Чтение онлайн

В любом случае, доктор Хейл намеревалась прекратить свои сеансы с Э. Дж. Однако есть еще несколько кассет с его инициалами, сделанных после этой записи. Неужели он каким—то образом раздобыл деньги, чтобы заплатить? Даже если так, я была бы шокирована, если бы она приняла его обратно после того, как он ей угрожал.

И всё же она его приняла. Она явно его приняла. Но почему?

Единственный способ узнать это — прослушать следующую запись.

Я встаю из—за стола доктора Хейл, намереваясь вернуться в потайную комнату и найти следующую запись из серии Э. Дж. Но прежде, чем я успеваю выйти из комнаты, откуда—то неподалёку доносится грохот.

Я замираю и прикрываю рот рукой. Что это было? Итан спустился вниз? Должно быть, это был он.

Но в глубине души я знаю, что это не так.

Мы видели свет наверху, когда подходили к дому. Холодильник забит недавно купленными продуктами. А на кухонном столе стоял наполовину выпитый стакан воды. Да, мы проверили каждую комнату, но я всё ещё не уверена. В этом доме много потайных мест и ходов, где можно спрятаться.

Конечно, есть ещё одна версия. Возможно, в этом доме обитает призрак Адриенны Хейл. Может быть, её душа не находит покоя, потому что её убийца всё ещё на свободе. Может быть, она злится из—за того, что я надела её красный халат.

О боже, из—за беременности у меня развилась паранойя.

Как и в спальне наверху, на двери в кабинет нет замка. Это значит, что я даже не могу забаррикадироваться в комнате на ночь. И нет никакой возможности связаться с Итаном и попытаться его разбудить. Единственное, что меня утешает, — это то, что, похоже, тот, кто находится в этом доме, не хочет, чтобы его нашли.

С другой стороны, может быть, они не хотят, чтобы их нашёл Итан, но их меньше беспокоит, что их может найти человек меньшего роста и не такой мускулистый.

В любом случае я не собираюсь ночевать в этом кабинете. Я перебираю другие ящики стола в поисках чего—нибудь, что можно использовать в качестве оружия. Первый ящик в основном забит бумагами и кассетой, которую я засунула туда ранее. Во втором ящике ещё больше бумаг и рулон скотча. Мой отец всегда говорит, что у клейкой ленты миллион применений, но я не думаю, что она может быть оружием. Я не представляю, как можно превратить клейкую ленту в нож. В третьем ящике больше канцелярских принадлежностей, в том числе довольно острые ножницы. Сойдёт.

Вооружившись ножницами, я хватаюсь за дверную ручку и поворачиваю её. Я держу ножницы в правой руке и распахиваю дверь. Я готова встретиться лицом к лицу с тем, кто находится за ней.

За дверью в гостиной царит полная тишина.

— Эй? — зову я.

Никто не отвечает.

Моя рука, сжимающая ножницы, дрожит. Я делаю несколько шагов вперёд, щурясь в полутёмной гостиной. Я нахожу выключатель и включаю свет, крепче сжимая ножницы.

Нет. По—прежнему никого.

Моё дыхание замедляется. Я никого здесь не вижу. Нигде не видно движения. В гостиной тихо и пусто. Я не знаю, что это был за звук, но он мог доноситься сверху. В конце концов, в этом доме есть ещё один человек — Итан.

Но тут у меня сердце уходит в пятки.

Картина с доктором Адриенной Хейл. Та, которую Итан снял и поставил обратной стороной к нам. Она снова на стене. И зелёные глаза доктора Хейл смотрят прямо на меня.

Глава 15

Мне приходится сдерживаться, чтобы не закричать.

Я могла бы смириться с тем, что нам привиделся свет в окне или что это была какая—то оптическая иллюзия. Я могла бы даже неохотно смириться с тем, что Джуди могла купить белый хлеб и болонскую колбасу и забить ими холодильник. Но этот портрет…

Итан снял его. Я видела, как он его снял. Когда мы ложились спать, его не было на стене. А теперь он там.

Не выпуская из рук ножницы, я взбегаю по винтовой лестнице так быстро, что едва не спотыкаюсь и не падаю. К счастью, я сохраняю равновесие и добираюсь до спальни. Я распахиваю дверь в главную спальню, где Итан все еще крепко спит.

Я закрываю за собой дверь и оглядываюсь в поисках чего—нибудь, что можно подставить под дверную ручку. В углу комнаты стоит довольно тяжелый сундук. Я могу передвинуть его так, чтобы он заблокировал дверь. Это не остановит тех, кто сюда придёт, но замедлит их.

Итан ворочается в постели от шума, который я поднимаю. Он трёт глаза.

— Триша?

— На первом этаже кто—то есть, — я не могу сдержать панику в своем голосе. — Кто—то есть в гостиной.

Итан садится в кровати, его глаза внезапно широко раскрываются. — Ты видела там кого—то?

— Ну, нет. Но я слышала шум.

Он стонет. — Боже, Триша. Все это из—за шума? Возможно, это был сквозняк.

— Это не был чёртов сквозняк! Это было падение.

Он по—прежнему не выглядит встревоженным.

— Значит, это был снег, соскользнувший с крыши. Я хочу сказать, что могу придумать миллион причин, по которым мог бы раздаться такой звук. — Он резко вдыхает, увидев ножницы в моей руке. — Что, чёрт возьми, ты с ними делаешь?

— В доме кто—то есть!

— Да, но… — Он снова трёт глаза. — Какие у тебя предположения? Что кто—то во время метели решил ограбить дом посреди глуши?

— Может, кто—то самовольно поселился здесь раньше. И этот кто—то до сих пор где—то в доме.

— Может…

Конечно, это не объясняет того, что я увидела внизу. Картину повесили на место. Зачем это нужно самозванцу?

— Кто—то двигал картину, — наконец говорю я. — именно из—за этого я уверена, что кто—то есть внизу.

— Ты из—за этого беспокоишься? — Между бровями Итана появляется морщинка. — Я повесил картину.

— Ты это сделал? — Мне даже в голову не пришло, что он мог вернуть картину на место. Кажется, мы договорились, что вернём всё на свои места, прежде чем уйдём из дома. Наверное, он сделал это, когда спускался за водой для меня.

— Триша, ты меня пугаешь. — Он тянется ко мне и кладёт руку мне на плечо. — Ты в порядке?

Может, из—за беременности у меня развилась паранойя. Но я не могу ему этого сказать.

— Я в порядке. Я просто… на минутку испугалась.

— Можешь, пожалуйста, положить ножницы?

Я послушно позволяю Итану забрать ножницы из моих рук и положить их на комод. Когда ножницы оказываются в безопасном месте, он обнимает меня. Я кладу голову ему на правое плечо и сразу чувствую себя лучше. Мне повезло, что он такой уравновешенный. Я, как правило, легко выхожу из себя, поэтому он помогает мне сохранять равновесие. Мне действительно повезло, что он у меня есть.