Чтение онлайн

– Моя дочь скучала по тебе, Советник. Заглядывай почаще, - вздохнул Миккит, кидая взгляд за стойку трактира. Дремота слетела с меня в мгновение ока. Я распахнула глаза, чтобы получше разглядеть дочь хозяина. Да, она была хороша. Ясные глаза с искорками, улыбчивое лицо с забавными ямочками на щеках. То, как она держала себя и реагировала на чужие взгляды.. Она знала, что красива, и пользовалась этим. Улыбалась постояльцам и шутила, подавая заказанные напитки и блюда, но не давала повода для чего-то большего. И только в сторону Айдена кидались такие многообещающие взгляды, что мне, все еще хмельной и раздраженной, тут же захотелось убивать.

Шартиар, видимо, почувствовала, как от меня расходится в стороны аура убийцы. Откашлявшись, она поднялась на ноги и подняла на ноги меня. Я все еще носила наряд девы-жрицы, и юбка мешала свободного двигаться. Нет, пообещала я самой себе, никогда больше не буду так напиваться. Мне было достаточно укоризненного сведенных бровей и серьезного взгляда, которым меня наградил Айден, прежде чем вернуться к разговору с Миккитом. Они склонились друг к другу, негромко беседуя, и лицо у Миккита было тревожное.

– Пошли, горе ты мое, - со вздохом сказала Наставница, вытаскивая меня изо стола и помогая взобраться по лестнице на второй этаж, где нас уже ждали комнаты, заботливо приготовленные красивой дочерью трактирщика. До которой мне было очень и очень далеко. Что-то подобное я и озвучила Шартиар, которая сейчас казалась мне самой подходящей кандидатурой для того, чтобы выплакаться как следует.

– С трудом получается забыть, что ты еще ребенок, - со вздохом ответила Шартиар, толкая бедром дверь в комнату, которая была ближе к лестнице. Не слишком-то безопасно, зато тащить далеко не надо. Дальновидно, подумала я и хихикнула.

Безо всяких прелюдий Наставница свалила меня кулем на кровать и распахнула окно, позволяя свежему ветру обдувать мое разгоряченное духотой и алкоголем лицо.

– Не надо было тебе пить, - с сожалением признала Шартиар, усаживаясь рядом со мной. Я барахталась на пограничном состоянии: мне хотелось рыдать на разрыв аорты, размазывая слезы по лицу. И смеяться, захлебываться хохотом, пока не сойду с ума.

– Ревность - плохое чувство. Оно не поведет тебя по хорошему пути, поверь мне.

Я насупилась, признавая, что зерно истины в словах Шартиар, все же, было. Дремота наступала волнами, то накатывая, то отступая, и я была не в силах с ней бороться.

– Тогда..почему так больно?
– прошептала я, чувствуя, как слипаются глаза, и не в силах противостоять сну. В полудреме я ощутила, как Шартиар ласково гладит меня по голове и вздыхает. Кому было понять, как не ей?

***

Тонкий девичий смех разбудил меня, когда сновидения, муторные и жуткие, пошли на второй виток. Открыв глаза, я еще некоторое время вслушивалась в жеманное хихиканье, доносящееся из-за двери, и пыталась прийти в себя. Погружаться в видения, высасывающие из меня силы и желание жить, с каждым разом было все сложнее. Но и не спать я не могла. С другой стороны, я была благодарна, что сны с участием Айдена больше меня не терзали.

Вспомнив, как я вела себя предыдущим вечером, я едва не воспламенилась со стыда. От одной мысли, что придется показаться на глаза Айдену или Шартиар, становилось дурно. Голова раскалывалась от боли, во рту поселилась маленькая пустыня. Сейчас бы я отдала все что угодно за глоток холодной чистой воды. Первое похмелье решило продемонстрировать мне сразу все свои прелести.

Поднимаясь на ноги, я покачнулась. Ох, коварен оказался малиит, прикидываясь безобидным. В голове словно перекатывался металлический шарик, отчего страшно хотелось вернуться обратно в кровать, но жажда оказалась сильнее. Пришлось схватиться за металлический столбик кровати, с трудом устаканивая тело в вертикальном положении.

Шартиар не церемонилась: я спала полностью одетая, разве что сапоги стащила с себя, чтобы не испачкать кровать грязными подошвами. В комнате было прохладно, но мне не хватало воздуха, я почти задыхалась. При каждом движении горизонт уплывал в сторону, а желудок судорожно сжимался, напоминая, что я съела слишком много омлета за ужином и слишком много выпила.

– Надо проверится, - сказала я самой себе, нетвердой походкой направляясь к двери. Приходилось касаться руками стен и мебели, стоящей по ходу движения, потому как мне чудилось: стоит мне остаться без опоры, как я рухну на пол. Ну, или мне банально станет плохо. Казалось бы, куда уж хуже, но похмелье еще таило в себе невиданные глубины страданий.

Слишком резко дернув дверь на себя, я едва не упала солдатиком на площадку, но успела удержаться за косяк. Поднимая тяжелую с перепоя голову, я замерла: понятия не имела, что комната Айдена располагается со мной дверь в дверь. О, сколько же открытий чудных! Предполагалось, что он займет номер внизу, а рядом расположится Шартиар, вынужденная караулить меня и предотвращать незапланированные акции протеста с моей стороны. К примеру, если мне захочется посреди ночи прогуляться или устроить дебош за компанию с малиитом. Конечно, на такое я была не способна, но Шартиар вместе с Айденом, полностью ее поддержавшим, полагала, что разумнее будет обезопасить меня и других.

Но вышло совсем иначе, и теперь я наблюдала, как Айден в расстегнутой рубашке, оперевшись о дверной косяк, склоняется к простоволосой дочери трактирщика, одетой весьма фривольно для внепланового обслуживания номеров. Ее тонкие белые руки обвили шею Айдена, притягивая его ближе для поцелуя. При моем появлении она тихонько воскликнула, пряча лицо на груди Айдена. Советник замер, будучи застигнутым в весьма недвусмысленной ситуации и не решаясь двинуться, чтобы не усугубить. Очевидно, появилась я очень не вовремя. Глядя на голые плечи девицы и расшнурованный корсет, я поняла, что ее кокетливый флиртующий смех и разбудил меня.

Какое-то время мы таращились друг на друга, не находя нужных слов, но затем мой организм решил, что пауза слишком затянулась.

– Прошу прощения, что помешала, - пробормотала я, торопливо скатываясь с лестницы на первый этаж в полутемный зал таверны. Желудок взбунтовался, требуя освободить место, ну, или глотнуть свежего воздуха. Не смела ему перечить.

В темном зале заведения горели две свечи, очерчивая путь к выходу на задний двор, и я торопливо промчалась по нему, толкая тяжелую деревянную дверь. Но та не поддавалась, издевательски лязгая мудреным засовом. Я была готова сдаться, но тут чужая рука легко перекинула одну железную пластину через другую, а потом с нажимом толкнула дверь, освобождая путь. Айден умел подкрадываться как кошка, и я подумала, что из него получился бы неплохой ассассин. Там, где нужно незаметно подойти, а потом - скрыться, не привлекая внимания, Советнику не было бы равных.

У меня не было времени благодарить, я лишь перемахнула через порог, ища уединения в ближайших кустах, благо вокруг таверны их росло неисчислимое множество.

– Ну, тебе лучше?
– уточнил Айден, дождавшись моего триумфального возвращения на свет и протягивая мне фляжку. Я выползла из кустов, утирая со лба едкий пот. Меня немного знобило от прохладного ночного воздуха, и жутко болел живот.

– Смотря что ты имеешь ввиду под «лучше», - огрызнулась я, привалившись спиной к стенке. Руки слегка подрагивали, но хмельной туман в голове рассеялся, а вместо него пришло смущение. Я не хотела видеть Айдена сейчас, после сцены у лестницы. И ежу было понятно, что я стала свидетелем разлуки любовников, и вся ситуация встала костью в горле, мешая дышать. Даже вода из фляжки не помогала. Прежде чем ее пригубить, я подозрительно принюхалась, но вряд ли бы Айден стал мне, страдающей от похмелья, подсовывать алкоголь. Ну, только если от большого желания, чтобы я мучилась подольше.