Чтение онлайн

Он выпрямился и посмотрел на брата.

— Яо Чэнь теперь отвечает за твою безопасность. И за твою... полезность. Все, что ты хотела сказать мне о картах, ты расскажешь ему. Он — мои уши и мои глаза в столице, пока я на войне.

— Но... — начала я.

— Довольно, — отрезал Генерал. — Армия ждет. Церемония окончена.

Он развернулся, и его плащ взметнулся, как черное крыло.

— Яо Чэнь, проводи меня до ворот.

— Конечно, брат, — Яо Чэнь легко поднялся с колен и подал мне руку. — Вставай, жена, представление окончено. Актеры могут смыть грим... а нет, постой, мы ведь теперь играем эту роль до конца жизни.

Я приняла его руку, потому что иначе я бы не встала. Ноги были ватными.

Генерал уходит, он действительно уходит. Мой щит, моя надежда на спасение отца — он бросает меня в этом змеином гнезде с этим... шутом.

Мы вышли во внутренний двор. Там уже выстроились «Черные Тигры». Лошади били копытами, фыркали на холодном утреннем воздухе.

Генерал вскочил на своего вороного жеребца. Сверху вниз он посмотрел на нас. На секунду мне показалось, что в его взгляде, обращенном к Яо Чэню, мелькнуло что-то человеческое. Беспокойство? Предупреждение?

— Береги дом, — коротко бросил он.

— Береги голову, — усмехнулся Яо Чэнь. — Она у нас одна на двоих умная.

Генерал тронул поводья, и отряд сорвался с места. Грохот копыт заполнил двор, а потом затих, растворяясь в утреннем тумане. Тяжелые ворота поместья с лязгом захлопнулись.

Мы остались одни. Я, Яо Чэнь и десяток слуг, которые смотрели на нас, ожидая приказов.

Я выдернула свою руку из его ладони.

— Ты доволен? — спросила я, чувствуя, как отчаяние сменяется холодной, злой пустотой. — Твой брат уехал, теперь ты здесь хозяин. Что ты сделаешь? Запрешь меня в подвале? Будешь пытать, требуя карты?

Яо Чэнь посмотрел на закрытые ворота, и его лицо на мгновение стало странно серьезным. Таким я его еще не видела. Маска спала, обнажив усталость и... расчетливость?

Но это длилось лишь долю секунды. Он снова надел свою привычную ухмылку.

— Пытать? — он фыркнул. — Фи, как грубо. Я не варвар, Ли Юй, и не палач. Я — ценитель удовольствий, а пытки — это такая скука. Крики, кровь, грязь...

Он подошел ко мне вплотную и, нагло взяв меня за подбородок, заставил посмотреть ему в глаза.

— Карты меня не интересуют, женушка. Я знаю, что их у тебя нет.

Мое сердце пропустило удар.

— Откуда ты...

— Тш-ш, — он приложил палец к моим губам. — Я знаю о тебе все, Ли Юй. Сколько раз ты сбегала из дома в мужском платье. Как ты подкупила стражника у городских ворот, чтобы пронести запрещенные книги. И то, что твой отец — старый упрямый осел, который никогда бы не доверил военные тайны своей взбалмошной дочери.

Я застыла. Он знал, он все знал с самого начала.

— Тогда зачем? — прошептала я. — Зачем этот спектакль? Зачем ты согласился на этот брак?

Яо Чэнь наклонился к моему уху. Его дыхание обожгло кожу.

— Потому что мне скучно, — прошептал он. — И потому что ты — единственная женщина в этой проклятой столице, у которой есть зубы. Мне нравятся хищники.

Он резко отстранился и громко, на весь двор, объявил:

— Тетушка Чжао! Подготовьте малый кабинет в моем крыле. Моя жена будет помогать мне разбирать... семейные архивы. И принесите вина. Много вина. Мы будем праздновать отъезд моего занудного брата!

Слуги засуетились. Яо Чэнь подмигнул мне и направился в дом, насвистывая какую-то непристойную уличную мелодию.

Я смотрела ему в спину. Бирюзовый шелк развевался на ветру.

Он играл. Он все время играл, но если он знает, что карт нет, значит, ему нужно что-то другое. Что? Моя жизнь? Или... он действительно хочет использовать меня против врагов, как сказал Генерал?

"Хорошо, — подумала я, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. — Ты хочешь хищника, Яо Чэнь? Ты его получишь. Ты думаешь, я — мышка, которую можно загнать в угол, но даже мышь может прогрызть дыру в мешке с зерном, если дать ей время".

Я развернулась и пошла за ним.

Весь день прошел в странном напряжении. Яо Чэнь действительно заперся в кабинете, но меня туда не пустил.

— Женщинам там делать нечего, — заявил он, захлопнув дверь перед моим носом. — Иди вышивай или... чем там занимаются приличные жены? Трави служанок?

Я осталась одна в "своей" части дома, которая теперь ограничивалась спальней и маленькой гостиной. Охрана у дверей удвоилась. Теперь это были не гвардейцы Генерала, а люди Яо Чэня. Они носили не черные доспехи, а серые куртки без опознавательных знаков, и двигались они тише воды.

Я попыталась выйти в сад — меня вежливо, но твердо остановили. Я попыталась пройти на кухню — путь преградили скрещенные мечи.

Я была пленницей. В роскошной клетке, с шелковыми простынями и вкусной едой, но пленницей.

Вечером, когда стемнело, в дверь моей спальни постучали.

— Войдите, — крикнула я, откладывая книгу, которую пыталась читать… какой-то трактат о добродетели жен, который мне подсунула тетушка Чжао, видимо, в насмешку.

Вошел Яо Чэнь. Он был без верхнего халата, в простой домашней одежде, с распущенными волосами. В руках он держал поднос с едой и... два кувшина вина.

— Ужин подан, — возвестил он, ставя поднос на стол. — Я подумал, что семейный ужин в столовой с этими старыми мумиями-старейшинами испортит нам аппетит. Поэтому решил, что мы поедим здесь.

— Я не голодна, — соврала я. Желудок предательски заурчал, учуяв запах жареной утки.

— Врешь, — констатировал он, садясь за стол и разливая вино. — Садись. Нам нужно поговорить. Серьезно.

Слово "серьезно" из его уст звучало как угроза.

Я села напротив, стараясь держаться как можно дальше.

— О чем? О том, как ты будешь меня убивать, когда поймешь, что я бесполезна?

— Убивать? — он отломил ножку утки и протянул мне. — Ешь. Если бы я хотел тебя убить, ты бы уже умерла. Яд в чае, несчастный случай на лестнице... Вариантов масса. Нет, Ли Юй. Ты мне нужна живой.

Я взяла утку, но есть не стала.

— Зачем?

Яо Чэнь сделал глоток вина и посмотрел на меня поверх чарки. Его глаза в свете свечи казались почти черными, бездонными.

— Завтра мы идем в дом твоих родителей, — сказал он.