Чтение онлайн

– Выходит, сразу пять красивых женщин. Очень рад знакомству.

– Пятая уже занята, – заметил Картер, внося в комнату большой поднос с бутербродами. За ним по пятам, с маленьким подносиком в руках, шла Карли. – Как дела, Дункан?

– Все в порядке. Привет, Карли.

– Мама сегодня будет поздно. Она работает.

– Что тут поделаешь. Впрочем, еды здесь столько, что я могу задержаться и подольше. А я тебе кое-что принес.

– Подарок? – Карли тут же ухватила взглядом маленькую розовую коробочку в его руках.

– В знак признательности одной из моих хозяек.

– Большое спасибо, – вежливо ответила девочка под орлиным взором своей бабушки. И тут же взвизгнула от радости, вытаскивая из коробки ленту для волос. Она была сделана в форме букета: белые и лиловые фиалки, окутанные легким облачком кружев. – Какая прелесть! Как здорово! Вот спасибо! – Забыв обо всяких приличиях, Карли бросилась к Дункану и крепко обняла его. – Можно я надену ее прямо сейчас? Бабушка, пожалуйста!

– Ладно, беги.

Карли рванулась к двери, задержавшись только для того, чтобы еще раз улыбнуться Дункану через плечо.

– А вы не промах, молодой человек, – заметила Эсси.

– Надеюсь, да.

В четверть седьмого Фиби вновь позвонила домой и сказала Аве, чтобы не ждали ее к ужину. Даже если ситуация разрешится наилучшим образом, ей придется затем опрашивать свидетелей и возиться с бумагами. Так какой смысл остальным сидеть все это время над пустыми тарелками?

Фиби пила холодный кофе, от души признательная тому, кто догадался использовать по назначению кухню этого ресторанчика. Напротив нее сидела Опал Джонсон, мать Разза. Им не сразу удалось найти ее, поскольку Опал на время покинула раненого Ти-Боуна, чтобы посидеть на скамейке возле больницы и помолиться за его выздоровление.

И вот она здесь, в этом небольшом помещении, набитом копами, которые сейчас пытаются спасти ее второго сына.

Кое в чем они уже преуспели. Хотя Разз по-прежнему отказывался выйти из магазина или отпустить кого-нибудь из заложников, в его голосе уже не было прежней ярости. Его решимость явно пошатнулась.

– Ему придется отправиться за решетку? – спросила Опал.

– Да, но он останется жив, – ответила Фиби. – Он еще никого не убил, никого не ранил.

Опал невидящим взглядом смотрела в окно ресторана. Это была худая, костлявая женщина, темное лицо которой опухло от слез, а в глазах застыли печаль и тревога.

– Я делала все, что могла. Все, на что была способна. Работала на двух работах, чтобы дать мальчикам образование, водила их в церковь. Но Франклин, он решил жить по-своему. А затем перетянул к себе и Чарли. Группа, – она выплюнула это слово. – Куда уж мне было с ней тягаться.

– Миссис Джонсон, мы делаем все возможное, чтобы ваш сын вышел оттуда целым и невредимым. Чтобы все вышли оттуда живыми. Это даст ему шанс начать все заново.

– Они думают, что это делает их настоящими мужчинами, – Опал беспомощно смотрела на Фиби. – Наркотики, убийства, все эти банды. Они думают, что только так станут настоящими мужчинами.

– Я собираюсь еще раз поговорить с ним. – Протянув руку через столик, Фиби слегка коснулась ее руки. – Не возражаете?

– У вас есть дети, мисс?

– Фиби. И… да, у меня есть дочь. Ей сейчас семь.

– Дети вырывают сердце у вас из груди. Но и такое – все израненное и в синяках, – оно продолжает биться только для них. Что бы там ни было…

– Главное сейчас – вывести его оттуда живым. – Фиби начала было набирать номер, но прервалась, когда в комнату вошел Рикс.

– Саджет в тюрьме. Ему предъявлены обвинения в хранении наркотиков и оружия. В квартире, где он скрывался, мы нашли пистолет. По калибру совпадает с тем оружием, из которого был застрелен Франклин Джонсон. Эксперты должны сказать точнее.

– Прекрасно. – Фиби взглянула Опал в глаза. – Очень хорошие новости. Я хочу, чтобы вы помогли мне, миссис Джонсон. Мы арестовали человека, который стрелял в вашего сына, в брата Чарли. Теперь ему не отвертеться от тюрьмы. Нужно убедить Чарли, что этого вполне достаточно и он может выйти оттуда. Он должен понять, что все уже закончилось.

Фиби набрала номер винного магазина. Теперь в голосе парня звучало больше усталости, чем ожесточения. Еще один хороший знак.

– Разз, у меня хорошие новости.

– Мой брат очнулся?

– Твой брат находится в том же состоянии, что и прежде. И это значит, что ему не стало хуже. Он ведь крепкий парень, правда?

– Ясное дело.

– Вот и замечательно. Я хотела сказать, что Клип отправлен за решетку.

– Этот недоносок у вас? Вы поймали этого чертова ублюдка?

– Не смей разговаривать так с этой дамой! – вмешалась Опал. – Не смей произносить подобную мерзость!

– Это он всадил несколько пуль в Ти-Боуна. Я называю его так, как он того заслуживает.

Фиби покачала головой, не позволяя Опал продолжить спор.

– Твоя мать очень взволнована, Разз. Теперь ей приходится переживать из-за вас обоих – из-за тебя и твоего брата. Но мне кажется, мы могли бы найти выход, который устроит всех без исключения. Полиция предъявила Клипу обвинения, так что он теперь за решеткой. Ему…

– Приведите этого ублюдка ко мне!

– Я знаю, что ты хочешь видеть его. И я могу устроить это. Если ты сложишь оружие и выйдешь из магазина, я договорюсь, чтобы тебя отвели туда, где он сидит. И ты увидишь его за решеткой.

– Я хочу видеть его мертвым! Хочу сам отправить его на тот свет.

– Ты очень устал, Разз. Это был долгий, по-настоящему долгий день. Ты должен знать, что полиция нашла у Клипа пистолет – того же калибра, из которого был застрелен твой брат. Сейчас оружие передали на экспертизу. И если окажется, что в Ти-Боуна стреляли именно из этого пистолета, то Клипу предъявят обвинение в попытке убийства. Представляешь, сколько он просидит за решеткой? Долгие годы. Может даже, всю оставшуюся жизнь. Если бы с моим братом произошло что-то подобное, я бы предпочла, чтобы тот, кто стрелял в него, еще долго расплачивался за свое преступление.

– Гореть ему в аду!

– Знаешь, тюрьма штата Джорджия – тоже своего рода ад. Разз, мне сказали, что он скрывался. Скрывался! Как думаешь, что скажут его ребята, когда узнают, что он не нашел ничего лучшего, как спрятаться?

– А если вы меня обманываете?

– Она говорит чистую правду! Я сама была там, когда ей сообщили об этом. Парень, который стрелял в твоего брата, в тюрьме. А теперь выходи оттуда, слышишь? – Опал снова начала плакать. – Выходи, я не желаю видеть, как еще один мой мальчик обливается кровью.