Чтение онлайн

— Бог смерти здесь не причём. — нахмурившись, произнёс Таринор, глядя в огонь. — Всему, что произошло сегодня, виной люди. И если Вингевельд действительно желал очистить мир от тех, кто распоряжается чужими жизнями, то ему следовало начать с себя.

— Я слышал, что в Илорене, городе эльфов в лесу Илиниэр, растёт огромное дерево, чьи листья всегда зелены. Когда умирает эльф, лист срывается с ветвей и падает на землю и где-то в Благословенных землях богиня Иллания роняет слезу по умершему эльфу. Когда эльфы вступают в войну, листья опадают часто, а Иллания проливает множество слёз.

— И к чему ты это рассказал? — спросил Тогмур.

— Если бы такое древо было у людей, возможно, они увидели бы ценность жизни, увидев, как во время войн осыпаются листья. — ответил Драм.

— Не поможет, друг мой. — наёмник подбросил веток в костёр. — Уж слишком скоротечна наша жизнь, чтобы видеть в ней такую же ценность, какую видят эльфы. Даже Эйевос Таммарен, проживший больше сотни лет, посчитал, что отдать жизнь, чтобы воодушевить солдат, это достойный размен. Знаешь, почему на войну отправляют молодых? Они думают, что будут жить вечно, и не осознают своей смертности. Эльфу же, прожившему не одну сотню лет, определённо есть, за что цепляться в этом мире. Отсюда, как мне думается, и растут ноги у эльфийской философии.

На это никто не ответил. Первым тишину нарушил Тогмур.

— Как думаешь, Таринор, выполнил ты клятву, данную Гальдру?

— Наверное, да. Битва была без преувеличения знаменательной, достойная этого меча.

— И как же ты назовёшь его? — не унимался северянин.

— Ну, мы победили мертвецов, так что «Победитель смерти» был бы неплохим вариантом.

— Не слишком ли вычурно? — с сомнением в голосе спросил Тогмур.

— Ну, что-то вроде «Кровопускатель» ему тоже не подойдёт. — ответил Таринор. — У мертвецов крови-то почти и не было.

— А если «Резатель»? — неуверенно предложил Драм и две пары глаз вопросительно уставились на него, заставив смутиться.

— Звучит нелепо. Прямо как мой рыцарский титул, «Сир Таринор Пепельный» — улыбнулся наёмник. — Тебе, должно быть, своим клинкам было проще имена сочинить. У тебя ж с ними духовная связь или что-то вроде того.

Драм смущённо улыбнулся.

— Нет никакой связи, Таринор. — ответил эльф. — Просто я всегда ношу Шёпот слева, а Тень справа.

— То есть, то, что ты говорил при нашем знакомстве — это всё чушь?

— Про мечи — да. — Драм сдерживал смешок. — Хотел произвести впечатление.

— Да уж. — наёмник пригладил волосы. — Произвёл так произвёл. Вот так и помер бы я, не догадываясь, что Драм Дирен шутник, каких поискать. А ведь я тогда тебе поверил. Думал, у меня-то с оружием отношения исключительно житейские, куда уж мне имена мечам придумывать. «Сир Таринор Пепельный со своим верным Резателем», тьфу. Титулы эти ещё… — наёмник задумчиво нахмурил брови. — Если кто и заслужил подобную награду, так это Игнат с Маркусом. Без них нас бы всех просто перебили. Они, а не я, выиграли эту битву. Эх… — вздохнул наёмник. — Нет. Нужна какая-то деталь… Лорд Эйевос говорил о сыне лорда Старлинга, что сделает всё возможное, чтобы спасти его. И я его всё-таки спас. А скольких ещё сыновей спасла эта победа? Мы ведь и сами сыновья своих отцов, избежавшие участи превращения в безмозглых мертвецов на службе у некроманта. Поэтому я думаю дать ему имя «Спаситель сыновей».

— Хорошо звучит. — кивнул Тогмур и с грустью добавил. — Да только не всех сыновей удалось спасти.

Когда кролик изжарился, наёмник со спутниками подкрепился и собрался было отправляться спать, как вдруг Драм, сидевший с грустным лицом, неожиданно насторожился и прислушался к ночной тишине.

— Сюда кто-то идёт. — тихо сказал эльф, обнажая клинки. — Там. — он указал в ночной сумрак.

— Погоди, может это всего лишь голодный бродяга, решивший заглянуть на огонёк. — сказал Таринор. — У нас тут и кролика немного осталось.

Но фигура, показавшаяся со стороны, куда показывал Драм, изумила всех. Ей оказалась девушка, чьё тело было скрыто с ног до головы, даже на руках были надеты перчатки, а лицо скрывал плащ. Она прикрывала ладонью лицо от огня и осторожно, шаг за шагом, приближалась.

— Вот дела. — удивлённо воскликнул наёмник. — Как же тебя сюда занесло? Да ещё и одну…

Но девушка не обратила внимания на слова наёмника, даже не повернулась к нему. Вместо этого она указала на Драма и произнесла что-то на непонятном языке, который показался Таринору чертовски знакомым. Эльф изменился в лице и раскрыл рот. Он осторожно ответил ей что-то, а когда она сказала одно единственное слово в ответ, то встал, снял с неё капюшон и крепко обнял. У девушки оказались очень светлые волосы, даже слишком светлые, как показалось наёмнику.

— Что, чёрт возьми, происходит, Драм? — обескураженно спросил Таринор. — Кто это? И что за слова, что за объятья? Ты её что, знаешь?

— Таринор, Тогмур. — произнёс эльф, обернувшись. — Это Элона Дирен моя сестра.

***

Драм и Элона долго разговаривали, причём она сидела спиной к костру. Наёмник вспомнил, как глаза эльфа первое время не могли привыкнуть к яркому пламени и, невольно, усмехнулся. От обилия тёмноэльфийской речи у него начинала болеть голова, а эти двое, кажется, и не собирались останавливаться.

— Эй, Драм, не хочу вмешиваться в вашу беседу, но мы с Тогмуром спать хотим, а под ваше шипение и свист, уж извини за прямоту, совсем не спится.

— Она рассказала мне, что произошло после моего ухода. — печально сказал эльф. — Оринес Верессар… Он… Убил моего отца. И всю семью. Он уничтожил дом Дирен. — в голосе Драма появилась злость. — Я должен был быть там с ними.

— Хотел бы погибнуть вместе со всеми?

— Я мог бы их защитить! — воскликнул эльф. — Теперь мне остаётся лишь одно. Я должен вернуться в Улунтар.

— Но ведь тебя считают предателем, вором и, если мне не изменяет память, трусом. — заметил Таринор, взглянув на знаки на лице Драма. — Не ты ли сам сбежал оттуда и решил начать новую жизнь? Зачем же теперь возвращаться?

— Месть. — коротко ответил Драм. — Я должен отомстить ему. За себя и за семью. Пусть они считают меня предателем, но если я останусь здесь, то буду считать предателем сам себя.

— Вот дела. — вздохнул наёмник. — Ты ведь не собираешься идти прямо сейчас?

— Элона говорит, что лучше отправляться сейчас, пока не взошло солнце.

— Скажи ей, что в солнце нет ничего дурного, а с её бледной кожей это будет даже полезно. Завтра мы с Тогмуром проводим вас… Где вы собираетесь спускаться под землю?

Драм спросил у сестры, и она ответила.

— Неподалёку отсюда есть речные пещеры, через них можно попасть в Аркобанд. — передал её слова эльф.

— Ну, вот туда и проводим. А теперь спать. И это мой рыцарский приказ. — улыбнулся Таринор.

На следующее утро они наскоро собрали вещи и направились за тёмной эльфийкой. Таринор только теперь при свете дня заметил, как Драм похож на свою сестру. Они даже немного поговорили через Драма. Наёмника интересовало, как ей удалось отыскать брата, и Элона ответила, что не станет рассказывать об этом.