Новые конкистадоры
Шрифт:
– Чего?!
– Салата еще положите, – я продемонстрировал стоящему поодаль слуге пустую миску. – И этой… по вкусу на курятину похожее… короче, того, что не зелень, побольше положите!
– Какой-то ты подозрительно спокойный, – во взгляде Анатолия читалось даже легкое опасение. – Или уже смирился со своей участью, или…
– У меня голова болеть перестала, – сообщил я. – Пока шел от храма, примерно на полпути как рукой сняло. А это, знаешь ли, такое облегчение, что все прочие жизненные невзгоды кажутся сущей мелочью.
– Ну-ну, – недоверчиво покачал головой напарник. – Посмотрим, сколько твой оптимизм продержится и как ты запоешь, когда твоя будущая супруга поселится рядом и начнет ежедневно с мозгов стружку снимать.
– Ах да, я и забыл совсем, – я с размаху хлопнул себя ладонью по лбу и тут же горько пожалел об этом – похмелье, как оказалось, ушло не окончательно, а лишь чуть отступило в глубин. – Ой… блин… они с тестем… ну и там еще с какой-то делегацией собирались в гости заявиться. На предмет изучения моего имущества, статуса в клане и все такое…
Борекс при этих словах издал длинный тоскливый стон, закатил глаза и, кажется, даже собирался рухнуть со стула, но в последний момент передумал.
– Надо подготовиться к приему, – пробормотал он. – Пошли… племянничек… дел невпроворот. – Дальше Борекс перешел на шепот, из которого я смог уловить отдельные обрывки слов типа "спрятать подальше", "перепрятать" и "ночью втихую вывезти".
– А как с нашим имуществом быть? – тревожно спросил Блинов, также расслышавший часть шушуканья хозяев. – Слушай… а если заявить, что весь грузы мой, а ты вообще подмастерье и всего имущества на тебе – халат… ну и что под ним?
– Боюсь, не прокатит, – вздохнул я. – Вспомни, что Борекс позавчера говорил… с утра, пока груз разбирали. По местным законам мы с тобой получаемся владельцы нашего бывшего НИИ, ну и того куска земли, что с ним перенесся. Понятно, что там еще интересы этого лесного вождя каннибалов и вообще… но факт, что когда пойдем перетаскивать имущество, новоявленные родственнички наверняка смогут долю потребовать.
– И ты про это так спокойно говоришь?!
– А чего, бегать по потолку и орать? Ну да, недооценили мы… ладно, я недооценил местных барыг-клофелинщиков, – добавил я, решив не заострять внимание, что Блинов пил вместе со мной и имел все шансы угодить ровно в ту же "медовую ловушку". – В следующий раз будем осмотрительней.
– Следующий раз?!
– Местные законы многоженство позволяют, – пояснил я. – Как и многомужество, к слову. В конце концов, что мы за попаданцы без гарёма? У них тут довольно хитрая система, с градациями по качеству жены – старшая жена, младшая жена, полуналожница… в общем, все запутано. Я пока шел, с охранником разговорился, он как раз сын такой вот младшей жены, на родовое имя право имеет, кое-чему научили, но как взрослым стал – щит-меч в руки и пинком на выход. Хочешь, чтобы признали полноценным сородичем и включили в списки на наследование и прочее – надо нехило занести в казну клана, ну и персонально старейшинам, чтобы и похлопотали и высказались как надо. В общем, все как у нас, бабло решает. Кстати, помереть, записав тебя единственным наследником, это вариант...
– Серега, у тебя точно все дома?! – Блинов, наклонившись, вгляделся мне в лицо. – Походу, зрачки расширены… или тренируешься, как под психа закосить?!
– Да я, в общем, серьезен как мастодонт! – почти обиделся я. – Не помнишь, куда мы пакет с ювелирными побрякушками и прочей бижутерией задевали? Надо бы для невесты подарок выбрать…
– Определенно, рехнулся! – вынес вердикт напарник. – Впрочем… не кусаешься и то хорошо. Учти, нашу спальню я оставляю за собой, устраивайтесь где хотите в другом месте… Желательно подальше.
– Пакет, спрашиваю, где лежит?
– Стекляшки были в двойном мусорном кульке, который потом еще пленкой замотали… а сейчас должны во второй от входа комнате лежать. Там еще лекарства рядом, возьми себе реланиум что ли… может отпустит.
– И тебе возьму, – пообещал я, вставая. – Все равно его у нас дофига, а сожрать надо, пока срок годности не вышел.
Шутку юмора Анатолий не оценил и, по-моему, вообще не понял, что я шутил. А реланиума у нас действительно было много – две большие банки с таблетками, найденные во время шмона третьего этажа в одном из столов. Смутно подозреваю, планировалось их содержимое использовать отнюдь не в строгом соответствии с предписаниями врача…
Делегация будущих родственников явилась ближе к обеду – подозреваю, изрядно задержавшись из-за "прихорашивавшейся" невесты. Что ж, если до этого момента у меня еще имелись какие-то сомнения, то при виде показавшегося из паланкина чуда в перьях – в прямом смысле слова, за эту накидку заплатили жизнями десятка три попугаев, не меньше – они тут же издохли в корчах.
– Достопочтенный Борекс, – семенивший впереди тесть подслеповато моргнул и распахнул объятья, целясь при этом куда-то в промежуток между Борексом и Дигланом. – Как я рад видеть вас нынче в добром здравии…
По лицу Борекса очень явственно читалось, что лично он предпочел бы увидеть дорогих гостей в виде похоронной процессии, причем в закрытых и надежно заколоченных гробах. Ну или кремированных – с этими обычаями у местных нам пока не выпало случая ознакомиться поближе. Но все же глава клана Жезезноруких доказал, что место свое занимает по праву – шагнул вперед, облапил гостя и даже не придушил его в объятьях… ну, так, слегка сжал…
– Кха-кха-кха.
– Где мой дом?! – не дожидаясь, пока папаша отдышится, пролезла вперед невестушка. – Мы устали с дороги, я хочу есть, принять ванну, а еще хочу… хочу…
Теперь уже настала очередь Борекса задыхаться, так что пришлось выручать нашего хозяина и брать инициативу на себя.
– Наш дом, – посторонившись, я поднял руку, собираясь указать на "музей", и невеста – черт, как же её звать-то?! – тут же вцепилась в мой рукав, – вот этот замечательное строение в глубине двора. С удовольствием устрою для вас по нему…
– Низковат и маловат! – поморщилась невеста. – Надеюсь, внутри лучше, чем выглядит снаружи. Сигни! – не оборачиваясь, скомандовала она, – пусть мои сундуки несут в тот дом, а остальное… папа сам разберется!
– Хорошо, госпожа, – отозвалась державшаяся позади блондинка. Впрочем, возвышаться над невестой на добрых… обычно в таких случаях меряют в головах, но тут к голове прилагалась шея, плечи, а также высокая и вполне объемная грудь. – Я прослежу.
Как и ожидалось, внутреннее убранство нашей "виллы" у Гроссеты – я, наконец сумел припомнить её имя, – вызвало лишь презрительную гримасу. Зато разложенные вдоль одной из стен внутреннего дворика мешки она углядела практически от входа – и бросилась на них, словно коршун на цыплят. Сопровождавший нашу процессию Блинов сначала закатил глаза, а затем и вовсе зажмурился, не желая даже взглядом участвовать в начавшейся вакханалии копошения, потрошения и вандализма.