Чтение онлайн

— Стой, что? О каких моментах ты говоришь?

Юэн хмыкнул. Отлично. Бернард отвлёкся.

— Ну-у, я мог бы не ждать, пока ты созреешь для более решительных действий, а взять бразды правления в свои руки. Единственное, что меня останавливало — любопытство, через сколько времени ты всё-таки сам дойдёшь до этого. Я мог бы сделать это когда угодно, но было бы не так интересно.

Бернард молчал несколько секунд.

— Твоя сестра много от тебя переняла. Ты страшный человек.

— Это говорит мне тот, кто первым делом схватился за фотоаппарат, когда я ударился об его стол.

— Ладно, один — один.

Юэн заулыбался.

— Возвращаясь к теме поцелуев. Могу сказать, что долгое ожидание того стоило, хотя в некоторых моментах было сложно сдерживаться.

— В каких, например? Можно поподробнее?

— Интригует?

— Да, заинтриговать ты умеешь.

— Так уж и быть. Например, — Юэн задумчиво промычал, — когда ты показывал снимки после библиотеки. Мы разговаривали в том числе и о том, что ты становишься похож на своего отца.

Теперь задумался Бернард.

— Ты взял моё лицо в ладони. Я помню твой взгляд и то, как ты едва заметно приблизился.

— Значит, тебе тоже запомнился этот момент...

— Это было сильно. В эмоциональном плане. Твои слова мне словно прямиком в мозг просочились. Я тогда явственно посмотрел на себя со стороны и... ужаснулся.

— Поэтому я подумал, что моё желание не подходит к обстановке и ситуации. Фокус твоего внимания был смещён на другое — снимки, призраки, смерть отца и попытки понять его. Однако потом ты взял меня за руки, чтобы убрать их от своего лица и в течение нескольких секунд поглаживал пальцы. Вряд ли ты это помнишь, но мне въелось в память.

— Я помню, — кивнул Бернард. — Я вдруг захотел это сделать, хоть и не совсем понимал причину.

— Ничего, — беззлобно ухмыльнулся Юэн, — зато я тогда всё понял. Необязательно нам вдвоём быть сообразительными. Меня вполне достаточно.

Бернард рассмеялся. Низко и бархатисто.

— На самом деле, я давно понял, что тебе проще проявлять эмоции невербально, — продолжил Юэн. — Ты склонен к рефлексии и анализу, но есть вещи, которые ты даже в мыслях обходишь стороной, поэтому они находят проявление в, казалось бы, незначительных действиях, вроде прикосновений. Когда ты поцеловал Эрику, ты сказал, что захотел так сделать, а потом проанализировал и понял причину. В какой-то степени это стало ключом к пониманию твоего поведения. Частичному понимаю, конечно же. Позже, например, я понял, что в первый день нашего знакомства ты схватился за фотоаппарат не для того, чтобы поиграть в криминалиста. Это тоже было проявлением эмоции. Полагаю, страха. Я прав? Фотоаппарат вообще часто фигурирует в проявлении твоих эмоций. Я понял это, потому что у меня похожим образом дела обстоят с музыкой.

Бернард явно был впечатлён. Юэн гордо улыбнулся, довольный тем, что смог произвести на него такой эффект. Вообще-то, поболтать об их «первой встрече» ему хотелось уже давно, хоть он и не очень любил возвращаться к прошлому, предаваясь ностальгии или выясняя причины, что, кто, кому, зачем, как, для чего.

— Советую всё-таки подумать над детективным агентством, — сказал Бернард. — Ты поразительный, я чувствую себя тугодумом на твоём фоне.

Юэн рассмеялся, опустил Бернарду ладонь на затылок и уложил его обратно к себе на плечо. Озорно взъерошил ему волосы, поцеловал в лоб и крепко обнял, отчего Берн наигранно закашлялся.

— Что это за прилив сильной нежности? У меня даже кости захрустели...

— Не знаю, я просто чувствую себя счастливым.

Юэн начал тихо напевать, мягко оглаживая кончиками пальцев Бернарду ухо. Дождь снаружи усилился, через приоткрытое окошко повеяло прохладой, но в машине было всё ещё достаточно тепло. И пока не было необходимости в лоскутном одеяле, спальный мешок оказался очень тёплым. К тому же они лежали в обнимку и грели друг друга. Когда Юэн ощутил, как Берн коснулся губами его шеи, он интуитивно притих.

— Нет, — горячо выдохнул Бернард, положив ладонь ему на грудь. — Продолжай.

Смотря на низкий потолок, переливающийся разными цветами, Юэн продолжил петь, чувствуя, как вибрация от его голоса отдаётся Бернарду в ладонь, а его губы ловят её у самого горла.

«Шаг вперёд и два назад

Ничего не достаётся просто так

...

Эта ноша слишком тяжела,

Слишком тяжела

Но я буду нести её до конца,

До конца

Я должен

Должен быть

Честным с самим собой

Слишком тяжёлый груз,

Тяжёлый груз лёг на мои плечи»****

Сначала Берн просто лежал, уткнувшись лицом в его шею. Но когда Юэн спел песни четыре или пять, прикосновения Берна начали превращаться в откровенные поцелуи. Он проводил губами по шее, обводил языком бугорок кадыка, медленно и влажно, специально растягивая время и заставляя Юэна сбиваться с мелодии. Затуманенным сознанием Юэн отметил, что ему хочется, чтобы это продолжалось вечно. Машина, они вдвоём, стук дождя, красный свет, как в проявочной, губы Бернарда, нежно ласкающие шею, и его пальцы, норовящие скользнуть под толстовку или... ниже.

Чем дольше Юэн пел, тем решительнее и откровеннее становились движения и поцелуи Бернарда. И тем сильнее Юэну самому хотелось петь как можно громче и чувственнее.

Когда мысли и тексты в голове перепутались, он перешёл на полную импровизацию, позволяя срываться с губ обрывочным фразам и словам.

«Неважно, если это вырвет

последний воздух из моих лёгких»

Вообще петь в условиях, когда Берн его ласкал, было сложно из-за сбивающегося дыхания. А когда Берн задрал край толстовки и положил ладонь ему на живот, Юэн издал стон, невольно подался тазом вверх, но мгновение спустя продолжить петь.

Строчки текста неожиданно прерывались либо заканчивались вдохом или выдохом, придавая этим недопесням-недостихам страстный и эротический оттенок. Одной рукой Юэн гладил Бернарду спину и волосы, другой стискивал его напрягающееся плечо.

«И никто не увидит,

что скрылось там

В красном свете»

Когда пальцы Берна опустились к поясу спортивных штанов, а его губы переместились с шеи на подбородок, Юэн замолчал. В его голове переливалась музыка, даже несколько ярких мелодий одновременно, однако он был не в состоянии продолжать.

— Берн, — выдохнул Юэн, — выключи свет.

Бернард застыл, приподнялся на локте и с недоумением посмотрел на Юэна.

— Зачем? Ты меня видеть не хочешь?

— Я всегда хочу тебя видеть, как можно чётче и как можно чаще. Но сейчас хочу кое-что попробовать. Кое-что, связанное с моей фобией.

Бернард склонил голову набок и нахмурился.

— Выкладывай.

Юэн облизнул свои губы и сделал глубокий вдох.

— Я хочу посмотреть своему страху в глаза. Окунуться в бездну, скажем так.