Чтение онлайн

Лен помолчал, собираясь с мыслями, и продолжил:

— Он проявил истинное коварство. Дождался, когда дядя Тарлон с сыновьями уедет за Великое море, и мой отец останется единственным сильным магом в поместье. Затем в очередной раз пришёл к нам в гости с ближней дружиной, остался ночевать в нашем доме. А ночью остальные воины лорда ворвались в поместье, разграбили его, перебили почти всех обитателей и в конечном итоге сожгли. Что может маг, пусть и один из самых сильных в мире, сделать с двумя сотнями вооружённых солдат, особенно когда те нападают на него в собственном доме во сне? Отец забрал с собой около полсотни демонов, но погиб, а нас с матерью угнали в замок лорда. Там мы с тобой и познакомились.

— Погоди — погоди, — Шэн пощёлкал пальцами, что-то вспоминая. — Клан Риалла… Так что, твой отец — великий огненный маг и вампир Аэтарн?! Нам о нём в академии рассказывали.

Лен кивнул утвердительно.

— И его сумел победить какой-то простой лорд?! Да Аэтарн же обладал такой силой, что мог горы распылять!

— Мог, но для магии такой силы нужна подготовка. А лорд напал ночью, когда отец спал и не ждал такого коварства. Ведь его пытались убить прямо спящим — дружинник ударил отца кинжалом в грудь, пробил сердце, и только с магической подпиткой отец сумел долго продержаться, до последнего защищая нас с матерью.

— А что твой дядя?

— Я пытался потом искать его, но безуспешно. Не знаю даже, вернулся ли он из-за моря.

— Так почему ты никогда мне об этом не рассказывал?!

— Воспоминания были заблокированы тогда, когда я был ребёнком. Аура моя, видимо, так защищала меня. А возвращаться воспоминания стали через несколько лет после твоего отъезда в академию. В мой трактир тогда пришёл странный путник — седовласый старец в длинной серой хламиде и высокой шляпе, с посохом. У него не было денег, но я, из уважения к его годам, пустил на постой и накормил бесплатно. В благодарность он мне сказал на прощание странную, как тогда показалось бессмысленную, фразу: «Да пребудет мир в равновесии с помощью сына мага». И сразу ушёл, а меня будто громом поразило. Сначала я вспомнил, кто я, и всё, что со мной случилось в день гибели отца, а затем ко мне пришёл дух Аэтарна. Оказывается, умирая, отец сумел отделить свою ауру от тела и запечатать в астрале. Это очень сложная магия, а уж выполнить это заклинание на краю могилы… Такое мог только великий маг. Дух отца вошёл в меня и стал посвящать во все секреты магического ремесла. Я просто будто вспоминал всё, что знал мой отец и что было доступно моему пониманию. Я несколько недель телом находился здесь, на земле, а разумом там, в астрале. Узнал такое, о существовании чего и помыслить не мог. Но я не стал в одночасье великим магом, как мой отец. Он-то копил силу всю жизнь, и мне предстоит также. Я до сих пор постигаю на практике то, что он тогда вложил в мою голову, мне всё ещё продолжают открываться новые тайны.

Шэн был просто сражён новыми открывшимися знаниями о своём старом друге.

— Почему же ты не рассказал об этом тогда, когда мы приезжали к тебе в таверну?

— Мы очень давно не виделись, о стольком хотелось поговорить, но ты прибыл с незнакомой спутницей, и держался поначалу очень отстранённо, так что я решил придержать разговор до удобного момента. А потом было нападение Рэни, и вы быстро уехали.

— Лен, а что это был за фиал? — подала я голос. — Как ты узнал, где мы, что мы в беде и смог появиться так быстро?

Вампир улыбнулся.

— Это был мой маячок. Создавая такой, маг запечатывает в небольшой сосуд частицу своих мыслей, не теряя с ней связи. Стоит мне подумать о носителе фиала, как я сразу знаю его состояние. Не мысли или местонахождение, а именно состояние — здоров ли носитель, жив ли, взволнован или обрадован. Таким образом, я всегда примерно знал, всё ли с тобой в порядке.

— Так вот почему он иногда нагревался, — поняла я. — Это происходило тогда, когда ты обращался к нему.

— Верно. Ещё тогда он нагревался, когда ты испытывала очень сильные эмоции, например во время нападения в складе. В такой момент маяк начинает работать в обратную сторону, сигнализируя магу «носитель в опасности!» А когда носитель ломает маяк, мысль освобождается и тотчас возвращается к хозяину, создавая одноразовый портал к месту разрушения фиала.

— Как же мне повезло с тобой тогда познакомиться! — искренне произнесла я. — Спасибо тебе большое за то, что спас нас.

— Не стоит благодарности, — слегка поклонился вампир.

— Что думаешь делать дальше? — спросил Шэн. Арлентур удивился вопросу:

— Как что? Конечно же, пойду с вами в столицу, пока вы ещё во что-нибудь не вляпались.

— Спасибо, друг, — демон хлопнул вампира по плечу. Было заметно, что он обрадовался этому ответу.

***

Мы решили стараться избегать оживлённых мест до самой столицы. Хоть гвардейцы и считали нас с Шэном погибшими, да и бандиты уже ничего не могли никому рассказать, а лишняя подстраховка не помешает. Провизией ювелир снабдил нас в достаточном количестве, погода стояла сухая и тёплая, в такую можно ночевать и под открытым небом, так что в городах делать было особо и нечего.

Безлюдная лесная дорога ровной лентой ложилась под копыта тонкалов, мы ехали, не торопясь, и до самой темноты не спешивались. Скучно не было совершенно. Если наедине со мной демон всё больше отмалчивался и был неулыбчив, то в обществе вампира его будто подменили. Он расслабился, шутил и подначивал старого друга. Тот тоже в долгу не оставался. Истории, накопившиеся за время их разлуки, просто лились рекой. Я же всё больше помалкивала и просто слушала, жадно впитывая знания о новом для себя мире.

Когда солнце уже почти совсем скрылось за горизонтом, и длинные тени легли на дорогу, друзья вспомнили, что надо бы остановиться на ночлег. Как раз очень кстати за деревьями нашлась небольшая полянка в некотором отдалении от дороги.

После горячего ужина у огня, меня разморило и потянуло в сон. Я улеглась на расстеленном одеяле, смотрела на огонь и слушала разговоры друзей, которые всё никак не могли наговориться.

— Что ты собираешься делать, когда мы придём в столицу? — спросил вампир демона.

— Как что? Проводить Таллу к старейшинам, чтобы они провели обряд и затем вернули её домой.

— И ты не боишься, что ещё на входе в город тебя опознает стража и тебя схватят?

— Ну я же не просто так приду, а приведу спасение всех народов обитаемых миров, победу над светлыми. Думаю, даже Игнациус сменит гнев на милость после такого.

Вампир с сомнением хмыкнул, но ничего не сказал.

Тогда демон спросил:

— А ты знаешь, в чём состоит обряд?

— Толком не знаю, — нехотя ответил Лен, — но подобные вещи — это всегда магия крови.

— Крови? — встревожилась я. — Значит, будет больно?

— Нет, — поспешно заверил Шэн. — Нужно будет только несколько капель.

— Тогда ладно, — я успокоилась и снова улеглась, сонно жмурясь. — Ради спасения целого мира несколько капель крови не жалко…

Ночью я замёрзла и от этого проснулась. С зенита смотрела на мир вторая луна, своим зеленоватым светом делая лес таинственным и страшным. Где-то в кустах всхрапнул во сне тонкал, спугнув большую ночную птицу. Она снялась с ветки и полетела, с шорохом задевая листья.

На лежаках рядом никого не было. Я осмотрелась. Костёр ещё горел, и по ту сторону огня сидели две тени, по всей видимости, о чём-то споря вполголоса. Но вот демон сказал что-то, с чем категорически не согласился вампир, и последний резко поднял голос:

— Я не могу даже в мыслях этого допустить!

— Да как ты не понимаешь, общее благо всегда предпочтительнее личного!

— Не в данном случае! Я даже в теории этого рассматривать не хочу! — отрезал Лен.

— Тише ты, проснётся ведь…