Чтение онлайн

Кто-то ахнул, кто-то зароптал. Я окинула взглядом толпу, и прокричала так, чтобы слышали все:

– Я - властительница южных земель, Тайта из рода Наморы. Я - ваша госпожа, и отныне вы подчиняетесь мне. Не моему мужу - здесь нет его власти.

Я слышала недовольство некоторых. Ощущала растерянность и недоверие других. В какой-то момент мне показалось, что все было зря - они не примут меня. Не признают власть женщины, пусть и законной наследницы.

– Поклянитесь в Верности, сыны Наморы, - громогласно крикнул Ракан.
– Если не хотите, чтобы мы, сайдехские волки, взяли вас под свою власть. Склонитесь, или мы будем править вами, пока ваш род не исчезнет.

Я с изумлением посмотрела на своего охранника, и он едва заметно ухмыльнулся.

И в это время вперед выступил лорд-командующий, поддержав:

– Наш властитель умер, но не умер наш род. Тайта Намора - истинная наследница юга. Я клянусь ей в верности с этого дня и до конца дней. Пусть нами правит тот, в чьих жилах течет наша кровь, а кровь северных псов!

И он вытащил из ножен клинок, опустился на колено и выставил оружие на вытянутых руках, тем самым принимая мою власть.

– Я верну вас домой, наморцы. Верну вас к семьям и детям, - сказал я.
– В наших землях вновь будет мир, а вы будете возделывать землю и растить виноградники. Я клянусь вам в этом, если вы поклянетесь мне в верности.

Сначала было тихо. Казалось, все застыли под каким-то заклятьем, затаились. Но вот один из солдат опустился на колено и склонил голову. За ним еще один и еще. Загремели доспехи, зашуршали плащи - наморцы склонялись, чтобы поклясться мне в верности.

Горло сжалось от слез, но я резко выдохнула и твердо и громко сказала:

– Благодарю вас. Я принимаю вашу клятву.

Слезы сами потекли по щекам, но я улыбалась. Солдаты поднялись, приветственные крики пронеслись над лагерем. Они скандировали мое имя, но теперь перед ним стояло слово “властительница”.

Я спешилась, и воины тут же кинулись ко мне, чтобы успеть поцеловать руку своей новой правительнице. Лорд-командующий крикнул, чтобы они были осторожнее, но его крик потонул в общем шуме.

– Госпожа, - Ракан схватил меня за рукав.

Я повернулась к нему, и он головой указал в сторону.

К нам скакали несколько всадников. Я сразу узнала того, кто вел их - Ровах.

Внутри все похолодело.

Мой муж был все так же красив, словно старый бог, как и прежде. Он горделиво сидел в седле, спина его была такой ровной, будто он был рожден для верховой езды. Его длинные белоснежные волосы были заплетены в мелкие косы, уложены в сложную прическу, которая у северян считалась военной.

При виде него внутри меня все сжалось, тело объял страх.

“Помнишь, Птичка, какой тяжелый у него кулак?” - шепнуло сознание, и я поежилась.

Натянула улыбку, словно увидела старого друга. И когда Ровах приблизился, я приветствовала его:

– Рада видеть вас, мой господин, - сказала я как можно учтивее, хотя внутри все горело от ненависти.

– Тайта, - протянул он, останавливая коня возле меня. Он сделал это так близко, что конь чуть не наступил меня, грозя сбить с ног. Но я не дрогнула, не отошла ни на шаг, даже не вздрогнула.
– Ты похорошела.

– Говорят, женщины расцветают, когда заканчиваются их страдания, - дерзко ответила супругу.

Он усмехнулся, довольно глянул на меня.

– Ты отрастила зубы, милая? Мне это нравится. Ты была всегда слишком мягкой, Тайта, слишком слабой. Ломать слабого - мало удовольствия. А вот сильного…

Внутри все кипело, бушевало, но я не стерла с лица улыбку. Пусть знает, что он больше не имеет надо мной власти. Да, мне страшно. Мне все еще ужасно страшно, когда я смотрю на него. Но я никогда не покажу ему этого.

– Где наш ребенок, госпожа?
– спросил Ровах, глянув на мой уже плоский живот.
– Где мой наследник?

– В надежном месте - в Лунном Камне.

Лицо Сайдеха исказила ярость, он стиснул поводья, и костяшки на его кулаках побелели.

– Что ты сказала? Ты оставила им наше дитя?
– прошипел он.

– У меня его забрали. Я ничего не могла поделать, - я изобразила вину.

– Проклятье! Я верну его. Верну, слышишь? Я сравняю Лунный Камень с землей! Завтра! Завтра мы выступаем!

Последние слова он адресовал уже солдатам, что так и стояли рядом.

Я качнула головой.

– Нет, Ровах. Ты, быть может, и выступишь. Но юг больше не с тобой.

– Что ты сказала?
– ледяным тоном спросил супруг.

Он спешился, подошел ко мне так близко, что я ощущала его ярость, которая клокотала внутри. Я посмотрела ему в глаза, стараясь не выдать своего страха.

Рука Роваха потянулась к моей шее, и я втянула шумно воздух…

Послышался лязг металла.

– Уберите руку, господин Ровах, - холодно сказал Ракан.
– Или я отсеку ее. Вы не имеете права прикасаться к властительнице юга.

Рядом с ним встал лорд-командующий Наморы, оголив свой клинок. Солдаты за его спиной тоже шагнули вперед, загремело оружие. Охрана Роваха не осталась в стороне, но куда им было против целого войска?

Ровах усмехнулся, окинул взглядом враждебно настроенных наморцев. Он опустил руку, сделал шаг назад.

– Вот как, значит. Властительница юга. Он рассмеялся, поднял руки вверх в примирительном жесте.

– Ладно, пусть будет по вашему.

Он указал своим воинам убрать оружие, но я не сделала того же для своих. Ровах это заметил. Он ничего не сказал - он был не дурак.

– Что ж, раз моя дорогая жена теперь настоящая властительница, не провести ли нам переговоры, Тайта?

Я не могла отказать, хотя мне и хотелось. Душа требовала, чтобы я прямо сейчас уничтожила этого червяка, этого жестокого гада, что с такой легкостью ломал меня в свое удовольствие. Но властители так не делают. Один приказ, и наморцы уничтожат его прямо здесь… Но я должна разобраться с ним сама. Должна вернуть ему все, что он вложил в меня своими железными кулаками.

– Хорошо. Лорд-командующий и Ракан будут присутствовать при этом, - согласилась я.

– Согласен, - оскалился Ровах.
– Тогда проедем к шатру. Не среди солдатни же нам решать важные вопросы?

Он сел на коня и направил ее в сторону лагеря северян. Я подошла к своему жеребцу.

– Госпожа, - Ракан схватил меня за руку, останавливая.
– Не стоит нам ехать туда, это ловушка.

Я улыбнулась.

– Я знаю. Но разве могу я отказаться?

– Госпожа… - нахмурился воин.

– Разве ты не веришь в меня, Ракан? Разве не видишь ты, что больше нет побитой и истерзанной Птички, что не может дать отпор?