Чтение онлайн

Я никогда не была девушкой стеснительной. И уж тем более не принадлежала к тому редкому биологическому виду, который можно наблюдать в фильмах канала «Домашний», где героине за тридцать, а она все еще бережет что-то там для туманного и вечно откладывающегося светлого будущего. Мужская анатомия меня не смущала, неловкость в подобных ситуациях я преодолевала без значительных усилий, и краснеть по поводу бытовой физиологии считала занятием для людей с избытком свободного времени и недостатком жизненного опыта. Но все же.

Одно дело — не смущаться в теории, другое — стоять в двух метрах от архимага, который с совершенно бесстрастным лицом снимал рубашку, и при этом делал это так, будто ничего особенного не происходит. Будто он каждый вечер вот так просто берет и демонстрирует, что под официальным костюмом скрывается персонаж, которому место скорее на обложке какого-нибудь романа, а не в трактатах по магии. И ведь смотрел при этом совершенно спокойно! Без малейшего намека на самодовольство, что было, пожалуй, обиднее всего — самодовольного красавчика можно было бы презирать, а вот с этим холодноватым равнодушием, за которым угадывалось прекрасное понимание производимого эффекта, делать было решительно нечего.

— Я имела в виду спать, — сообщила я отчего-то хрипло. — Просто спать. Лечь и заснуть.

— Я тоже имею в виду спать, — согласился Люстер, и рубашка тем временем была расстегнута уже почти до конца.

— Тогда зачем...

— Вы же только что объявили, что мы ложимся. Я ложусь.

— Раздеваясь?!

— Вы спите в платье?

Я открыла рот, но затем захлопнула. Формально он был прав, а формальная правота в ситуации, когда архимаг методично расстегивает перед тобой рубашку, давила на нервную систему несправедливо сильно. Особенно с учетом того, что нервная система уже получила достаточно информации для составления весьма детального мнения о происходящем и не собиралась делать вид, что ничего не заметила.

— Слушайте, — произнесла я с непринужденным спокойствием, которое достигается исключительно усилием воли, — надевайте обратно.

— Зачем?

— Потому что мы только что переехали в одну комнату. Я еще не составила полный список ваших странностей, и вы мне пока недостаточно интересны, чтобы наблюдать за представлением.

Люстер секунду смотрел на меня.

— Недостаточно интересен? — изогнул бровь супруг.

— Именно.

— Это честно.

— Я вообще честный человек.

— Я заметил, — кивнул архимаг. — В таком случае воспользуюсь соседней комнатой, чтобы переодеться, и не буду испытывать ваше терпение.

— Блестящая идея! — согласилась немедленно.

Рубашка была застегнута обратно снова по одной пуговице, методично и без спешки, как будто он нарочно давал мне время окончательно определиться с отношением к происходящему. Камзол поднят с кресла и переброшен через руку. Люстер направился к двери, ведущей в соседнюю комнату, и уже у порога обернулся.

— Кровать большая, — заметил он совершенно нейтрально.

— Да, я обратила внимание.

— Если хотите, могу велеть принести ужин сюда. Вы сегодня толком не ели.

Это было неожиданно. Только что издевался с рубашкой, а теперь вдруг трогательная забота о том, поужинала ли супруга? Логика у архимагов работала по своим особым законам, явно недоступным для понимания без специального образования.

— Спасибо, — ответила после секундной паузы. — Но я правда устала. Завтра поем нормально.

Муж кивнул. Никаких лишних слов, никакого продолжения, которое превратило бы момент в сцену. Просто кивнул и ушел, закрыв дверь с той же аккуратностью, что и Йона несколькими минутами ранее. Я постояла посреди комнаты секунд десять, глядя на закрытую дверь, потом медленно выдохнула и прошептала в пустоту:

— Первая супружеская ночь. Надо же было так сформулировать!

Пустота сочувственно промолчала. Горы за окном тоже никак не прокомментировали ситуацию. Кровать терпеливо ждала.

Переодевшись в ночное платье и забравшись под одеяло, я уставилась в расписной потолок. Думать о том, что произошло, не хотелось. Думать о том, что Люстер Фейр оказался именно таким, каким оказался — тоже не хотелось, потому что это был путь в никуда и к бессоннице.

Достопочтенный вернулся через несколько минут уже в темной рубашке и лег на свою сторону кровати, которая была достаточно широкой, чтобы между нами поместился небольшой огород с грядкой. Взял книгу с тумбочки. Тишина в комнате оказалась спокойной, как бывает тихо в конце длинного дня, когда все важное уже сказано или сделано, а оставшееся вполне подождет до утра.

— Спокойной ночи, — произнесла я в потолок.

— Спокойной ночи, — отозвался Люстер, не отрываясь от книги.

Шелест страниц. Вечерний ветер за окном. Горы на горизонте стояли, как стояли, и будут стоять, пока все мы тут разбираемся в особенностях первых супружеских ночей с исключительно прикладным значением слова «ночь».

Я закрыла глаза и постаралась думать о чем угодно, кроме того, что архимаг, оказывается, зря прячется под всеми этими слоями темной ткани. Уснула, кажется, раньше, чем успела придумать, чем себя занять.

Утро началось с того, что я чуть не упала с кровати. Не потому что кровать была плохой — кровать была превосходной, и именно это стало проблемой. Во сне я, очевидно, решила освоить все доступное пространство по принципу «территория без хозяина — моя территория» и переместилась примерно на три четверти вправо, где в какой-то момент обнаружила край и едва успела за него не съехать. Зафиксировалась я в позиции, которую в приличных книгах назвали бы «грациозно откинулась», а в неприличных — «лежала, свесившись с кровати, как мокрое белье с веревки». Люстера на его стороне не было.

Я села, потерла глаза и убедилась, что левая половина кровати аккуратно застелена. Не идеально, но явно кем-то с привычкой к порядку. Значит, встал раньше, не разбудил и даже подушку поправил. Либо он был воспитанным человеком, либо просто хотел, чтобы я не нашла повода для претензий в первое же совместное утро. Обе версии меня устраивали.

Йона материализовалась примерно через пять минут после того, как я встала, будто стояла за дверью с самого рассвета и ждала первого звука.

— Доброе утро, госпожа! — объявила она, будто утро объективно доброе и никакие аргументы против не принимаются. — Как спалось? Не холодно? Я велела принести дополнительное одеяло, на случай если вы замерзли ночью, потому что в этом крыле с восточной стороны иногда тянет, господин сам говорил, что там в стене...