Я повторю и в дни тумановИ в знойный полдень и в буран:Привет Вам, Лев Григорьич Жданов,Литературный ветеран.Пусть жизнь пред Вами розовеет,Пусть вешней свежестью полейМоя прохлада Вас овеетВ полустолетний юбилей.1930 г. 3 января. Пятница.Москва
Е. В. Пановой («Евгения Васильевна Панова…»)
Евгения Васильевна Панова,Я не еврей, не сарт, не армянин,А потому в день Ваших именинК Вам с поздравлением явился снова.Когда-то тесть Бориса Годунова,А может быть царь ассирийский Нин,Поев сказал: «Блажен тот гражданин,Бряцать на лире коего основа!..»И эта фраза истину таит;А так как сын Ваш – радуйтесь – пиит,Теперь Панов, а прежде Дир Туманный,То Вы его амброзией из розКормите на ночь, а не кашкой манной,Чтоб в нем талант литературный рос.1930 г. 6 января. Понедельник.Москва
Л. С. Кутузовой («Веленье выполняя музово…»)
Надпись на книге
Веленье выполняя музово,Иль музино верней, Вам лично я,Любовь Степановна Кутузова,Свои стихи акмеистичныеВручаю с пожеланьем лучшего;В них тишина и свет и тени, иКак в прошлом Фет о книге Тютчева,Вы о «Прохладе» по прочтенииСкажите, сердцем бурно тикая: —«Ручаюсь и во сне и в яви я,Что эта книга невеликаяТомов премногих величавее!..»1930 г. 15 января. Среда.Москва
Ю. И. Шеталовой («Ах, никитинка Юлия…»)
Ах, никитинка Юлия,Приношу не в июле яА зимой Вам с Полиной ПетровнойВ дар за ваше радушие,Голос внутренний слушая,Дочку Музы моей полнокровной.Чур, не голосом драмовымИ не с лириком ШамовымВы читайте «Прохладу», а с мамой,Впрочем впал тут я в мистикуИ понес ерундистику: —Заморозила разум зима мой!..1930 г. 19 января. Воскресенье.Москва
Надпись на книге («Улыбнись светло и кротко…»)
Улыбнись светло и кротко,Глаз тревогой не темня,Девочка-нижегородка,Полюбившая меня.Не ревнуй и не досадуй,Что отдельною строкойПротянулось над «Прохладой»Имя женщины другой.Пусть когда-то волновалаСердце мне она и кровь,Это время миновалоИ его не будет вновь.И теперь в тиши домашнейВсе, что есть в моей судьбе,Я несу не той вчерашней,А сегодняшней – тебе.<1930 г. 27 января. Пятница.Москва>
Ю. Д. Гиттерман («Наконец, Юдифь Давыдовна…»)
Наконец, Юдифь Давыдовна,Я свой долг плачу сполна:Эту книгу ждали Вы давноИ теперь у Вас она.Ею Вы в часы вечерниеЗакаляйте дух и плоть,Дабы жизненные тернииНе посмели Вас колоть.А когда в Одессу вешнююБудет путь направлен Ваш,Вы «Прохладу» эту здешнююПоложите в саквояж.Чтоб она дыша размеренно,В унисон морской волне,Там на улице ЧичеринаВам твердила обо мне.<1930 г. 21 февраля. Пятница.Москва>
«Сед, но выхолен и розов…»
Сед, но выхолен и розов,И криклив как петушок,Старичок М. В. МорозовПрочитал нам свой стишок.Не беда, что в нем хромалаЧасто рифма без подков,Мы досадовали мало,Ибо Музе сто годков.1930 г. 10 мая. Суббота.Москва
«На твою взглянул я голову…»
На твою взглянул я голову,Что блестит подобно олову,Но ни кустика волосМне узреть не довелось.Всякий, кто с тобой якшается,Поразмыслив, утешается:«Правда, слишком уж плешив,Но зато не будет вшив!..»1930 г. 7 декабря. Воскресенье.Москва
Н. Ф. Шаевой («Воспоминания нахлынув…»)
Надпись на книге
Воспоминания нахлынув,Рисуют мне такой «пейзаж»: —Вы, Соколов, Заклюев, Хлынов,Я и Иван Иваныч Ваш.Мне так близка картина эта,Ведь, сознаюсь, что для меня,«Пока не требует поэта»,Приятна с картами возня.И ясно вижу я и слышуВ какой мы все впадали транс,Когда вдруг Вас, а также Ингу,Без трех «сажали» в преферанс.19 февраля 1931 г. Четверг.Москва
«Говорят, что ты девица…»
Говорят, что ты девицаНесказанной красоты,Значит следует дивиться,Что еще девица ты.1931 г. 17 апреля. Пятница.Москва
«Не разберет никак народ…»
Не разберет никак народ,Что сквер собой обезобразивСтоит Клементий Тимирязев,Или сидит, наоборот.1931 г. 4 августа. Вторник.Москва
Эпитафия А. И. Свирского («Как не назвать его талантом?!..»)
Как не назвать его талантом?!Он не был к времени глухим,Он был писателем плохимИ первоклассным комендантом.1931 г. 2 сентября. Среда.Москва
«Пересматривая снова…»
Пересматривая снова Стихоплетов заново,Я прочел стихи Панова, Бывшего Туманного.И замечу, что при этом, Сидя на диване я,Расценил его поэтом Не без дарования.1931 г. 26 декабря. Суббота.Москва