Чтение онлайн

Виола каким-то чудом умудрилась добыть четыре приглашения на приём в доме мэра. Кэсси мы оставили дома сидеть с ребёнком, а сами направлялись на встречу с главой Межмирового управления расследований. Правда, он ещё пока об этом не знал. Но кого и когда останавливали такие мелочи?

Тем более, что на личный приём к нему было не пробиться. Роб ведь записался у секретаря. На первую декаду ноября. При условии, что сентябрь только недавно начался, это был совершенно бесполезный шаг.

Столовую и курилку генерал Айер не посещал, по коридорам МУР пролетал с окружении ассистентов и замов, не останавливаясь ни на мгновение, да и в целом, на месте он присутствовал не каждый день и по непредсказуемому графику. Начальство, что поделаешь.

Поэтому самой жизнеспособной оказалась идея Виолы ловить шефа в неформальной обстановке.

Приём в доме мэра — это вам не корпоратив в соседнем ресторане и даже не вручение отраслевой премии в выставочном центре. Вечерние причёски дам, блеск драгоценных камней всех цветов радуги, шёлк, атлас, бархат, оркестр в углу зала, фуршетные столы, ароматы духов и сигар.

Виола идёт с Робом под руку. Балетная осканка, гордо приподнятый подбородок, улыбка, достойная обложки глянцевого журнала.

— Госпожа Гарди, добрый вечер!

— Рада видеть, полковник Курт, как проходит поездка вашей супруги? Передавайте дорогой Марисе привет от нас с мамой.

Роб тоже с кем-то здоровается и обменивается малозначимыми светскими фразами, мы с Троем молчим.

Муж словно надел нейтрально-вежливую маску. А я... Это всё не моё, я тут для пользы дела. Любопытно, конечно, но и пялиться по сторонам как-то неловко. В официально-торжественных мероприятиях мне доводилось участвовать только по другую сторону — как организатору, фотографу или хостес. Меня вёл охотничий азарт. Ну же, неуловимый генерал, кушайте свои канапе, а то потом мы придём с такими новостями, от которых поперхнуться можно.

А ещё мне нравилось моё платье. Хотелось в театр и в ресторан, да, вот в этом синем шёлке, и танцевать... О, заиграл фокстрот! А я его помню? Когда-то, в другом мире и другой беззаботной жизни, я умела. И фокстрот, и вальс, и танго. Но потом жизненные обстоятельства изменились. И я научилась варить кофе по десять часов подряд, составлять букеты, улыбаться гостям и рассаживать их за столики, оформлять приказы на отпуска и увольнения, писать официальные письма и отвечать на звонки, встречать комиссии и делегации...

А сейчас я бы хотела просто танцевать с мужчиной, в которого влюбилась и который, по счастливому совпадению, мой муж, пить местное игристое и, возможно, целоваться на балконе с видом на городской парк.

Но нам нужно спасти один мир от войны, а второй — от принудительной деградации и блокировки магии. Поэтому я с протокольным лицом следую за Виолой, которая среди этих светских щучек не просто как рыба в воде, а как акула-катран.

Мы остановились у стола с закусками.

— А ты тут всех знаешь, — заметила я, примериваясь к тарталетке, наполненной чем-то сливочно-белым с зелёными вкраплениями.

— А что поделать, в нашей семье никто не хочет посещать светские мероприятия, — улыбнулась Виола. — А это полезно, как ни крути. Связи, знакомства... В общем, как только мама поняла, что я справляюсь, она постаралась по возможности устраниться сама и избавила ото всех выходов папу. Кстати, советую белое вино. Эта тарталетка с креветками под сырным соусом с мятой и шпинатом.

— Спасибо, — кивнула я.

Я как раз отставила опустевший бокал, когда Роб тихо сказал:

— А вот и он.

Я проследила за взглядами спутников. Среднего роста мужчина за пятьдесят, крепкого сложения и с квадратной челюстью. Одет в штатское. Рядом с ним девица лет двадцати с небольшим, судя по форме лица и такому же курносому носу — дочка.

— С Иннис... — страдальчески протянула Виола.

— Вот и отвлечёшь её, — предложил Роб.

— Она у меня была трижды, никакого эффекта. У меня почти сразу кровь носом, она в слёзы, в общем, извели коробку салфеток, да и всё. Больше всего в своём деле не люблю чувства бессилия, — передёрнула плечами Виола.

— А в чём, собственно, дело? — уточнила я.

— У Айера был ещё старший сын, служил у нас, пропал на задании. С генералом после жена развелась, а Иннис уж третий год по медиумам бегает, — ответил Роб.

— Но нам нужен разговор наедине, при Иннис генерал о делах говорить не станет. Он же её сам из учебки отчислял, когда с Марком всё случилось, — добавил Трой.

— Ладно, — вздохнула Виола.

Я взглянула на Иннис другими глазами. Теперь, когда я знала драматическую историю её семьи, я заметила упрямо сжатые губы, и бледность... Или это была игра моего воображения?

Виола направилась к Айерам первой, мы медленно последовали за ней, и наша подкованная в салонных играх Ви уже через пару минут светской болтовни увлекла Иннис на диванчик в уголке. Тут-то мы и появились перед генералом Айером, как чёртики из табакерки.

Роб и Трой поздоровались, муж представил меня своему начальнику.

— Моя супруга, госпожа Алиса Каррер, в девичестве Берестова.

Моя откровенно не местная добрачная фамилия вывела генерала из состояния лёгкой скуки.

— Позвольте полюбопытствовать, вы иностранка? — спросил он.

— Иномирянка, — ответила я. — С Земли, из России.

— Простите?

А вот тут на смену праздному интересу пришёл профессиональный.

— Капитан Каррер, ничего не желаете мне объяснить?

— С удовольствием, но не здесь, — кивнул Трой.

Что ж, шеф МУР явно был частым гостем в этой резиденции, если знал, как пройти в библиотеку этажом выше и в другом крыле. Встреченный персонал ему не препятствовал, даже не интересовался, куда генерал нас ведёт.

Романтическая история о свадьбе под виселицей вызвала бурю эмоций.

— Какого беса я не получил доклад об этом? Оперативник вернулся с задания женатым! Да ещё и нерасторжимым браком! Вы хоть на удостоверение личности документы подали? А на официальную регистрацию брака?

— Я всё сразу после возвращения заполнил, — буркнул Трой.

— А я ни одной из этих бумаг до сих пор не видел! И вообще, как ты оказался под арестом?

Трой уж в который раз повторил историю своего позорного задержания в доме даэрронского посланника.

По мимике генерала Айера я поняла, что он очень хорошо воспитан, потому как нецензурные слова он при себе удержал. Но начальники такого уровня даже смотреть умеют матом.