Неприятности ждут!
Шрифт:
— Я хочу побыть одна.
— А вот не надо этого. В такие моменты надо быть с теми, кто тоже ждёт. Ребята же быстро вернутся. И как я потом буду Трою объяснять, почему у тебя глаза красные?
Виола чуть ли не за ворот, как кошку за шкирку, подняла меня с пола. Крепко сжала мою ладонь и вывела к свету и людям. Мэрил опять сварила кофе и разлила его по чашкам, меня заставили есть тосты с маслом, но вкуса я не ощутила. В таком состоянии я бы и картон с канцелярским клеем съела, не заметив подвоха.
— Знаешь, Алиса, — задумчиво сказала Виола, — а это, наверное, правильно, что Трой вернулся туда. Круги должны замыкаться...
— Этот Дэйр — дрянное место, — поёжилась я.
— Да я же не спорю. Почему-то большинство наивно считает, что иномирные цивилизации должны быть мудрее и старше. Ну, или хотя бы как мы.
— А они порой ещё с пальмы не слезли или письменность не придумали?
— Именно. Я всегда изумлялась тому, насколько Трой и Кэсси гибкие. Они оба на диво нормальные люди для того местечка, где выросли.
— Да, соглашусь. Мне за четверть часа этого средневекового колорита на годы вперёд хватит.
— Ты же понимаешь, что придётся туда возвращаться?
— Угу... А как вы с Троем познакомились?
— Ой, в лазарете, представляешь. Мама не в восторге была от того, что Роб служил оперативником. Ну, и волновалась за него дико.
— И орала? — понимающе предположила я.
— Леди не орут, — фыркнула Виола. — Но от матушкиного выражения недовольства у нас хрусталь в шкафу звенел. В общем, у Роба в личном деле значилось, что в случае чего звонить мне. Прихожу я МУР с заказанной братом корзинкой фруктов и конфет, пропускают меня в палату, а там мой брат с бицепсом, стрелой пробитым, учит по газете читать смуглого дочерна парня с подбитым глазом и порезом во всю руку от запястья до локтя. А за ширмой девчонка мелкая. Кэсси.
— А мне они не говорили, что с такими сложностями уходили тогда с Дэйра.
— Ну, никто не любит подробности вспоминать. Особенно Кэсси. Я её тогда увидела — и чуть не разрыдалась на пороге. Отец же её страшно избивал. Девчонка даже с целительской магией чуть ли не неделю потом или стояла, или лежала на животе. Ни на икрах, ни на спине живого места нет, а она смеётся, за конфеты благодарит. А Трой букварь просит и прописи.
Виола помолчала.
— Знаешь, у меня с ним ничего не было. Так, пара вечерних прогулок, встречи в кофейнях. Я подстраивала, будто они происходили случайно. Роб приглашал Троя в гости, я наряжалась, садилась рядом. На ведомственных вечерах танцевала только с ним... И всем казалось...
— Что вы пара, — закончила я.
— Он не опровергал. И никто не думал, что между нами ничего нет. Ведь Виола Сиар не может не получить того мужчину, который ей нравится. А вот с Кэсси я по-настоящему подружилась. Она хорошая.
Виола отпила ещё кофе, подумала минутку.
— Я как-то привыкла думать о нём каждый день, мечтать, как хорошо будет нам вдвоём. И больше ничего и никого не замечала. Мне двадцать пять, и я на свиданиях не бывала с момента, как с ним познакомилась, представляешь?
— Честно? Не особо.
Виола улыбнулась.
— Спасибо.
— За что?
— За то, что твоё появление поставило точку в этой больной мелодраме. Теперь у меня нет ни тени шанса, нет никаких «если» и «когда-нибудь».
Теперь Виоле придётся место пережёвывания мысленной розовой жвачки жить. Знакомиться, ходить на свидания, флиртовать.
— Я, честно, сама не понимаю, как оно так вышло, что я не могу забыть того, с кем ничего-то и не было.
— Потому что в нём ты увидела что-то, чего не хватает тебе самой? Черты характера, манера поведения? — спросила я. — И влюбилась ты в них, а не в самого Троя.
Виола кивнула.
— Всё может быть.
И тут из зала для перемещений раздались голоса.
Я рванула туда, оттолкнула Ланса от двери и влетела в помещение первой.
— Так, и кто мне объяснит, где мой муж?
Глава 58
Я оглядела вернувшуюся компанию. Роб, двое парней невыразительного вида и девушка, очень похожая на Кайю. Тоненькая брюнетка с нежным овалом лица и живыми чёрными глазами. Она нервно оглядывалась по сторонам и явно тяготилась тем, что под руки её держали посторонние люди.
— А вы обещали отвести меня к папе, — вклинилась в беседу она.
— Дурдом, — с непонятным удовлетворением констатировал Ланс.
Но братья Дуэйн уовели девушку, очевидно, это и была пропавшая Марта, по коридору в сторону лазарета.
— Где Трой? — спросила я.
— Наводит порядок, — ответил Роб. — Я сейчас к нему, не волнуйся. Граф настолько всех замучил, что большая часть обитателей замка не планирует бунтовать.
— Можешь нормально объяснить для тех, кого там не было?! — прикрикнула я, вцепляясь в рукав Роба.
— Мы поднялись к камерам для почётных пленников, вырубили охранника, открыли дверь. Но с девчонкой были граф и кастелян, они объясняли, что от неё потребуется в дальнейшем. Те двое пытались сопротивляться... В общем, теперь в замке Фаррейн нет графа, а есть временный наместник барон Каррер, а кастелян даёт показания. Троя люди всегда любили больше.
— А какова вероятность, что сторонники графа не стукнут Троя по башке из-за угла? Так, давай туда живо! Хочешь, я с тобой?
— Нет, — Роб смерил взглядом мою фигуру в универсальном мрачном рубище. — Потом, в подобающем виде. И, наверное, с Кэсси...
И я опять осталась ждать.
Пошла послушать рассказ Марты. Но девушка уже отдыхала на койке, заботливо придвинутой вплотную к материнской.
Виола шёпотом пересказала мне историю о том, как кастелян и граф надумали продать бедную девчонку какому-то демону. Они добивались от Марты добровольного согласия на это, а она боялась, потому что, по мнению жителей Дэйра, демоны — это шипастые, рогатые и злобные твари под три метра ростом, а уж стать женой такого существа и выжить — совсем без шансов. Но согласие требовали добровольное, даже начали шантажировать родителями. Марта тянула время и упорствовала, как могла.
— Знаешь, мне кажется, с Кэсси хотели сделать что-то подобное, — заметила Виола. — Она же была избита. Сказала, что отец хотел выдать её за того, кто ей очень не нравился.
— Да уж, ситуация.
Мы сидели в зале для совещаний, пили кофе и ждали.
Трой вошёл в помещение тихо. Виола ахнула и разулыбалась, а я сорвалась с места и повисла у него на шее.
— Привет!
Поцелуй, от которого кружится голова.
Мне плевать, кто и как там смотрит.
Передо мной мой мужчина, который вернулся с опасного задания. И мне всё равно, что он капитал, барон, наместник графа или кто-то там ещё. Это мой муж.