Чтение онлайн

Марта переоделась в белое платье с голубыми полосками по подолу и рукавам. Андрей как-то заметил, что очень оно ей к лицу, и в память об известном событии, хозяйка перевела одежку из будничных в разряд праздничных.

– Давайте возьмем и Тобика, ему же тоже интересно, - предложила она, и все дружно поддержали. Пес, словно догадавшись, о чем речь, радостно прыгал, норовя лизнуть то одного, то другого в лицо.

Солнце успело раскалить проселок настолько, что пыль - а она доходила порой до щиколоток - обжигала подошвы, особенно ей, решившей отправиться, как и все, босиком.

Было жарко по-августовски, и всем не терпелось поскорее добраться до благословенной воды; поэтому весь путь до ерика - а это пятнадцать минут ходьбы - преодолели вмиг. При этом Марта, подхваченная "под ручки" Борисом и Ваньком, больше летела по "атмосфере", чем бежала; было смешно и весело.

На ерике оказалось полно народу - разумеется, мелкого; над "лягушатником", где воды было немногим выше колен, висел визг и гам, как в добрые старые времена.

– Тут вам учиться плавать будет тесновато, - заметил Борис.

– А мы найдем другое место!

– Ну а мы для начала попрыгаем с вербы, чур не я воду греть, - сказал Миша, на ходу стаскивая рубаху; разделись и остальные, побросав одежду как попало.

Выше по течению, нависая кудрявыми ветвями над самой водой, тянулся ряд старых раскидистых верб. Росли у самого уреза, отчего желтые корни, подмытые водой, напоминали космы сказочного водяного. На одной из них облюбовали для себя вышку охотники до прыжков в воду: приличная высота, надежная глубина, хочешь - ныряй головой вниз, хочешь - сигай бомбой, то есть ногами, согнутыми в коленках. Андрей с Мартой прошли метров на двадцать дальше. Здесь имелся промежуток между деревьями с несколько обрывистым бережком, но некруто уходящим под воду дном, песчаным и при небольшой глубине - идеальное место для начинающих учиться плавать. Марта с Тобиком спустились к воде, а он занялся подготовкой "спасательного круга". Его, точнее, автомобильное колесо в сборе, Мишка с Борисом ухитрились как-то спереть в МТС с целью обзавестись резиной для прящей; но та оказалась нетянучей. Камеру, уменьшив в размере, склеили снова и стали иногда брать с собой на ерик. Надув ее, Андрей спрыгнул вниз и остолбенел от неожиданности: Марта предстала перед ним в ярком, фабричной работы, купальнике, плотно облегавшем и делавшем ее удивительно изящной. Остолбенение несколько затянулось, и та, смутившись под его взглядом, спросила:

– Ты чего, впервые увидел меня без платья?

– Какая ты стала... красивая!
– признался он.

– Благодаря купальнику?

– Ну почему ж? Хотя он, конешно, подчеркивает и делает еще красивше.

– Спасибо за комплимент...
– Лицо ее вспыхнуло румянцем; прошла к воде, стала пробовать ее ногой.

– Не боись, водичка - чудо!
– Он взял ее за руку и, пятясь, стал увлекать за собой.

– Ой, она же холодная же!..
– упираясь, закапризничала она, когда вода дошла до колен.
– И тут все глубже и глубже...

– Не трусь, рядом надежный шеф! А ежли не доверяешь, то вот тебе спасательный круг. Вот, как раз по твоей фигуре. А теперь присядь и вода сразу станет теплой, - наставлял он.

Водобоязнь прошла быстро. Поддерживаемая камерой, уже через несколько минут Марта бойко колотила ногами, держась у поверхности, отбрызгивалась от заигрывавшего шефа, оба звонко смеялись. А когда он, поднырнув незаметно, дотрагивался до нее под водой, визжала так, что слышно было и ему.

Тобик тоже оказался не трусливого десятка: смело вошел в воду вслед за хозяйкой и, кряхтя, смешно загребая лапами, вертелся около. Однако вскоре понял, что тут не до него, выбрался на берег и оттуда с любопытством наблюдал за происходящим, изредка подавая голос.

Между тем Андрей принялся обучать плаванию без помощи камеры: объяснил и наглядно показал, как следует работать руками и ногами, чтобы тело держалось на плаву горизонтально. Но одно дело слова, другое на практике: ничего у нее не получалось! Стоило ему убрать руки, как ученица, лишившись поддержки, шла ко дну, хлебнув при этом почти всякий раз воды...

– Может, пройдем к малышатам, там воды по пояс, - предложил, когда она, в который раз уже захлебнувшись, выбралась на берег откашливаться.

– Я, кха-кха! уже думала, - села она на разогретый солнцем песок.
– Но там, кха, Тобик может кого-нибудь укусить.

– И то правда: вздумают погладить, а он чужим не дается.
– Примостился рядом.
– У тебя коса расплелась, можно поухаживать?

– Нельзя. Я на тебя в обиде... Тоже мне шеф! Человек тонет, захлебывается, а тебе хоть бы что. Думаешь, так я быстрей научусь?

– Да нет, спешить некуда...

– Тогда почему не поддерживаешь, боишься, что ли?

– Ага. А то как смажешь, так мало не будет, - привел он ее фразу, сказанную в лодке на лимане.

– Припомнил!.. То было давно и неправда.

– А ежли честно, то, конешно, по другой причине. Какой? Руки часто соскальзывали с талии, а мне не хотелось, чтоб ты подумала, будто я умышленно лапаю тебя за сиськи...

Она посмотрела на него с удивлением.

– Ты этого боялся? Ну и напрасно.

– Почему - "напрасно"?

– Во-первых, я этого твоего "лапанья" даже и не заметила. Во-вторых, чем глотать воду, то лучше уж это! Тем более...

– Что - "тем более"? Договаривай.

– Тем более, что мы же с тобой не чужие! Или ты так не считаешь?

– Почему? Считаю... Но думал, что это тебя оскорбляет.

– Меня больше оскорбила твоя медвежья услуга.

– Ну, извини, ежли так.

– Извиню, когда научишь держаться на плаву!
– Она поднялась и решительно вошла в воду.

Отбросив предрассудки, шеф взялся за дело по-настоящему. Ученица больше ни разу не захлебнулась, все увереннее колошматила ногами воду, более умело работала руками и через полчаса довольно сносно овладела новой для себя водной стихией.

– Давай-давай, молодец! Умница, - подбадривал учитель, уже и не поддерживая, а лишь находясь рядом.
– Скоро будешь плавать лучше самого Тобика! А теперь попробуем на спинке.

Овладеть этим "стилем" оказалось и того проще: за пяток минут она не только без его помощи держалась на поверхности, но и не позволяла сносить себя довольно ощутимым течением.

– Андрюша, глянь сюда: что это за комок висит у самой воды, - показала, проплывая "на спинке" под ветвями.

– Это? Птичье гнездо.
– Пристроился рядом, помог ей ухватиться за ветку, чтоб не сносило.
– Не знаю, как правильно, а мы их ткачиками называем: ткут гнезда на самом кончике ветки, чтоб никто не смог добраться до птенчиков.

– А они еще там?

– Птенчики? Не-е, давно вылетели.

– Хочется посмотреть, я такого еще не видела. Оно ведь им уже не нужно?

– Конешно! Они каждый год строют новые. Плыви к берегу, я тебе его достану.

Он слегка выпрыгнул из воды, схватил ветку, отгрыз ту часть, где прикреплено гнездо. На берегу улеглись рядышком на густой теплый спорыш и принялись рассматривать чудо птичьего искусства. Тобик, как раз перед этим искупавшийся, энергично катался по траве - то ли из озорства, то ли желая скорей обсохнуть.