Чтение онлайн

– Где вы были вчера?
– спросила его я, проигнорировав предыдущее высказывание.

Ильстан помрачнел.

– Было одно дело.

Весь шутливый тон мигом ушел из его голоса. Появилось легкое раздражение.

Я сорвала белоснежный цветок, поднесла его к носу. Запах был терпкий, насыщенный, как на родном юге. На севере цветы словно и не пахли. Там все было или мертво, или почти и не живо.

Пальцы разжались, выпуская цветок, и он медленно упал в колодец. Теперь белоснежное пятно покачивалось на волнах, словно маленький призрак.

– Может я о многом прошу, но почему ты не скажешь мне?
– спросила негромко.

– Тебе не обязательно это знать.

– Я просто думаю…

– Тайта, ты слишком многого хочешь. Я украл тебя у мужа, увел из крепости не для того, чтобы объясняться с тобой.

Губы сами собой изогнулись в легкой улыбке. Я посмотрела айневцу в глаза:

– Тогда почему ты здесь?

Ильстан даже опешил, открыл было рот, чтобы что-то сказать, но я не дала, опередила:

– Зачем вывел меня, думая, что мне плохо? Зачем прогуливаешься со мной? Я же всего лишь твоя невольница, пленница грозного Восточного Ветра. Посади меня в клетку, запри под замок, отдай страже на забаву. Или не криви уже душой, Ильстан.

От такой отповеди он никак не мог найти слов. Просто стоял и смотрел на меня, задумчиво сведя черные брови.

– Я думаю, вы убивали северян. Я не осуждаю. Это война, мы все друг друга убиваем. Я просто хочу, чтобы ты не скрывал этого.

Ильстан сделал шаг в мою сторону, остановился, словно в нерешительности.

– Северян, - кивнул он.
– Но не тех, что стоит оставлять в живых.

Я посмотрела заинтересованно, и он продолжил.

– Мародеры, что напали на деревню Магды, - пояснил айневец.
– Я примерно знал, где они расположились, уже натыкались на их стойбища. Мы убрали всех до единого, благо, что они не ожидали нападения. Теперь им никогда не придется грабить крестьян.

– Спасибо.

Он поймал мой взгляд, и меня вдруг окатило теплой волной. Но где-то внутри вновь зрел, прорываясь на свет, тоненький росточек ревности.

– Из-за Магды?

Спросила, и захотелось язык себе откусить. Да откуда во мне это? Хоть совсем рта не открывай…

– Ради Генри.

Ильстан поднял подбородок, и солнечные лучи бликанули на его голубых глаза, сделав их синими в обрамлении темных ресниц. Мне непреодолимо захотелось встать, подойти к нему, коснуться мягкой кожи, прильнуть к твердым губам.

Наши взгляды сцепились, и я увидела в его глазах то же самое. Мне даже показалось, что сейчас Ильстан подойдет ко мне…

– Идем, - сказал он, разрушая между нами тонкую связь.
– Мне нужно отдать распоряжения по поводу прибытия твоего супруга, если он решит приехать, конечно. Нужно подготовить лагерь для переговоров.

Меня словно ливнем окатило, ледяным и беспощадным. Внутри все оборвалось, рухнуло вниз. Он словно и не заметил. А может и увидел перемену во мне, но не сказал ничего.

Развернувшись, он пошел по тропинке среди грядок.

– Ильстан, - окликнула я его негромко.

Он обернулся, посмотрел на меня.

Так отчаянно я хотела сказать ему, что нет никакого ребенка. Что я не хочу возвращаться к мужу, не могу… Я готова на что угодно, лишь бы остаться. Только не к этому беспощадному демону, только не к нему…

“Не отдавай меня ему, умоляю!”

– Да?
– спросил он, видя мое замешательство.

“Молю, не обрекай меня на муки, не возвращай в Сайдех.”

– Я просто… Могу я побыть еще здесь?

– Конечно, - ответил он.
– Оставайся в саду столько, сколько захочешь. Тебе все равно никуда отсюда не деться.

Чуть склонив голову в знак прощания, Ильстан ушел по тропе из сада. Я осталась одна, на краю колодца. Долго смотрела на качающийся на воде цветок, пока он не утонул. Только тогда вернулась в крепость.

После нашего разговора Ильстан стал словно избегать меня. Мы с Силли и малышом много времени проводили во дворе крепости, и всегда, когда мы там оказывались, мой пленитель куда-то резко уходил. Может он действительно был очень занят, всегда находилось дело, чтобы сбежать, но мне в это верилось слабо. А в обеденном зале, если мы ели со всеми, он обычно оказывался за столом, где было уже все занято, и мы не могли сесть рядом.

Так прошло больше недели.

Каждое утро мы начинали с того, что прогуливались после завтрака по саду. Силли качала малыша, который плохо спал ночами, но даже не ворочался на улице. Я, чтобы не скучать, потихоньку выдирала сорную траву. Ближе к обеду поднималась невыносимая жара, и нам приходилось прятаться в стенах каменной башни, где было сыро и прохладно.

Обращались с нами действительно хорошо. Ильстан не соврал, когда сказал, что на востоке не принято обижать женщин. Все обитатели лагеря относились к нам с должным почтением и осторожностью, даже к Силли. Мы даже подружились с некоторыми, если так можно сказать. И чтобы в обед не одолевала скука, мы с юной матерью брались за штопку одежды для солдат. Вечером, когда становилось прохладно, вновь выбирались на улицу.

Мы смотрели, как тренируются войны. Как они орудуют тренировочными тупыми клинками, сражаясь в загоне. Как стреляют из лука по мишеням, выставленным недалеко от амбара. Как кузнец кует доспехи и чинит оружие. Других развлечений не было.

– Госпожа Тайта так смотрит внимательно, что Тойс сейчас промажет, - со смешком крикнул один из солдат другому.

Мы стояли недалеко от стрельбища и смотрели на лучников.

Тойс, суровый бородатый стрелок, глянул на меня как-то испуганно-осторожно, смущенно отвел глаза. Он натянул тетиву и выпустил стрелу. Точно в яблочко.

– Госпожа мне удачу послала, я чувствую, - хохотнул Тойс.

– Ты просто удачливый сукин сын!
– ударил себя по колену другой воин.

– Тут не удача важна, а мастерство.

Я улыбнулась, вступила в разговор:

– Сколько нужно тренироваться, чтобы так метко попадать?

Тойс обернулся, улыбнулся мне, шевельнув густыми усами:

– Годы, госпожа, долгие годы.

Немного подумав, он вдруг предложил:

– А хотите попробовать?

Я замялась, глянула на него, думая, не шутка ли это.

– Да нет, я же не смогу, - виновато улыбнулась я.

– Как знать, может вы рождены лучницей, - вступил Парк, другой стрелок.
– Давайте, мы вам все объясним.

Он протянул мне руку, чтобы помочь перелезть ограждение стрельбища.

– А ты?
– обратился он к Силли.
– Пойдешь или как?

Девушка головой указала на сына, который спокойно лежал на ее руках, играя с завязками ворота.

– Как же я, у меня Ильси.

– Дай-ка мне пацана!
– Тойс мигом оказался на другой стороне, протянул руки и вытащил мальчика из рук матери. Он умело перехватил его, улыбнулся младенцу.
– Сын дома остался. Но ему уже года три, наверное. Давно не видел.