Чтение онлайн

Я обхватываю ее за талию и тяну за собой к входной двери, отпирая ее отпечатком пальца. Сиерра бросает взгляд в мою сторону, вбегая в дом, и, отшвырнув каблуки, бежит на кухню.

— Пойдем, — говорю я Рейвен, но она качает головой.

— Я не хочу идти, — говорит она. — Ты понесешь меня.

Я хихикаю, удивляясь ее милому голосу и капризному выражению лица. Рейвен никогда не просила меня о помощи и никогда не вела себя так избалованно. Это даже забавно.

— Хорошо, Кексик. — Я протягиваю руку вниз и обхватываю ее колени, поднимая ее на руки. Она хихикает и прижимается головой к моей груди, пока я несу ее к дивану. Как она смотрит на меня… сейчас в ее глазах нет ненависти, но в машине я был уверен, что именно это я и видел.

— Почему вы двое так злы на меня сегодня?

Я осторожно усаживаю ее на диван, и она качает головой.

— Секрет.

— С каких это пор ты хранишь от меня секреты?

Рейвен смеется, звук мелодичный.

— Я храню от тебя секреты уже много лет.

— Да? Расскажи мне хоть один.

Ее глаза блуждают по моему телу, останавливаясь на серых трениках, которые я ношу.

— Каждый раз, когда я вижу тебя в них, я думаю, как бы они выглядели, если бы твой член был твердым. Смогу ли я разглядеть каждый контур?

Мои глаза расширяются, и я нервно кашляю. Это не то, что я ожидал от нее услышать.

— Ты что?

Рейвен просто пожимает плечами и наклоняется, чтобы снять туфли, открывая мне ясный вид на свою грудь. На ней нет лифчика. Черт. Она что, вышла на улицу в таком виде? Лучше бы телохранители Сайласа выполнили свою чертову работу, да поможет мне Бог.

— Не задавай вопросов, на которые не хочешь получить ответы, — поет она.

Я отворачиваюсь и прочищаю горло.

— Пойду проведаю Сиерру, — говорю я ей, а затем убегаю в том же направлении, в котором исчезла моя сестра. Мое сердце колотится всю дорогу до кухни. Рейвен ни разу не вела себя со мной неподобающим образом. Она даже ни разу не дала мне понять, что воспринимает меня как мужчину. Какого черта? Что это за комментарий про треники?

— Сиерра? — вздыхаю я, обнаружив сестру спящей на полу моей кухни, сжимая в руках кусок сыра, который она явно откусила с большим трудом. Что сегодня не так с обеими моими девочками?

Мои мысли крутятся в голове, пока я несу Сиерру в свою спальню. Даже во сне она бормочет, что ненавидит меня. Что, черт возьми, я сделал, чтобы заслужить их гнев? Я пытаюсь вспомнить, что я мог сделать или сказать за последние несколько дней, и ничего не получается.

Я осторожно кладу Сиерру в свою кровать и укладываю ее, после чего возвращаюсь в гостиную, и мои шаги становятся нерешительными. Мне всегда было так комфортно рядом с Рейвен, но сегодня я нервничаю.

— Рейв?

Я нахожу ее сидящей на диване, скрестив ноги. Она поднимает голову при звуке моего голоса и улыбается.

— Арес. — То, как она произносит мое имя, всегда отличалось от других. Это всегда было сексуально, но сегодня еще больше.

Она похлопывает по месту рядом с собой, и я качаю головой.

— Давай затащим тебя в постель, милая.

— Нет, — говорит она, выражение лица у нее затравленное. — Давай сядем.

Я вздыхаю и выполняю ее просьбу.

— Что случилось, Рейв? Почему ты сегодня такая расстроенная? Почему Сиерра настаивает на том, что ненавидит меня?

Она смотрит на меня и наклоняет голову, явно пьяная.

— Хочешь знать?

Я киваю, и она ухмыляется, поднимая колени и поворачиваясь ко мне. Прежде чем я успеваю понять, что происходит, Рейвен забирается ко мне на колени и кладет руки мне на плечи, устраиваясь у меня на коленях.

Я тихонько застонал от ощущения ее попки на моих бедрах и обхватил руками ее талию.

— Что ты делаешь, Кексик?

— Я хочу сидеть здесь, Арес.

— Ты не можешь.

— Я знаю, но все равно собираюсь это сделать.

— Рейвен, сколько ты сегодня выпила?

Она придвигается ближе, и я стискиваю зубы. Она сидит прямо на моем члене, и хотя я изо всех сил стараюсь этого не делать, это все, о чем я могу думать.

— Недостаточно, — говорит она. — Мне никогда не хватало смелости, и я думаю, что всегда буду жалеть об этом, понимаешь?

Никогда раньше я не видел у нее такого измученного взгляда. Мне всегда казалось, что я так хорошо знаю Рейвен, но сейчас я понимаю, что в ней есть глубина, которую я раньше не замечал.

— О чем ты будешь жалеть?

Она обхватывает меня за шею и отводит взгляд.

— О том, что не пошла за мужчиной, которого люблю. Если бы я это сделала, разве сейчас все было бы по-другому? Была бы я счастливее?

Я крепче сжимаю ее талию, мое сердце бешено колотится.

— Кто он? Ты говоришь о Сайласе Синклере? — Жалеет ли она о том, что отпустила его и не стала бороться за него, когда Аланна вернулась в его жизнь?

Рейвен хихикает.

— О Сайласе, — говорит она. Ненавижу, как она произносит его имя. Я ненавижу все, что связано с этим человеком. — Нет. Сайлас и Аланна по-прежнему являются частью моей жизни, и я очень люблю их обоих. Мне кажется, я люблю Аланну больше, чем Сайласа, понимаешь? Она сумасшедшая в самом лучшем смысле этого слова.

Я пристально вглядываюсь в ее лицо, пытаясь расшифровать его.

— Так кто же он?

Она смотрит мне в глаза и качает головой.

— Ты бы мне не поверил, если бы я тебе сказала.

— Тогда кто-то, кого я знаю. Только не говори мне, что это один из моих братьев? Это Лексингтон?

Она смеется, ее голос звенит от удовольствия.

— Может, мне трахнуть твоего брата, Арес? — спрашивает она, вращая бедрами у меня на коленях. Черт.

— Ты не сделаешь этого, если тебе дорога его жизнь.

Я крепче сжимаю ее талию, чтобы не шевелилась, но уже слишком поздно. Я чувствую, как твердеет мой член, и могу только молиться, чтобы она была слишком пьяна и не поняла, что возбуждает меня.

— Перестань, милая, — говорю я сквозь стиснутые зубы. — Тебе нужно поспать. Ты слишком много выпила и завтра пожалеешь о своем поступке.

— Не пожалею, — говорит она мне. — Единственное, о чем я когда-либо жалела, — это о том, чего я не делала.

Рейвен смотрит на меня и проводит рукой по моим волосам, ее пальцы касаются моей кожи головы, прежде чем она крепко сжимает мои волосы. Ее лицо так близко к моему, что я могу наклониться и поцеловать ее.

Я отворачиваюсь, и она смеется.

— Что ты делаешь, Рейв?

— То, что не следовало бы.

Она двигается у меня на коленях, и тихий стон вырывается из ее губ, когда мой член оказывается у нее между ног.

— Это нужно прекратить, — говорю я ей. — Неважно, насколько ты пьяна, Рейв. Это неправильно. Я жених твоей сестры, ради всего святого.

— Да, — говорит она. — Но ты должен был быть моим.

Я удивленно смотрю на нее. Да. Если бы Ханна не умоляла меня поговорить с бабушкой, женщиной, на которой я бы женился, была бы Рейвен.