующие шашки. После второй серии взрывов слитная цепь наступающих наконец-то распалась, и отреченцы рассредоточившись на как можно большую площадь, перешли на бег.

Эйрих поправил положение динамитомёта, изменил степень натяжения тетивы и послал ещё один дымящийся снаряд, переданный ему капралом. Вслед за ним взметнулись ещё три дымовые линии, а где-то в стороне, даже сквозь грохот выстрелов, гном услышал, как кто-то отчаянно материться.

— Подавиться бородой! — воскликнул он, делая рывок к ступеньке, — Похоже, у кого-то из этих криворуких слетела шашка!

Действительно, из дальнего края траншеи, кувыркаясь, вылетела чадящая палочка и упала рядом с позициями эсторцев.

— Рукожопы! — с досадой крикнул Эйрих и зажмурился, когда прогремела цепочка взрывов, в том числе и тот, что чуть не накрыл их позиции.

Он снова скатился вниз, и проорал капралу:

— Поджигай ещё одну!

— Капитан, мы не успеем, они уже близко!

— Поджигай, твою бородатую!..

Сам гном на свой страх и риск поворачивал метательную конструкцию. Когда выглядывал, он заметил, что отреченцы просчитали траекторию падения динамита и постарались расступиться от возможных мест падения будущих взрывных гостинцев. Возможно, кто-то из его парней сейчас сделал то же самое. И когда он выпустил этот снаряд и увидел ещё несколько чёрных следов от пущенных их соседних конструкций, он лишь беззвучно выругался. Гном понимал, что его парни по-другому бы и не поступили, даже если бы он отдал им обратный приказ. А сейчас, каждый из нарядов динамитомётов возьмёт в руки по динамитной шашке и уже вручную подкинет супостатом гостинцев, невзирая на то, что они сами могут погибнуть. Эйрих знал это, чувствовал, хотя подобного они заранее не обговаривали. Просто капитан и сам собирался так поступить, и стоящий рядом капрал. Но у них оставалась только одна динамитная шашка.

Сморт стоял у окна самой крайней многоэтажки городка, смотрел на разгорающееся внизу сражение и выжидал. Вот армия Полюса Отречения пошла на приступ, вот Растис попытался прощупать их на прочность. Вот они в ответ устроили самую настоящую волну из стрелков, подавляющих любые попытки эсторцев поднять голову. Сморт подивился такой слаженной чёткой работе, тут видны долгие и упорные тренировки. Сверху, пусть и издалека, ему было хорошо видно, как единой цепочкой, образовав чешуйчатую стену из щитов, двигалась первая линия отреченцев. За ними двигались несколько рядов стрелков. Рядом со стрелками шли воины со щитами, одним на двоих, они словно по счёту приседали на одно колено, подставляя свой щит наступающему на него стрелку, а затем поднимали его вверх. За это движение воин успевал выстрелить, а опустившись подготовить своё оружие к следующему выстрелу, пока по очереди отстреливаются два ряда других стрелков.

Это надо будет запомнить и применить, решил для себя Сморт. Если, конечно, он проживёт достаточно долго для этого.

Вот в дело вступил Эйрих. Старина Эйрих, придумавший свою лютую конструкцию, сейчас довольно эффектно и эффективно себя показавшую. Плотность строя сыграла с отреченцами злую шутку, после первого же запуска их потери стали просто невероятными. Они разомкнули строй и побежали вперёд.

Такую реакцию Сморт и остальные капитаны тоже просчитывали.

Вот Растис полноценно вступает в схватку. Сморт высовывается из окна и машет сигнальными флажками — красными, цветом, оговорённым для этой ситуации. Его солдаты, ждущие своего часа на флангах, выходят из укрытий и берут панически атакующих отреченцев в клещи. Сам Сморт кубарем скатывается на первый этаж и присоединяется к другой группе бойцов для встречной лобовой контратаки.

Тем временем солдаты Полюса Отречения достигают первой линий траншей, и Эйрих со своими бойцами вступает врукопашную. Перед этим кто-то успевает кинуть динамит. Неудачно.

Взрывом разносит не только часть нападающих, но и самих обороняющихся и обваливает значительный кусок траншеи.

Бойцы Растиса продолжают обстрел. На это раз он значительно более удачен, чем в начале штурма. Они прекращают огонь, когда мимо них пробегают солдаты из отряда Сморта и присоединяются к контратаке.

Эсторцы, у которых значительно больший опыт рукопашных схваток, сначала останавливают, а затем и начинают теснить разрозненную волну отреченцев. Сначала они пятятся, а когда во фланги им ударяет другая часть бойцов Сморта, уже окончательно теряют самообладание.

Над пустырём на окраине шахтёрского городка, среди прочих звуков битвы, начинает набирать силу и нарастать, перекрывая остальные звуки, радостный рёв солдат армии Свободного Эстора, ликующих при виде показавшего спину неприятеля. Те бежали, бросая тяжёлые щиты и оружие, оскальзываясь и падая на ошмётках тел своих сослуживцев, спотыкаясь о тела и топча тех, кто пытался подняться.

Солдаты в азарте и горячке боя бросаются вслед удирающему врагу. Распалённые, они не слышат криков Сморта и Эйриха, призывающих оставаться на позициях. Даже бойцы Растиса Мерна, которых все уже помаленьку начали представлять себе как стрелковый отряд, полезли из своей траншеи, отбрасывая в стороны винтовки и берясь за нормальное мужское оружие. Растис, матерящийся и стучащий тростью о край блиндажа, замер, уставившись на поле. Через дым и копоть, висящие над полем, между телами бегущих бойцов обеих армий, он увидел вспышки пламени. На той стороне поля, возле руин, мелькали длинные струи огня.

Растис схватил подзорную трубу, навёл на противоположный край поля, подкрутил фокус и смог различить массивные стальные фигуры «мобильных доспехов». Их было немного, всего пять, но из металлических рук вырывались те самые языки пламени. Непонятно на что сейчас были направлены эти железные монстры, какого эффекта хотело достичь командование отреченцев? Остановить бегущую в панике толпу своих солдат? Так они разбились на два потока, огибая металлических болванов. И даже то, что струи пламени касались некоторых из них, не останавливало бегущих и не заставляло их развернуться обратно. Напугать эсторцев? Возможно. Вид живой плавящейся плоти, мгновенно охватывающейся огнём, запах палёного мяса, что долетел даже до Растиса, заставил солдат Свободного Эстора перейти с бега на шаг, а потом и вовсе замереть.

Но почему этих монстров запустили только сейчас?

Растис видел, как мобильные доспехи, заливая всё вокруг огнём, устремились навстречу их бойцам. Капитаны, конечно, предусматривали вступление в бой этих металлических болванов, но никто не предполагал, что они умеют плеваться струями огня. Да ещё и на такие расстояния! Если это не магия прошлого, то что это?! Растис видел, что от этих струй пламени нет спасения, не помогали доспехи. Огонь, стоило ему попасть в кого-нибудь или что-нибудь, будто прилипал к любой поверхности. Где же эти культисты-перебежчики со своими мерами по противодействию?

И в этот момент заговорили пушки, которые ещё никак не обнаруживали себя в предыдущей перестрелке, а из-за окраинных домов показались трофейные мобильные доспехи эсторцев, которыми сейчас управляли фанатики. Правда их было всего два, они были частично повреждены и не обладали тем страшным огненным оружием. Но с поддержкой пушек это преимущество можно считать несущественным.

Мобильные доспехи врага ускорили своё движение, стараясь как можно быстрее сократить дистанцию с эсторцами, прижаться к ним, дабы если не прекратить обстрел из пушек, то хотя бы постараться стать причиной гибели бойцов от дружественного огня.