Чтение онлайн

— Предпочитаешь заниматься этим в ванной, используя исключительно свою фантазию? — не унимался Юэн, расплываясь в ехидной улыбке. — У тебя хорошая фантазия, кстати?

— Почему ты продолжаешь об этом говорить?

— Потому что ты выглядишь очень хмурым и потерянным. Хочу, чтобы ты развеялся и улыбнулся.

Ладно. Стоило признать, подобные разговоры действительно отвлекали от кошмаров, которые казались теперь какими-то далёкими. И градус мрачности значительно снизился. Зато градус растерянности повысился. Бернард промолчал, убрал от лица руку и снова взял чашку.

— Зачем закрылся тогда, если не для этого? — спросил Юэн уже более серьёзно. — Это твой дом. Я точно не собираюсь ломиться к тебе в комнату, если на то нет веской причины, как сегодня, например. Или ты просто хочешь справиться с кошмарами в одиночку?

— Не знаю, — сказал Бернард, хотя больше склонялся ко второму варианту. — Наверное, это вышло спонтанно. Сам не заметил.

Судя по взгляду, Юэн слабо поверил, но копать дальше не стал. Бернард вдруг вспомнил, как его самого удручало то, что Грегор закрывался на ключ в собственной комнате. Отец отдалялся таким образом, но ему было что прятать — фотографии призраков. А теперь вот Бернард сам поступал так же. Потому что... ему тоже есть что прятать —

кошмары

. Он посмотрел на свою руку с дрожащими пальцами. Не может быть, чтобы он начал копировать отца. Он же надеялся, что никогда таким не станет. Что будет контролировать свои действия, а теперь...

— Тебе приснилась мать в больнице? — спросил Юэн.

Бернард сглотнул подступивший к горлу ком.

— Нет.

Хотя подобные сны тоже иногда продолжали к нему приходить.

— Что тогда? — повернув голову, Юэн посмотрел на Бернарда. Взгляд его вновь стал серьёзным и обеспокоенным. На губах — ни намёка на улыбку. — Снова пруд?

Бернард помедлил с ответом и, чтобы дать себе ещё время, медленно прислонил чашку к губам, допивая остатки остывшего чая. Что-то он совсем его не успокаивал, и скорее всего не потому, что Юэн добавил неправильные травы.

— Джи иногда рассказывает мне свои кошмары. Знаешь, почему она это делает? — с лёгкой улыбкой спросил Юэн, вопросительно посмотрев на Бернарда. — Она говорит, что, когда их озвучиваешь, ты видишь их как бы со стороны и они оказываются не такими страшными. Но пока они в голове, в замкнутом пространстве, они тебя терроризируют. Кошмары нужно выпускать на волю.

— Твоя сестра очень смышлёная для своего возраста.

— Да, она такая. У нас это семейное, знаешь ли.

Бернард впервые с момента пробуждения почувствовал, что на его губах появилось некое подобие улыбки.

— Так что, может, расскажешь, что тебе снилось?

Бернард тяжело вздохнул.

— Пожарный пруд. Мне снится лес и пересохший пруд. И кости.

«Твои».

Повисло молчание. Теперь оно было далеко не таким уютным, как какое-то время назад, когда они с Юэном обнимались около двери. Тишина стала холодной и вязкой, как тяжёлый влажный воздух в лесу у пруда с костями на дне.

— Опять? Это всё прошло, Берн. Всё в прошлом, — тихо сказал Юэн. — Останки найдены. Призрак освободился. Мисс «красное пальто» успокоилась. Ты не можешь изменить ситуацию. Я не могу изменить ситуацию. И девушку ту никак не спасти. Нам надо продолжать жить. Мёртвым — своё, живым — своё.

Бернард покачал головой. Образы, показанные тогда призраком, запомнились ему надолго. И он вздрагивал всякий раз, когда вспоминал об этом. Однако причиной его тревоги сейчас была не история призрака. Бернард понимал, что на события прошлого он никак не мог повлиять. Его волновали события будущего, но рассказать Юэну о своих страхах язык просто не поворачивался. О каких разговорах могла идти речь, если он с трудом дверь своей комнаты открыл, а потом лишь усилием воли заставил себя посмотреть Юэну в глаза, задыхаясь от удушливых волн страха?

— Я это всё понимаю. Просто, — начал Бернард, чувствуя, что надо как-то сгладить мрачную атмосферу, — прошло ещё мало времени. Скоро я успокоюсь и приду в норму.

Юэн грустно улыбнулся.

— Надеюсь, но если тебя продолжит что-то беспокоить, то мы можем вместе подумать над тем, как справиться с этим.

Бернард неуверенно кивнул, с трудом представляя, способен ли нагружать Юэна своими проблемами. И главное, даже если они «подумают вместе», как они смогут проблемы эти решить, когда хоть как-то решать их может только сам Бернард? В молчаливой задумчивости он поставил пустую кружку на стол.

— А теперь давай ложись в кроватку, — сказал Юэн, похлопав рукой по одеялу слева от себя. — Я, как это там говорится, буду оберегать твой сон.

Бернард наградил Юэна недоверчивым взглядом. Вряд ли от кошмаров может спасти человек, который играет в этих кошмарах главную роль.

— Ой, да ладно, не смотри на меня так испуганно, — с досадой сказал Юэн. — Мы уже спали вместе. Так что во второй раз должно быть не так страшно.

Вообще-то, Бернард думал, что Юэн не заметил, что тогда они уснули вместе. Потому что вернулся в свою комнату ранним утром, когда Юэн крепко-крепко спал и даже не пошевелился, когда Бернард вставал с кровати. В тот день, после посещения заброшенного городка Серпент-Капс, это вышло не специально. Оба морально вымотались. Поэтому тогда просто так получилось. Сейчас же всё было по-другому. Но судя по внешнему виду, Юэн был непреклонен, а у Бернарда не было ни сил, ни желания пререкаться с ним.

Бернард выключил настольную лампу и подошёл к кровати. За окном уже начинал прорезаться рассвет и очертания комнаты хорошо просматривались. В сумраке блеснуло кольцо Юэна, он снова положил одну руку на живот.

Бернард сам не понял, почему, перелезая через Юэна, завис над ним и посмотрел прямо в глаза. Живые глаза, а не тёмные провалы пустых глазниц. Юэн едва заметно приподнял уголок рта, и Бернард наконец нырнул под одеяло. Кровать была не такой широкой, как в комнате родителей, поэтому Бернарду приходилось прижиматься боком к стене, чтобы они вдвоём на ней уместились.

— Похоже, эта твоя штуковина не справляется, — сказал Юэн, указывая на ловец снов, висящий на стене в изголовье кровати. — Как думаешь, а человек может быть оберегом? Или им могут быть только вещи? Может ли человек отводить беду от другого? Развеивать его кошмары? — он повернул голову к Бернарду, и они пересеклись взглядами. — М-м?

— Если бы я знал, как это работает, — ответил Бернард. — Но в теории, наверное, да. Если в это поверить.

Бернард видел, как вздымалась грудь Юэна. Слышал его голос. Чувствовал его запах, который было невозможно описать словами. Он воспринимался словно на подсознательном уровне. Бернард видел, что лежащий рядом человек — живой. По его венам текла кровь, он вдыхал и выдыхал воздух, его глаза загадочно блестели в сумраке. Но чем дольше Бернард смотрел на Юэна, тем тревожнее ему становилось. Потому что настоящий момент — чересчур хрупкий и может обрушиться в любую минуту.

Юэн повернул голову прямо, устремляя взгляд в потолок.

— Тогда давай представим, что сегодня я твой ловец снов. Специфичный, конечно. Не из веток и перьев, а из плоти и крови, звучит пафосно, знаю, но тем не менее постараюсь уберечь тебя от кошмаров. Так что спи спокойно, малыш Берн.

Бернард сделал глубокий вдох и медленный выдох, закрывая глаза и стараясь отогнать от себя навязчивые образы, которые снова начали проклёвываться перед мысленным взором. Получалось плохо. Юэн, вдруг наименовавший себя человеческим ловцом снов, таковым никак не представлялся. Его присутствие скорее вновь начало угнетать Бернарда, но он понимал, что не в силах его прогнать.