Нора Робертс
Шрифт:
– Я не собираюсь обманывать тебя, Джерри. Все дело в том, что я пытаюсь спасти этих людей. Я не хочу, чтобы кто-то из них пострадал. Но начальнику не нравится сама идея выступления перед прессой. Ты же понимаешь, для него главное – сохранить лицо. И все же я пытаюсь настоять на своем.
– Начальство любит козлов отпущения. Скажи, что, если в течение часа ты не сделаешь такого заявления, вы потеряете шестнадцать человек.
– Конечно, скажу. Я должна заявить перед камерами о том, что виновна в смерти Анжелы, и после этого ты отпустишь заложников. Правильно я тебя поняла?
– Я передумал. Ты должна прийти сюда, и мы уже отсюда передадим твое заявление – используем один из микрофонов.
– Иными словами, ты хочешь совершить обмен – я вместо заложников?
– Ты должна прийти сюда.
«Попрежнему не намерен их отпускать».
– Знаешь, отец Арни настаивает на таком обмене. Этот человек привык стучать кулаками по столу. Но я действительно хочу поговорить с тобой. И если беседа один на один поможет изменить ситуацию… Но они хотят, чтобы ты сделал первый шаг. Сколько ты можешь отдать нам?
Последовало секундное замешательство, и Фиби сразу почуяла ложь.
– Ты приходишь – они уходят. В этом и состоит сделка. Разумеется, если я соглашусь на нее. Смотреть в пол! Я же сказал, смотреть в пол!
– Прости?
– Это я не тебе.
– Я как раз хотела… подожди-ка, мне тут кое-что принесли.
Она отсоединилась, искренне надеясь на то, что поступает правильно.
– Он не намерен отпускать их, даже если вы согласитесь на сделку, – заметил Сайкс. – Может, вы не услышали…
– Нет-нет, я услышала. Скажи нашим, пусть готовятся войти в здание – но только по моему сигналу. Ты прав, – добавила она, обращаясь к Сайксу. – Он не намерен отпускать никого из них. Но если я смогу увести его от детонатора, он окажется в зоне досягаемости. Вполне возможно, что им удастся взять его живым. Но делать это нужно только по моему сигналу.
– Что ты собираешься предпринять? – поинтересовался Дункан.
– Хочу рискнуть. Джерри? Прости, что так получилось, – ты ведь знаешь, как это бывает. Джерри, у меня есть ее дневник. У меня есть дневник Анжелы.
– Ты лживая сучка. У Анжелы не было дневника.
– Ошибаешься. Ты же знаешь, я говорю лишь то, что могу доказать. Анжела была влюблена, но ей некому было рассказать о том, что она чувствовала к тебе. И она доверяла это своему дневнику. Мерзавец Брентайн ничего не рассказал нам о нем – как и о твоем кольце, которое было на ней в день смерти. Ты же знаешь, главное для Брентайна – его репутация. Но мы все-таки узнали о дневнике, так что теперь он у нас. Анжела… она называла тебя Ланселотом.
Последовала секундная пауза.
– Прочти его. Прочти его мне – тогда я пойму, что ты не лжешь.
Фиби зашуршала страницами своего блокнота – как если бы листала дневник.
– Ты дарил ей розы – это были ее любимые цветы. Она засушила один цветок и спрятала его между страниц дневника. Ей нравилось, когда ты готовил для нее, нравилось смотреть на тебя.
– Прочти. Я хочу слышать ее слова.
– Охотно. Я прочту тебе ее дневник, но ты тоже должен дать мне что-то взамен.
– Прочти страницу. Если я узнаю ее слова, то отпущу одного заложника.
Фиби почуствовала, что теперь он говорит правду.
– Отпусти пятерых заложников, и я прочту тебе страницу. Она хотела построить с тобой Камелот. Отпусти пятерых, и я прочту тебе это. А если отцустишь всех, я найду способ принести его тебе в магазин. Приду сама и принесу с собой дневник.
– Вынеси его на улицу – туда, где я смогу увидеть его. Никто не выйдет из магазина, пока я не пойму, что у тебя и в самом деле ее дневник.
– Хочешь, чтобы я вынесла его? Хорошо, я постараюсь это сделать. Но что ты дашь мне взамен?
– Троих заложников. Неси дневник.
– Ты освободишь троих заложников, если я покажу тебе дневник?
– Живей!
– Хорошо. Сейчас я попытаюсь договориться с нашими. Как только все будет решено, я позвоню тебе.
– Давай же быстрей!
– Уже иду.
Фиби вскочила со стула, схватила свой сотовый.
– Дайте мне что-нибудь такое, что было бы похоже на дневник. Не слишком большое. Запомни, – обратилась она к Сайксу. – Сигналом будет фраза: «Это все, что я могу сделать для тебя, Джерри». Я произнесу ее лишь в том случае, если пойму, что иного выхода у нас нет.
– Это подойдет? – Дункан протянул ей изящную записную книжку в переплете из красной кожи, которую он взял с прилавка.
– Замечательно. Надеюсь только, что ей нравился красный цвет.
– Как ты догадалась, что он купится на это? – поинтересовался Дункан.
– Понимаешь, дневник – это нечто очень личное. Что-то, что принадлежало самой Анжеле. Он просто не может пренебречь этим, не может пренебречь ее словами. Так что я рассчитываю как следует поторговаться с ним. Только для начала мне нужно обговорить все с командиром группы.
– А почему ты думаешь, что он не застрелит тебя в тот же момент, как ты окажешься перед магазином? – спросил Дункан.
– Ему нужен дневник. Более того, если он сможет взять меня на прицел, то же самое – но в отношении его – смогут сделать и наши ребята. Как только он достанет оружие, с ним покончат. Его внимание сейчас отвлечено – заложники продолжают ходить в туалет и обратно. Неудивительно, что он отклонился от планов и допустил ошибку. Мы должны использовать это. Командир, я могу увести его от детонатора.
Она объяснила свой план, после чего надела протянутый кем-то бронежилет.