Чтение онлайн

Вот он — повелитель, властелин, кошмар мифологии. Готовый, как дурак, махнуть финальной точкой, потому что… чувства. И тут Мира увидела выражение на его лице.

Он посмотрел на неё, как на очередной хитрый трюк Тридевятого царства, то есть с тем уровнем подозрения, с которым люди обычно смотрят на слишком дешёвый авиабилет.

— Нет, — выдохнул он, пятясь, будто она была не девушкой, а платёжкой за коммуналку. — Нет, это не ты. Царство… играет со мной. Испытывает.

Он сглотнул.

— Это иллюзия.

Мира приподняла бровь. Очень красноречиво. Настолько, что любой нормальный человек немедленно признал бы вину и пошёл просить прощения. Но Кощей был не нормальный человек. Он был бессмертный идиот.

— Иллюзия? — переспросила она. — Ты серьёзно?

Он моргнул медленно, трагично, будто репетировал сцену «умираю, но красиво».

— Ты слишком… громкая. Живая. Тёплая.

Он с подозрением уставился на неё.

— Это не может быть реальностью.

Мира посмотрела на него так, как смотрят на детей, засунувших голову в лестничные перила: и жалко, и вытащить надо, и непонятно, откуда взялась такая глупость.

— Ладно, — сказала она. — Хочешь доказательств?

Она подошла. Подняла руку. И врезала кулаком ему в грудь. Не как воительница. Как женщина, которую довели до кондиции «я сейчас швырну в тебя всем, что попадётся под руку».

— Ай! — Кощей отпрянул. — Зачем?!

— А это реалистично?! — рявкнула она и двинула ещё раз. — Иллюзия бы не била! Иллюзия бы утешала! Иллюзия бы НЕ БРЕЛА сюда через портал, который дрался со мной, как бешеная стиральная машина на отжиме!

Кощей заморгал. Шок. Капитальный шок.

— Это… очень детально проработанная иллюзия… — прошептал он.

Мира закатила глаза так, что на секунду выглядело, будто она пытается разглядеть собственный мозг вдалеке.

— Ещё скажи, что у меня запах реалистичный!

— Передаёшь… — осторожно сказал он. — Это как раз подозрительно…

— Ох ты ж… — Мира схватила его за ворот и дёрнула на себя. — Кощей. Это Я. Настоящая. ЖИВАЯ.

Она ткнула пальцем в себя, в него, в воздух.

— Пришла. Нашла. Преодолела метель, порталы, истеричную магию и вообще твой характер!

Она вдохнула.

— А ты стоишь тут, как идиот, в позе «прощайте, миры», готовый нажать кнопку “удалить себя из системы”!

Он моргнул ещё раз.

— Ты… действительно ругаешь меня?

— Ещё как! — рявкнула она и ткнула его пальцем в грудь, так что он чуть не подпрыгнул. — Ты хотел умереть?! Из-за меня?!

Он посмотрел ей прямо в глаза. Голые, честные эмоции. Опасная смесь.

— Нет, — сказал он тихо. — Из-за отсутствия тебя…

Мира на мгновение замерла. Тихая пауза. Сердце. Боль. И что-то очень опасное. А потом она снова разозлилась.

— Это звучит романтично, но СУПЕР-ТУПО! — выплюнула она. — Я думала, у бессмертных хотя бы есть инстинкт самосохранения!

Ветер завыл, скорее от неловкости, чем от магии.

Петрушка за спиной шепнул:

— О, пошло-поехало…

Мира шагнула вперёд, снова ткнув Кощея в грудь.

— Так вот, слушай сюда, о великий, могучий, разрушительный и ОЧЕНЬ ГЛУПЫЙ повелитель! Умирать мы тебе не позволим. Даже если придётся бить тебя до тех пор, пока ты не поймёшь!

Он по-прежнему держал иглу так крепко, будто это была последняя соломинка между ним и пустотой. Она сверкала бледным светом, как очень дорогое, очень незаконное украшение. И Мира смотрела на неё так, будто готова была разгрызть её из принципа.

— УБРАТЬ это! — рявкнула она. — Сейчас же! Или я тебе сломаю… что-нибудь! Нечеловеческое!

Кощей моргнул. Очень медленно. Очень обиженно.

— Ты… невероятно агрессивная… — пробормотал он. — Для иллюзии.

— Я НЕ ИЛЛЮЗИЯ! — взорвалась Мира.

И прописала ему кулаком в плечо. На этот раз профессионально. С накопившейся тоской, злостью и остатками сна, которых она лишилась из-за него.

— Ай! — Кощей покачнулся, как падающий статичный объект архитектуры.

Сзади раздалось одобрительное:

— Так, девочка, так! Поддай ещё, может, мозги от мороза оттают.

Кощей дёрнулся, как будто в него бросили заклинание “стоп-кадр”. Он повернул голову.

— Петрушка?!

Голос шокированный, будто увидел на троне кота.

— Ты… Ты тоже иллюзия?!

— Да чтоб тебя! — домовой подпрыгнул. — У ИЛЛЮЗИЙ не бывает ДОМОВЫХ! У них максимум галлюцинации и плохой вайб!

Кощей снова моргнул. Потом уставился на иглу, как будто она могла дать подсказку. Потом на Миру. И там зародилось что-то похожее на… мысль. Очень медленно. С протяжным скрипом. Как будто его мозг размораживался впервые за тысячу лет.

Он уже начал открывать рот, возможно, для извинения, возможно, для очередной глупости, но... Туман над треснувшей равниной содрогнулся. Не легонько, а так, что даже мороз вздрогнул. И из этой молочно-серой мглы выступила Яга. Даже ночь, кажется, решила: «Ой, всё» и отступила на полшага.

Яга была в состоянии «минус три чашки кофе и плюс тридцать лет раздражения». Щёки обветрены, волосы в сосульках, взгляд, как у человека, который сегодня уже спас две реальности и хочет просто чай и тишину.

Она оглядела сцену:

— бессмертный идиот с иглой;

— девка, бьющая бессмертного идиота кулаками;

— домовой, который явно ведёт внутренний репортаж.

И рявкнула так, что весь лес подскочил:

— КОЩЕЙ!

Лёд на деревьях треснул, будто ему стало стыдно. Кощей рефлекторно обернулся. И в тот же миг ПОЛУЧИЛ. Это был не просто подзатыльник. Это была легендарная стариная магия, передающаяся в поколениях ведьм: «Вернуться-в-реальность-на-скорости-звука». Игла взвизгнула, вылетела из руки Кощея, как раненая золотая стрела, и воткнулась в ближайший сугроб, скрывшись с каким-то особенно жалобным шлёп.

Портал закрылся за их спинами с таким усталым вздохом, будто являлся не древним магическим артефактом, а старой таверной, в которой только что закрыли счёт после слишком шумной ночи.

Воздух вокруг дрожал, пах морозом, тревогой и… домом. Хоть и перекособоченным.

Кощей держал Миру за руку крепко, почти с отчаянием. Как человек, который наконец нашёл то, что боялся потерять во второй раз. Его пальцы были холодными, но в них жил дрожащий импульс жизни, которого раньше не было.