Чтение онлайн

— Как и твоя армия, Вингевельд. — сказал Маркус.

— Мои действия — вынужденная мера. — мгновенно и невозмутимо ответил архимаг, будто бы ждал этого обвинения. — Нельзя вскрыть нарыв, не причинив боль. Смерть всех этих людей — их выбор. Ваша же смерть — необходимость.

Вместо ответа на эти слова Маркус выпустил поток пламени в архимага. Тот ловко отклонил его, сотворив ледяной щит. Тогда в него полетело пламя от Игната. Вингевельд уклонился и сбил юношу с ног порывом ветра. Когда тот оказался на земле, то обнаружил, что теперь и его руки оказались плену намёрзших на них глыб льда.

— Ты так ничему и не научился, всё такой же прямолинейный и наглый мальчишка. Пусть Маркус каким-то образом и вернул тебе силу, но это уже не важно. Ты никогда не был достоин называться магом. — после этих слов Игнат вскрикнул от боли. В его ноги и руки словно впились сотни крошечных игл.

— Что проку от силы, которая не устоит перед обыкновенным дождём? — произнёс архимаг и мелкий град превратился в противный моросящий дождь. Тучи над крепостью озарила вспышка. Раскатисто грянул гром. — Я могу лишить вас обоих хвалёной огненной мощи, всего лишь обрушив на это место ливень, став при этом ещё сильнее.

Маркус взмахнул руками, каждый мускул которых был напряжён, и архимага окружил плотный огненный кокон. В этот момент дождь усилился, и маг почувствовал, как слабеет. Пламя вокруг Вингевельда истончалось и, наконец, исчезло совсем.

— Интересный ход, Маркус. — сказал архимаг, туша обуглившийся рукав мантии, и на огненного мага тут же обрушился поток воды с неба, тяжёлый давящий ливень. Маркус понимал, что Вингевельду достаточно движения руки, чтобы мгновенно заморозить его в глыбе льда и, собрав всю оставшуюся силу, запустил самую быструю в своей жизни огненную стрелу, попав архимагу точно в щёку. Вингевельд вскрикнул, и ливень снова стал обычным дождём.

— Вижу, я недооценил твои особые таланты. — проговорил он, потирая обожжённую кожу.

— Довольно слов. — со злостью сказал Маркус и из последних сил поднял вверх дрожащую руку.

— Просишь помощи у богов? — усмехнулся Вингевельд и ноги Маркуса обволокло льдом. Огненный маг не ответил, вместо этого он закрыл глаза и сосредоточился на том, что творилось в небе. Всполох молнии. Ещё один. Чистая сила… Ледяная корка тем временем уже покрыла ногу до колена, причиняя острую боль. Она мешала концентрироваться на самом главном, на том, что давало ему силы жить. Вдруг он услышал стон Игната и ярко вспомнил того мальчишку, которого вывез из Дракенталя. Того, кто радовал и огорчал его все эти годы. Кто стал для него сыном…

Вспышка молнии устремилась в руку, словно соединив Маркуса с грозовой тучей нитью чистого света. В этот же самый момент маг ощутил острую боль в груди. Он лишь успел выкрикнуть Игнату «закрой глаза!» и выставить вперёд руку, обрушивая на архимага всю мощь небесного огня. Двор крепости озарился ослепительной вспышкой и оглушительным громом, а потом всё стихло.

Игнат увидел, как белая огненная вспышка превратила каменную арку в щебень, а архимага, успевшего в последний момент что-то наколдовать, отшвырнула обратно в башню. Маркус же лежал на земле без движения. Юноша почувствовал, что ледяные оковы ослабли. Он сумел разбить ихна маленькие осколки льда, освободив руки и ноги, и тут же оказался возле Маркуса. Бывший декан огня с трудом открыл глаза.

— Ты победил его, папаша! Ты сумел!

— Наверное… — еле слышно проговорил маг. — Я… не чувствую ног и…

Игнат обнял Маркуса, чьё тело было холодно как лёд.

— Всё хорошо будет, ты только держись!

— Прости, Игнат. Я пытался быть… хорошим человеком… Хотел… Вырастить тебя… — Маркус дышал с трудом.

— Ты вырастил меня. И всегда будешь лучшим из людей… — Игнат чувствовал, как сердце в холодной груди мага перестаёт биться. — Спасибо тебе за всё, отец.

— Я всегда любил тебя… И теперь… всегда буду с тобой… — маг испустил последний вздох и глаза его закрылись. — Мой сын. — прошептали холодные губы в последний раз.

По щекам юноши потекли слёзы, сердце разрывалось на части и лишь серые камни крепостной стены безразлично взирали на него в этот момент. Он не хотел разжимать рук, не хотел отпускать Маркуса навсегда. Мир словно перестал существовать, и всё вокруг стало нереальным. Он вновь взглянул на мокрое от дождя лицо мага, на глаза, которые больше никогда не откроются, на губы, которые больше не дадут совета, и горечь утраты пронзила самую глубину его души.

— Ещё один призрак для Пепельного зуба. — раздался ненавистный голос. Архимаг, хромая, вышел из башни, держась за проём. — Полдела сделано. — проговорил он. — Осталось покончить с тобой, мальчишка.

— Я уничтожу тебя! — яростно взвыл Игнат. Он бросился к Вингевельду, но его ноги вновь оказались скованы льдом. В архимага полетели сгустки пламени, но все они оказались отражены прозрачным ледяным щитом.

— Нет, ты присоединишься к своему обожаемому Маркусу. Жалкому, безвольному человеку. Он считал тебя своим сыном, но не сказал ни слова, когда я вышвырнул тебя из Академии. Сейчас он хотя бы попытался защитить тебя, хоть и тщетно. Не ему тягаться со мной, и уж точно не тебе, мальчишка.

Игнат ощутил, как горечь в его душе сменяется яростью. Он сжал кулаки и злобно взглянул на архимага.

— А после тебя придёт черёд тех немногих огненных магов, которым удалось уцелеть. Вам не место в новом мире!

— Твой мир сгорит в огне! — прокричал Игнат не своим голосом. Его заполняла ярость, нечеловеческая, сверхъестественная мощь стремилась наружу. И теперь он мог дать ей выход…

Лёд, сковывавший ноги юноши, испарился, а сам он поднялся над землёй. Казалось, сам воздух вокруг Игната раскалился добела, а земля под ним почернела от жара. Вингевельд вскинул брови, в глазах его читалось изумление. Тело юноши было объято пламенем, одежда обратилась в пепел, а капли дождя, испарялись, не долетая до кожи. Все чувства, мысли и эмоции уступили место единственному желанию — испепелить всё вокруг. Он приближался к архимагу и увидел, как его лицо исказил страх. Игнат впервые видел, как Архимаг Академии боится, и это лишь больше разожгло огонь ненависти в его душе.

— Сгори! — проговорил этот раскатистый голос, который словно был голосом самого пламени. Архимаг пытался окружить себя толщей льда, но он превращался в пар, едва вырвавшись из рук волшебника. Через ворота крепости стали вбегать мертвецы, они бросались в сторону Игната, но тут же сгорали дотла, не в силах даже коснуться его. Тогда Вингевельд выставил вперёд руки и, кажется, высвободил всю мощь воды, льда и воздуха, которой располагал, но Игнат ощутил лишь мгновенное обжигающее касание льда на своей раскалённой груди. В ответ он направил на архимага всю силу ненависти, боли и пламени, пожирающего изнутри само его естество. Лицо Вингевельда исказили боль и ужас…

***

Таринор услышал гром и взглянул в сторону крепости. Тёмные грозовые тучи нависли над ней, изрыгая молнии. Армия Таммаренов терпела поражение. Когда наёмнику казалось, что победа близка, появлялись новые противники, наносившие удар с неожиданной стороны. Вингевельд оказался лучшим командиром, чем ожидал Таринор. Он явно дал указания своей армии, спрятав разные её части в окрестных рощах и за холмами. Конница Кельвина Старлинга пришла на помощь уже потрёпанной: в роще им пришлось столкнуться с отрядом мертвецов. Лорд Алвин Старлинг пал под натиском множества мёртвых воинов, отчаянно сражаясь, пока его тело не превратилось в одну сплошную рану. Драм разил врагов с ожесточением безумца бок о бок с Таринором, пока не пришлось отступить. Тогмура с Иггмуром давно потеряли из виду, оставалось надеяться, что они уцелели в этой мясорубке. Тиберия же наёмник не видел с самого начала сражения.