Чтение онлайн

И, поднявшись с корточек, Оро пошел прочь.

Айсла рывком развернулась.

— Ты… ты куда? Я думала, ты хотел меня тренировать.

— Я и тренирую.

Дикая проследила, как он возвращается в Зеркальный дворец.

Первым порывом было желание заорать Оро вслед, что он обещал ее не бросать, но обманул. Айсла верила, что справится.

Она снова погрузила пальцы в землю. Глубоко вздохнула. Расслабила плечи. Попыталась сосредоточиться на ощущениях вокруг себя. Сухая почва. Жар солнца, согревающего макушку. Легкий ветерок, взметающий пряди волос. Спустя всего несколько мгновений Айсле стало почти физически больно. А затем концентрация ускользнула, и обратно в голову, подобно приливу, хлынули мысли. Заботы. Тревоги.

Он.

Нет. Айсла отгородилась от него, крепко зажмурила глаза. Глубже вонзила пальцы в почву.

— Я справлюсь, — произнесла дикая. — Все забуду и сосредоточусь.

Выйдет ли на самом деле?

Ее силы нуждались в более прочном сосуде. А она жила лишь наполовину. Шла по жизни, волоча за собой груз прошлого.

Айсла попыталась прогнать лишние мысли. Она села поудобнее, погрузила пальцы еще глубже, и грязь забилась под ногти.

Ничего не произошло.

Целыми днями Айсла сидела в молчании, затем, расстроенная, ложилась спать. Иногда ей удавалось небольшими урывками удерживать внимание. В иные часы, словно стервятники, налетали отвлекающие мысли. Иногда голос в голове был жесток. Словно клинок, что скользил, нащупывая самое больное место.

Камень так и не сдвинулся ни на сантиметр.

Когда Оро пришел к ней тем вечером, Айсла была измучена и расстроена.

— Я не могу целыми днями просто пялиться на камень.

— Обучение требует времени.

— Сколько у тебя ушло?

Оро вскинул бровь.

— Дабы совладать с силой? На каждую силу — годы.

Годы… У Айслы их не было. Видение о кошмаре, который учинит Гримшоу, могло сбыться в любой момент. Она гадала, стоит ли рассказать об этом другим правителям. Поверят ли ей вообще? Не сочтут ли, что она заодно с Гримом, как решила та женщина после нападения дреков?

Оро явно заметил, как у Айслы вытянулось лицо.

— Трудно будет не все время. Настанет переломный момент. Отчасти владение силой походит на поворот ключа в замке.

У дикой перехватило дыхание. Она до сих пор не ощутила в себе этого ключа. Опять ее отвергли. Сначала — хранилище, теперь — это.

— Айсла, — Оро встал перед ней, — что не так?

— Ты не понимаешь, — быстро произнесла девушка. — Наверняка контроль давался тебе легко. Ты не знал, каково это — жить наедине со своей слабостью, совершенно не владеть…

— Я убил кое-кого, — проговорил Оро так серьезно, что Айсла напряглась. — Случайно, своей силой. Когда был ребенком.

— Что?

— Сила обычно развивается позже, но, когда мне было всего несколько месяцев, я поджег колыбельку. Просто сидел посреди пламени, смотрел на мать, когда она меня нашла. Пришлось начинать обучение как можно скорее, все боялись, что случайной детской истерикой я разрушу весь замок. Я родился намного сильнее, чем должен был быть второй ребенок.

— Сильнее, чем Иган, — пробормотала Айсла.

Брат Оро, бывший король, который пожертвовал собой вместе с остальными правителями во имя шанса на будущее.

Оро кивнул.

— Каждые несколько лет меня отправляли на острова, дабы я овладел каждой из сил. Первым уроком, который я усвоил в детстве, был контроль. Сдерживай эмоции, иначе разрушишь дворец. Обуздай сердце, ведь, если кто-то еще зачерпнет этой власти, последствия будут губительны. Прикуси язык, ты не первенец, твое мнение не имеет значения.

Сердце Айслы разрывалось от боли за маленького мальчика, которым когда-то был Оро. Она взяла его за руку.

— И я все это делал, — продолжил он, уставившись в пол. — Однако была еще одна сила, которая ни в ком не проявлялась веками. — Он встретился с Айслой взглядом. — Поскольку я о ней не знал, то и сдержать не мог бы. Я играл с друзьями и, чересчур развеселившись, не успел опомниться, как превратил слугу в чистое золото.

Голос короля стал безжизненным. Случайная ошибка терзала его до сих пор, многие столетия спустя.

Айсла даже не могла вообразить эту боль. Если бы она невольно убила невинного потому, что не сумела удержать в узде силу, то никогда бы себя не простила.

— Меня мучила ужасная вина, хотя родители торжествовали. Единственным, что помогло мне пережить обучение, оказались люди, которых я встретил. У меня были… и есть поистине хорошие друзья.

Правда? Айсле стало неловко, что она никогда не расспрашивала Оро о его жизни до проклятий.

— Годами я не мог управлять силой. Стыдился способностей. Меня снедала вина. Я долго себя ненавидел.

От подступивших слез у Айслы защипало глаза. Оро не знал, что она чувствовала ровно то же самое, пусть и по другим причинам.

— Лишь после того, как я сумел простить себя за ошибку, совершенную в детстве, я смог начать жизнь заново. — Он легонько провел большим пальцем по тыльной стороне ладони дикой. — Ты справишься, Айсла. Может, не сегодня и не завтра, но я останусь рядом, пока у тебя не получится. Ты не одна.

Ты не одна.

Ранним утром Айсла выскользнула из Зеркального дворца. Под ботинками хрустели остатки стекла.

Она отнесла камень на край острова. Свесив ноги, она смотрела, как из-за горизонта появляется солнце, которое, словно феникс, умирает каждый день и воскресает вновь.

Айсла закрыла глаза.

В кои-то веки она не попыталась все удержать, но позволила разуму проявить все наихудшее, и он внял. Боль стремительной волной прорвалась сквозь стены, которые Айсла возвела, терзая, причиняя ужасные мучения, и одновременно принесла почти облегчение — когда чувства, что дикая упорно подавляла, хлынули наружу.

Она подумала о родителях. Они были рождены врагами. Дикая и сумрачный. Жизнь и смерть. Наверняка они действительно любили друг друга, раз не просто были вместе… а зачали дитя.

Стыдились бы они ее? Сочли бы слабой?

Айсла позволила себе оплакать маленькую девочку, которая росла взаперти, словно тайна. Ту, которая бесчисленное множество раз проливала кровь, чтобы стать лучшим воином. Терра предпочла сломать ее первой, чтобы этого не сделал мир. Айсле всего лишь хотелось принятия, быть достаточно хорошей, любимой…

Вот так она и стала идеальной целью для Селесты-Авроры. Одно это имя причиняло боль. Подруга… Она была лучшей подругой.

И наконец… Айсла подумала о нем. О Гриме.