Чтение онлайн

Мы стояли у окна, глядя на город. Томление нарастало, заполняя пространство между нами. Ожидание стало почти невыносимым, оно вибрировало в воздухе, как натянутая струна.

– Видео, Клим, - тихо сказала я, нарушая тишину.
– Ты обещал.

Он молча поставил стакан, достал смартфон и разблокировал его. Повернув экран ко мне, он зашёл в скрытую папку.

– Вот он, - Клим указал на файл.
– Один клик, и его не будет. Никуда не отправлен. Нигде не сохранён.

Я посмотрела на превью ролика, который так долго был моим кошмаром, а потом перевела взгляд на Клима.

– А не появится ли новое видео сегодня?
– в моём голосе проскользнула дерзость, смешанная с опаской.

Клим на мгновение замер, а потом его губы тронула короткая, чуть хищная усмешка.

– Только если ты сама захочешь собрать домашнюю коллекцию, - он сделал шаг ближе, заставляя меня отступить к стеклу.
– А так, нет. Не планировал.

Я приподняла бровь.

– Для внуков, конечно. Семейный архив.

Он рассмеялся.

Напряжение чуть ослабло.

Но не исчезло.

Я поставила стакан.

– Мне нужно в душ.

Клим кивнул. Его взгляд потемнел, приобретая ту самую пугающую глубину, от которой подкашиваются колени. Он медленно снял пиджак, отбросив его на барную стойку, и начал расстегивать верхние пуговицы рубашки. По его движениям я поняла, в душ я одна не пойду.

Он подошёл вплотную. Его руки легли мне на плечи, скользя вниз к молнии на спине.

– Я помогу, - прошептал он мне в макушку.

Металл молнии тихо пополз вниз. Платье соскользнуло с моих плеч, удерживаясь только на бедрах. Холодный воздух из комнаты коснулся обнажённой спины, но это ощущение тут же утонуло в жаре его ладоней.

Платье упало к моим ногам мягким шёлковым облаком, и вот я осталась только в тонком кружевном белье, его браслете и туфлях на шпильке.

Он смотрел на меня сверху вниз, не жадно, не хищно, а с каким-то почти болезненным вниманием. Как будто запоминал каждый сантиметр. Его дыхание было тяжёлым, неровным. Я видела, как напряглись мышцы на его шее, как дрогнули пальцы, когда он коснулся моей ключицы.

– Ты дрожишь, - сказал он тихо.

– Не от холода, - ответила я, и голос вышел хриплым.

Его губы тронула короткая, почти уязвимая улыбка.

Я потянулась к его рубашке. Пуговицы расстёгивались медленно, одна за другой. Мои пальцы скользили по горячей коже, ощущая каждый вдох, каждый удар сердца. Когда последняя пуговица поддалась, я стянула рубашку с его плеч. Она упала на пол рядом с моим платьем. Его кожа была горячей, чуть влажной от напряжения.

Я потянула его за ремень брюк. Он не сопротивлялся. Только дыхание стало ещё тяжелее. Пряжка тихо щёлкнула. Брюки соскользнули вниз вместе с боксерами. Он шагнул из них, полностью обнажённый, без малейшего стеснения. Его тело было напряжено, мышцы перекатывались под кожей, член уже стоял тяжёлый, пульсирующий, готовый. Но он не торопил.

Я сняла туфли, медленно, чувствуя, как пол холодит босые ступни. Потом потянулась к застёжке бюстгальтера. Он перехватил мои руки.

– Дай мне.

Я кивнула.

Его пальцы скользнули за мою спину. Застёжка расстегнулась одним движением. Бретельки упали с плеч. Он не стал снимать бюстгальтер сразу, просто провёл ладонями по моим бокам, по рёбрам, по талии, как будто изучал меня заново. Только потом стянул кружево вниз. Грудь обнажилась, соски мгновенно напряглись от холодного воздуха и его взгляда. Он тихо выдохнул, почти стон.

Потом опустился на одно колено. Я замерла. Он стянул с меня трусики медленно, целуя внутреннюю сторону бёдер, живот, линию над лобком. Его губы были горячими, дыхание обжигало кожу. Когда трусики упали к моим ногам, он поднялся, скользя ладонями по моим ногам, бёдрам, талии, груди. Его большие пальцы задержались на сосках, слегка сжали, покатали. Я тихо застонала, выгнувшись ему навстречу.

Клим прижал меня к себе, полностью обнажённую к полностью обнажённому. Кожа к коже. Жар к жару. Его член упёрся в мой живот твёрдый, горячий, пульсирующий.

– Душ, - выдохнул он.

Ванная была огромной, чёрный мрамор, стеклянные стены. Клим включил воду, сразу горячую, почти обжигающую. Пар поднялся мгновенно, заполняя пространство белым туманом.

Клим шагнул под струи первым. Вода стекала по его плечам, по груди, по прессу, собираясь в тонкие ручейки. Он протянул мне руку.

Я вошла.

Вода ударила по коже, горячо, почти больно. Но его руки тут же обняли меня сзади, крепко, надёжно. Он прижал меня к себе, грудью к моей спине. Его подбородок лёг на моё плечо. Вода стекала по нам обоим, горячая, смывающая остатки макияжа, напряжения, страхов.

– Ты хоть представляешь, сколько раз я представлял тебя вот так?
– прорычал он, голос низкий, надтреснутый.
– Голой. Мокрой. Прижатой ко мне. Чтобы ты наконец перестала притворяться, что тебе не нужно.

Клим не стал ждать. Он развернул меня лицом к себе резко, и прижал к мокрой стеклянной стене спиной. Вода стекала по нашим телам, горячая, почти обжигающая. Его губы нашли мои жадно, грубо, без всякой нежности. Язык ворвался в рот, требуя, захватывая, как будто хотел вылизать каждую клеточку. Зубы прикусили мою нижнюю губу сильно, до лёгкой боли, и я застонала ему в рот, впиваясь ногтями в его плечи.

Его рука скользнула вниз между моих ног, пальцы грубо раздвинули меня, большой палец лёг на клитор и надавил резко, без предупреждения. Я выгнулась, вцепившись в его волосы.

– Уже мокрая, - он усмехнулся мне в шею, зубы впились в кожу чуть ниже уха.
– Течёшь, как будто ждала меня весь вечер. Хорошая девочка.

Он ввёл два пальца резко, глубоко, без всякой подготовки. Я вскрикнула, от неожиданности, от полноты, от того, как он сразу нашёл ту точку внутри, от которой у меня подкашивались ноги. Он двигал ими быстро, жёстко, сгибая, надавливая, выкручивая, каждый толчок сопровождался низким рычанием у меня на шее.

– Чувствуешь, как я тебя растягиваю?
– прошептал он хрипло, добавляя третий палец.
– Скоро будет мой член.

Я стонала громко, не сдерживаясь, звук отражался от стен и стекла. Он сжал мою грудь свободной рукой грубо, сильно, сосок между пальцами, потом наклонился и взял в рот, прикусил зубами, потянул, посасывая так жадно, что я почувствовала, как волна удовольствия поднимается от низа живота к горлу.

– Кусай сильнее, - выдохнула я, сама не узнавая свой голос.

Он поднял голову, глаза дикие, зрачки огромные.