Чтение онлайн

кого страха; и ему показалось, что он смотрит в зеркало… сразу

вспомнилось, что только однажды он видел свое отражение.

Тогда он подносил бритву к шее и хотел, чтобы шеи не стало.

Это было в тот день, когда Акибот впервые подложил своего

«сына» под какого-то моряка. Это было давно. Давно. Ночь.

Явь. Туман. Полутьма…

…Яну кажется, что он ослеп, слишком уж долго смотрел в

Принца. Но через какое-то время зрение вернулось, и он вновь

увидел темноту Ваезжердека. Город полностью умер. Теперь он

даже не притворялся умершим, а был совершенно мертв, и

только Ян что-то ощущал. В затылок смотрела луна. Она вы-

хватывала куски бледного города, застывшего и сонного из

темноты. И было ясно, что город — лежит меж двух рядов ре-

бер. Проституция, пришедшая в Ваезжердек раньше Бога, глу-

боко пустила свои корни, и последний оплот спасения был

разбит тридцать лет назад. Ян Гамсун помнил яркий свет мая-

ка. Акибот выхватил ребенка из глубины ниши, оторвал от

154

Нежность к мертвым

умершей матери, и вынес на свет. А потом маяк разбили. И

кукольник начал наряжать «сына» в платье его умершей мате-

ри…

…он давно сумасшедший.

…все давно сумасшедшие.

Множество мертвецов на улицах Ваезжердека притворя-

лись куклами старины Акибота, превращая улицу — в сцену.

Ян Гамсун не мог понять, что по сценарию должно произойти

дальше.

Пьеса.

Чтобы убедиться в этой мысли, он резко повернул голову и

посмотрел на луну. И действительно: серп пронзил горло Бе-

линды, и та, как мечтала, повисла на невидимых нитях. Обна-

женный труп висел в воздухе и излучал свет, а острый месяц

втыкался ей в шею и проходил эту шею насквозь, выходя с

другой стороны, и извлекая светящуюся кровь.

Ян Гамсун знал, что времени осталось мало. Эта вздерну-

тая Белинда осталась последним источником света Ваезжерде-

ка; когда кровь вытечет, сцена погрузится во мрак. Размытая

концовка не устраивала Яна Гамсуна.

Он в последний раз посмотрел, как густая, похожая на жир,

сверкающая кровь течет по голым ногам шлюхи, собирается на

ее пятках, набухает (ноги едва раскачиваются на ветру) и капа-

ет в море. Там на пару мгновений появляются радужные коль-

ца, а затем море вновь становится мертво-черным.

«Что отдала она?»

«Все отдали все…»

Ян подумал, что не в силах идти, и всю кровь Белинды

проведет лежа у каменного парапета. Там, где, напившись, хо-

тел завершить свою жизнь. Но затем вновь сжал пальцы на

бронзовом ключе. Да, на бронзовой голове в действительности

была заячья губа, и чтобы двигаться дальше, Ян ударился лбом

о сонм своих страшных кошмаров.

Он слышал, как что-то хохочет, и думал, что это подает

восторг перерубленная шея Белинды.

Он слышал крики маленького Яна Гамсуна в каменной

тюрьме Акибота.

Он слышал, как многие мертвые в теле Принца ворочают-

ся.

…как гаснет свет.

155

Илья Данишевский

И тогда он поднес ключ к губам и поцеловал бронзовую

голову в заячью губу, испытывая на себе все то, за что платили

любители экзотики…

…а потом плоть Ваезжердека пошла ходуном. И воды внут-

ри нее обратились вспять.

Полусвет

…было неудивительно, что бронзовый ключ отпер решетку

коллектора. Ведь Яну снилось, как темная сила проталкивает

его сквозь ее квадраты. Он ступил в полную темноту, и холод-

ная вода коснулась его паха.

Ему виделось, как едва светящиеся тела умерших выступа-

ют из старой кирпичной кладки. В толстые щели высовывали

пальцы, и пытались ухватить воздух. Ссохшаяся рука с тонким

обручальным кольцам коснулась плеча Яна Гамсуна, и тот

обломил ей запястье. Крепко сжав эту кисть, он ее едва пуль-

сирующей светом кожей освещал себе путь.

Вода дремала спокойно, хотя он ощущал, что и она — мерт-

вая; мешает ему пройти, тратит его время.

Старая шахта уходила все глубже и глубже: отломанная

рука выхватывала разные слои кирпича, и Ян воочию увидел,

как бордели в Ваезжердеке строились один на другом, как один

возводился прямо на трупе предыдущего, и так бесчисленное

множество раз; пока он не зашел так глубоко, что даже тела

здесь истлели, и в стенах остались лишь щелки от тех пальцев

и рук, что когда-то хватались воздух.

Он не знал, многие ли бывали здесь.

Вероятно, полноватая цветочница. Ян видел ее два раза в

жизни, и ему трудно было представить, что и она прошла через

подобное. Зловонный поток достиг кадыка Яна Гамсуна, и уже

скоро заячья губа цепляла собой соленые воды древнего кол-

лектора. Едва придерживаясь стены, он уже не ощущал под

пальцами кирпича; в почти полной темноте под его рукой раз-

верзлось немыслимое: он знал, что это и есть истина улицы.

Тела, которые срослись, скользкая церковная одежда, не ист-

левшая лишь оттого, что Ваезжердек хотел, чтобы она сущест-

вовала.

Он подумал о бумажном ключе Акибота и не нашел ответа.

156

Нежность к мертвым

И показалось, что ответов вовсе не существует, кроме бе-

зумия этого города. В центре которого сейчас в тюрьме бился

маленький Ян Гамсун; вода должна была уже закрыть глаза, и

когда, освещая себе дорогу, он бесстрашно вступил в ее порог,

та отступила назад и поклонилась. Впитавшись в мертвую

ткань Ваезжердека начала пугать его видениями этого подзем-