Чтение онлайн

o:p /o:p

<![if !supportFootnotes]>[8]<![endif]> Нет, конечно нет (литов.). o:p/

o:p /o:p

<![if !supportFootnotes]>[9]<![endif]> «Вы летите в Германию?» — «Да, в Дюссельдорф». — «Вы из Дюссельдорфа?» — «Нет, я русская» (нем.) .

o:p /o:p

<![if !supportFootnotes]>[10]<![endif]> «Аэропорт» на двух языках — литовском и английском.

o:p /o:p

<![if !supportFootnotes]>[11]<![endif]> Алло (литов.) .

o:p /o:p

<![if !supportFootnotes]>[12]<![endif]> Алло, кто это? Вас не слышно! (литов.) o:p/

o:p /o:p

<![if !supportFootnotes]>[13]<![endif]> Лаймиус, это ты? (литов.) o:p/

o:p /o:p

<![if !supportFootnotes]>[14]<![endif]> Да (литов.) .

o:p /o:p

<![if !supportFootnotes]>[15]<![endif]> Я в беде (англ.). Извини, мне сейчас тяжело (иврит) .

o:p /o:p

<![if !supportFootnotes]>[16]<![endif]> Что посеешь, то пожнешь (литов.). o:p/

o:p /o:p

<![if !supportFootnotes]>[17]<![endif]> «Привет, Елена!» — «Привет!» — «Как дела?» — «Хорошо, а кто спрашивает?» — «Это Лаймиус Ничюс из Тель-Авива» (латыш.) .

o:p /o:p

Козлов Владимир Иванович родился в 1980 году

Козлов Владимир Иванович родился в 1980 году. Поэт, критик, литературовед. Окончил филологический факультет Ростовского государственного университета, кандидат филологических наук. Автор книг стихов «Городу и лесу» (Ростов-на-Дону, 2005) и «Самостояние» (Москва, 2012). Стихи, эссе и статьи публиковались в журналах «Арион», «Вопросы литературы», «Знамя», «Новая Юность». Наш журнал опубликовал статью В. Козлова «Внутренние пейзажи Олега Чухонцева» (2008, № 3). o:p/

Живет в Ростове-на-Дону. Со стихами в «Новом мире» выступает впервые. o:p/

o:p /o:p

o:p /o:p

o:p /o:p

o:p /o:p

Человек-пейзаж o:p/

o:p /o:p

Сначала что-то ты подозреваешь, o:p/

а однажды открываешь в себе нечто, o:p/

что, похоже, зародилось в пору, o:p/

когда мир внутренний, приняв очередное o:p/

повышение налогов на o:p/

в целом незапятнанную совесть, o:p/

невольно вдруг прикинулся пейзажем, — o:p/

o:p /o:p

закон один в нем — сосуществованье o:p/

как бы несвязанных предметов — o:p/

собачьего дерьма и тротуара, o:p/

и не поспоришь с данностью пейзажа, o:p/

пока не ощутишь ее внутри — o:p/

в пейзаже настоящего, того, o:p/

что — как подушка для набоковских булавок: o:p/

ничто из ничего не вытекает, o:p/

в нем женщины, предметы склонны раздеваться o:p/

при первом взгляде, и предательство тут также o:p/

искренно и обязательно, как и любовь, o:p/

причем к тому же человеку и одновременно; o:p/

o:p /o:p

пейзаж, хватаясь за предметность, оглушает, o:p/

высвобождая органичную способность человека o:p/

смердеть кошачьим трупом, o:p/

радовать людей закатом — через запятую o:p/

можно перебрать многообразье мира, o:p/

которое, что станет скоро ясно, o:p/

внутри нисколько не многообразно, — o:p/

o:p /o:p

теперь представь, что кто-то o:p/

тебя когда-нибудь полюбит, o:p/

какой-нибудь потомок Левитана, — o:p/

он должен будет начинать в тебе сначала — o:p/

камень обтесать, добыть огонь, o:p/

карябать на пещерных сводах сцены жизни, o:p/

не скоро нарисуется Джоконда, o:p/

но он наглядно постепенно убеждает, o:p/

что все-таки вам есть за что бороться — o:p/

за уголовный и гражданский кодекс, o:p/

связывающий «а» твое и «б» o:p/

в целую, но непростую личность, o:p/

способную уже не к продолжению пейзажа, o:p/

а к продолженью рода. o:p/

o:p /o:p

o:p /o:p

o:p /o:p

Я в предгорье o:p/

o:p /o:p

Даже в лучшем гостиничном номере запах гнилой картошки. o:p/

А за окном, неподалеку, предъявлены для ленивых, o:p/

чтобы величием их раскатать в лепешку, o:p/

вставшие дыбом леса и нивы. o:p/

o:p /o:p

Но импортный новый станок борется в одиночку o:p/

с жижей, оставшейся от земли, и с либидо, o:p/

которое подло в своих обладателях мочит o:p/

зарождающегося индивида. o:p/

o:p /o:p

И маникюр не спасает тут облика человека. o:p/

С предгорной равнины он видит хребет Кавказа. o:p/

В лузу он будет шары загонять до рассвета, o:p/

пытаясь выморгать цементную пыль из глаза. o:p/

o:p /o:p

А наверху — хрустальный лес Архыза. o:p/

А наверху лежат во льду солдаты Эдельвейса. o:p/

А он ведь никогда, он не терпел быть снизу. o:p/

Он хмуро сплевывает я в родную гниль Черкесска. o:p/

o:p /o:p

o:p /o:p

o:p /o:p

Схватка o:p/

o:p /o:p

Внутри летит далекий стук копыт, o:p/

там сердце от себя кочевье гонит, o:p/

и тишина вскипает и кипит, o:p/

и двор, в котором до сих пор витает спирт, o:p/

стоит, как лунная поверхность, незнакомый; o:p/