Чтение онлайн

— А начинать нужно с малого, — говорила она. — Например, очень полный человек сидит в кресле, едва двигается. Что он может? Пусть возьмёт книгу со стола, — сказала она, — и поднимает её на вытянутой руке вверх. Потом перекладывает в другую руку и опускает на другой стол. Простое упражнение: берёшь книгу левой рукой, передаёшь правой, кладёшь на другой стол.

Казалось бы — разве от этого можно похудеть? Но суть упражнения — начать. Сегодня человек может поднять книгу десять раз. Завтра — пятнадцать. Потом — двадцать. Через неделю — уже две книги. Потом — четыре. Потом он встанет и будет делать это стоя. А ещё через месяц он сможет поднять ногу. Вторую. И так далее.

Самый длинный путь начинается с первого шага. Этот шаг должен быть простым, чтобы не испугаться и не повернуть назад. Не нужно ставить себе недостижимых целей. Лучше — простые, лёгкие задачи. Настроиться на долгий путь. Лучше потерять вес за несколько лет, чем не потерять его вообще.

Рассказывая всё это Серафиме, я видела, как её глаза загораются — ярко, по-настоящему. Она уже на своём опыте поняла, что всё это работает. И сейчас ещё больше утвердилась в истине.

С этого момента я действительно успокоилась и поверила: что бы ни случилось, она навсегда запомнит эти принципы. Даже если когда-нибудь сорвётся, наестся, не выдержит обстоятельств — она всё равно вернётся на этот путь. Сможет снова похудеть, снова обрести здоровье. Потому что всё можно начать заново — с одного маленького шага…

Дорогие читатели! Методика похудения, описанная здесь, не идеальный рецепт. Я просто коротко описала свой собственный субъективный опыт. Сама в прошлом имела лишние килограммы. После рождения первых трех детей мой вес достиг планки в 118 кг. Это было очень тяжело — как морально, так и физически. В течении нескольких лет я боролась с весом, используя разные методики. На данный момент я вешу 65 кг, но путь к этому результату был довольно долгим…

Глава 40. Неожиданный Алексей…

Осталось всего четыре дня. Четыре дня до начала соревнований. Это очень отрезвляло, заставляло не отвлекаться на ненужное и тренироваться дальше.

Я репетировала все три песни, потому что до сих пор не могла выбрать, какую именно спою. Сердце трепыхалось в груди тревожной птицей.

Кстати, в последние дни удалось благотворно пообщаться с братом. Он ни на что не надеялся. Был крайне апатичным, скрытным и подавленным. Мне стало его ужасно жаль. Буквально заставляла его выходить со мной на прогулку.

Мы гуляли по княжескому саду не один час. Но это продолжалось до тех пор, пока не начали выбегать погреться на солнышке стайки молодых аристократок. Они косились на парня в инвалидной коляске и вздорно хихикали. Он краснел, бледнел и мрачнел. Мне хотелось показать им язык, а ещё лучше — фигу. Я едва сдерживалась. Пришлось уйти в более безлюдные места.

Безумно хотелось поддержать Теодора добрым словом, но что я могла сказать? В этом мире не было магии, и вылечить его было некому.

Сбросив с себя тоску и меланхолию, я широко улыбнулась:

— А давай сегодня устроим маленький пир? Когда ещё удастся собраться?

Мальчишка улыбнулся вяло, но послушно кивнул. Неподалёку от нашей гостиницы находилась приличная таверна.

Мы собрались там вшестером, то есть с Теодором и с конюхами (служанок брать с собой не стали, это был бы перебор. Николай был центром вселенной для Серафимы, поэтому без него никак, а Никиту я пригласила за компанию, как его брата). Правда, братья стеснялись садиться рядом с нами, но я настояла. В этот момент мне больше всего хотелось какой-то приятной, дружеской атмосферы. Чего-то светлого, открытого, в котором нет… аристократического высокомерия и пафоса.

Никита уселся рядом со мной. Николай, естественно, пристроился возле Серафимы. Та просияла.

В таверне находились люди разных сословий. Встречались и аристократы, а в основном обедали зажиточные купцы и гости столицы. Я видела, как на нас косятся — весьма неодобрительно, — но не обращала на это внимания. Сегодня будем просто радоваться и наслаждаться жизнью.

Я заказала огромное количество блюд. Самых изысканных, интересных. И шепнула Серафиме, что ей можно съесть сегодня чуть-чуть больше — в честь праздника. Та широко улыбнулась и кивнула.

Мы наслаждались едой, общались. Атмосфера создалась уникальная, просто замечательная. Постепенно разговорился братец. Шутил, смеялся. Оказался очень интересным собеседником. Я поразилась. Какой он очаровательный, хотя совсем ещё юный.

Наконец, заказала немного лёгкого горячительного. Оно было настолько слабым, что максимум могло добавить один градус настроения. Его принесли вместе со сладостями. И мы выпили за успех соревнований, а также за счастье в личной жизни.

Вдруг кто-то тронул меня за плечо. Я вздрогнула, обернулась, задрала голову вверх — и с изумлением увидела перед собой Алексея.

Его щёки раскраснелись, глаза поблёскивали, и в этих глазах плескалась такая тоска и обида, что я была поражена. Да он пьян! Причём очень сильно.

Оглянулась на своих. Серафима была насуплена, Никита весь аж побелел от гнева, Теодор замкнулся в себе, а Николай напрягся.

Я поняла, что сейчас всё празднество может быть испорчено, поэтому тихонько шепнула своим:

— Я скоро вернусь. Побудьте без меня немного…

Никита попытался возразить, но Николай вовремя попридержал его за руку. Мол, не перечь госпоже, помни свое место. Парень тут же и потух…

Ловко поднявшись, я подхватила Алексея под руку и потащила на задний двор таверны. Здесь было безлюдно. Правда, неподалёку бегали куры и отчаянно пахло навозом, но мне было всё равно.

Сурово посмотрела на бывшего жениха и произнесла:

— Что именно вы хотели? Надеюсь, это будет коротко. Меня ждут.

Он смотрел на меня некоторое время молча, а потом опустил глаза. Весь его вид напоминал иллюстрации скорби. Я удивилась.

— Дед умер, — вдруг произнёс молодой человек, и голос его дрогнул.

Вспомнив живого, интересного старика, я опечалилась.

— Мне очень жаль, — произнесла искренне. Теперь понятно, почему Алексей был в таком состоянии. Но вот отчего он пришёл ко мне с этим? Может, ему банально не с кем поговорить?

— Как это произошло? — уточнила осторожно.

— Сердце, — ответил Алексей односложно. — Он так и не дождался нашей свадьбы, хотя очень ее хотел…

Я ощутила себя неловко. Не пытается ли Алешенька манипулировать мной при помощи жалости?

Но он не пытался. Он был явно опустошён. И просто хотел общения. Меня немножко разрывало на части. В очередной раз пожалела, что я такая сострадательная, и решила: