Ненавистный брак
Шрифт:
– Княгине необходима нежность, внимание, ласка, забота и понимание. Ее должна окружать атмосфера гармонии… – жестко сказал Лев Ильич. – Это единственное лекарство, которое я могу ей прописать, и которого, уверен, ей не хватает…
Александр качнул головой и вошел в спальню жены. Увидев входящего мужа, Лиза слегка вздрогнула, но разглядела в его глазах лишь искреннюю обеспокоенность, нежность и любовь. Да-да, любовь. Этот человек любил ее! Но насколько прочным доказательством ее невиновности стала бы услышанная им правда? И могла ли правда противостоять его дикой, необузданной гордости? Лиза поняла, что их с Федором ложь, вероятно, стоила бы Лаврецкому жизни, а она отделалась бы презрением, которое не смогла бы перенести. Осознав все это, девушка тихонько всхлипнула. Александр взял жену за руку и принялся успокаивать, говоря ей какие-то нежные слова. Лиза закрыла глаза, чтобы не видеть насмешливого удовлетворения на радостно-счастливом, сияющем лице Наташи, которая стояла рядом с князем, облокотившись на спинку кровати.
– Ну-ну-ну, – ласково приговаривал Карелин, – лучше тебе поспать. Доктор прописал тебе покой и отдых, и его указания будут беспрекословно выполняться. Твоя жизнь для меня драгоценна!
Лиза услышала, как Наташа, наверняка уже не в первый раз, стала рассказывать, что, поднимаясь после ужина к себе, она нашла княгиню лежащей без сознания у двери своей спальни... Без сомнения, Маслова сказала это, чтобы дать понять ей, что покамест она на ее стороне, и ничего не рассказала князю. Александр наклонился к жене и поцеловал ей руку. Лиза прикрыла глаза не в силах вынести насмешку, притаившуюся в зрачках своей врагини, ее саркастичную улыбку. И взгляд, и усмешка были настолько вызывающе-дерзкими и оскорбительными, что вывели Лизу из себя, впрочем, она тут же почувствовала себя слабой и несчастной. Наташа взяла Александра под руку и вывела из комнаты, а Лиза протестующе стиснула руки от бессильного негодования и от того, что час расплаты и справедливого возмездия откладывался.
– Подожди, как только Федор будет в безопасности, Александр все узнает... все, и пусть убьет меня, если захочет! – воскликнула Лиза про себя.
На следующее утро, еще до восхода, Федор попрощался с доктором и князем, с ужасом сознавая, что Наташа добилась от Александра разрешения остаться в усадьбе до рождения ребенка, чтобы освободить Лизу от домашних забот и хлопот.
– Я не могу вот так взять и бросить ее, – печально сказал себе Федор. – Кто-то должен быть рядом с ней и защитить ее от Масловой!
Когда Катя с явным недовольством в голосе сообщила Лизе новость о Наташе, девушка вскочила с кровати, вне себя от ярости и волнения. Она почувствовала себя загнанной в угол, начиная понимать игру Наташи и напрасно ища в себе мужество противостоять сложившейся ужасной ситуации. Лиза беспорядочно металась из угла в угол просторной спальни, а расстроенная Катя бродила за ней, приговаривая:
– Да не мечись ты так, матушка, – упрашивала она, – не кручинься. – Ох, не к добру я это сказала, ох не к добру… – причитала старая служанка.
– Напротив, Катя, я должна благодарить тебя за то, что ты мне рассказала. Александр командует всем, будто меня и нет здесь вовсе, будто я не жена ему... Могу поклясться, что он уехал с Наташей... правда?
– Скорее, это она за ним побежала, матушка. Да и думается мне, что барин-то наш решил ее оставить здесь тебе во благо. Мужики-то ведь, порой, такие бестолковые... а я – простая служанка... что я могу сказать ему, как надоумить?
Катя опустила голову; унизительность положения болезненно ранила ее, будто в первый раз. Лиза тотчас же забыла о своих трудностях и с искренним интересом смотрела на загадочное выражение катиного лица, стараясь понять его. Она испытывала к Кате какую-то странную нежность и благоговение.
– Добрая, славная моя Катя, ты не просто служанка. Ты так сильно любишь Александра, и так предана ему, что, по крайней мере, я смотрю на тебя как на очень близкого ему человека... как на его родную мать!
– Бог с тобой, матушка, не говори так! – растроганно ответила Катя.
– Послушай меня, Катя. Если ты поговоришь с князем, он прислушается к твоим словам? Сочтет их искренними?
– Он знает, что я жизнь за него отдам. Если я поговорю с ним, он выслушает меня, да не послушает. Он ведь барин... Эх, да что там! Он знает больше всех... или думает, что знает... Прости меня, матушка, за то, что я так говорю... прямо.
– Ты всегда говори со мной откровенно, по правде, давай советы. Мне нравится слушать их.
– Тогда я скажу тебе одно: с волками жить по-волчьи выть. Коль она, Наташа эта – проныра, так и тебе тоже ловчить надо, подождать случая, чтобы потом победу праздновать. А твой случай уже неподалече. Ты только не отчаивайся, матушка, дождись его...
– Ты права, Катя. Я никогда не умела ни ловчить, ни ждать... Но сейчас я подожду.
Катя не обманывала Лизу: Наташа и в самом деле поехала вдогонку за Карелиным, а потом, следом за ним, примчалась домой бешеным галопом. Когда они сидели в гостиной, Наташа шутливо намекнула Александру, что он находится у жены под каблуком, и не пьет водку, послушно подчиняясь приказу княгини. Однако Карелин живо сменил тему разговора и сказал, что сегодня вечером они поедут в деревню. В честь именин святого Александра жители приготовили ему подарок, и по такому случаю там будут проходить гуляния и пляски.
– Не следует опаздывать к празднику, чтобы не разочаровывать их, – сказал Карелин и в заключение добавил: – Если бы господин Ежов не глупил, настаивая на отъезде, он мог бы увидеть что-нибудь интересное.
Пользуясь случаем, Наташа ринулась в атаку, не желая упускать свой шанс.
– Господин Ежов слишком образован для торговца зерном, – как бы мимоходом заметила она. – И доктор считает, что он больше похож на уланского офицера. Возможно, он вовсе не тот человек, за кого выдает себя, и даже скрывает свое настоящее имя.
Александр рассмеялся, посчитав слова Наташи шуткой.
– Мне кажется, ты несколько преувеличиваешь, Наташа, у тебя богатое воображение. Тебе повсюду мерещатся тайны и скрытые герои. Кстати, раскрою тебе одну тайну: Ежов без ума от тебя, да и тебе пришлась бы кстати подобная романтическая дружба.
– Можешь шутить надо мной, если это тебя забавляет, – со злостью ответила она. – Смейся, если тебе так угодно, только как бы потом мне не пришлось смеяться над тобой. Смеется тот, кто смеется последним!
– Почему ты так разозлилась? Что ты имеешь в виду?
– Ничего, ничего особенного, это не важно. Пойду, переоденусь.
Слегка нахмурившись, Карелин смотрел вслед удаляющейся Наташе, хотя на губах его оставалась шутливая улыбка. Вопреки желаниям эта женщина, говорившая с ним с такой злостью, незаметно растревожила его. Карелин понял, что Наташа стала ему в тягость, и что ему доставляет удовольствие мучить ее. Однако Александр почти тут же пожалел об этом и пошел за Масловой. Он позвал Наташу, но вместо нее в комнату вошла Лиза. Увидев тень на лице жены, Карелин поспешил объяснить, что немного подшутил над Наташей и хотел загладить вину и извиниться перед ней. Успокоившись, молодая княгиня посмотрела на мужа и улыбнулась в ответ. С каждой секундой ей становилось лучше. Конечно, Лиза убедилась, что Маслова припрятала свой нож не иначе для того, чтобы наточить его поострее для окончательного, прицельного удара, но она вспомнила катины слова и решила перехитрить врага и подождать.
– Знаешь, Лиза, я решил оставить Наташу в Карелинке, пока не родится ребенок, – сообщил жене Карелин и тут же поинтересовался. – Тебя это злит и тревожит?
– Да, и ты отлично это знаешь, но у меня нет выхода.
– Будем разумными, Лиза, и не станем поддавться нашим симпатиям и антипатиям. Наташа – честный и преданный человек. Мне жаль говорить тебе об этом, но я не смог бы обойтись без ее услуг.
– Очень хорошо, Александр, не трудись объяснять. Ты требуешь, чтобы я поладила с Наташей.