Чтение онлайн

Ей не было стыдно за то, что бывшим друзьям достались только равнодушные клочки бумаги. Да, она слабачка, и она бежала, трусливо поджав хвост. И ей совсем не хотелось, чтобы кто-то тратил свое время, пытаясь ее отговорить (“Как будто кто-то собирается это делать! Очнись, Китнисс, на тебя всем плевать!”).

Открыв дверь, Гейл сонными глазами окинул сначала девушку, а потом две сумки у ее ног.

– Кискис… Что за?..
– он провел руками по лицу, отгоняя остатки сна.
– Что случилось?

И тут девушка не выдержала. Плотину, сдерживающую гнев, страх и непонимание просто прорвало, и бурный поток слез в перемешку с невнятными словами снес остатки самообладания.

Вдоволь порыдав на груди друга, Китнисс слабым голосом поведала, что уезжает и пришла попрощаться.

– Это не надолго, Гейл. Скоро у тебя будут каникулы, и мы встретимся в двенадцатом.
– Продолжая всхлипывать, девушка умоляюще посмотрела на друга.
– Ты ведь приедешь на каникулы домой, к семье?

Гейл, участливо слушавший сбивчивый рассказ подруги, провел рукой по волосам и нахмурился.

– Кит, ты совсем ненормальная?

Девушку как-будто отбросило от плеча, на котором покоилась ее голова. Она непонимающе уставилась в лицо Гейла.

– Только не говори, что ты не согласен, что так будет лучше. Я думала, только ты сможешь меня понять и поддержать…

– Нет, Кискис, ты неправильно меня поняла, - Хоторн попытался смягчить голос, - прости, что был груб. Я хотел сказать, что ты ненормальная, если думаешь, что я отпущу тебя одну. Я еду с тобой. Помогу вам с мамой устроиться, наверняка к вашему старому дому нужно приложить крепкие мужские руки, прежде чем оставлять там жить двух женщин. И это не обсуждается!
– Гейл строго посмотрел на вскинувшуюся девушку.
– У меня есть знакомая медсестра, которая спокойно оформит мне больничный на неделю. А если понадобится, то и на больший срок.

***

Китнисс была благодарна Гейлу за то, что он не оставил ее одну. Она бы не справилась, и ночевать и ей, и маме, пришлось бы в сугробе.

Сейчас Гейл стоял на пороге того, что когда-то было домом, и критичным взглядом скользил по попыткам Китнисс вернуть в жилище тепло.

– Кит, прекращай.
– Он подошел к девушке, полотенцем зажимавшей руку.
– Это бессмысленно. Весной, когда сойдет снег, можно попробовать его починить - поменять стекла, поправить дверь и крышу. Сейчас бесполезно, вы окочуритесь в этом месте в первую же ночь. Я поговорил родными, они уже освобождают для вас мою старую комнату. Поживете в ней, пока не решим что-то с вашим домом.

– Гейл… Спасибо, но я не могу их так стеснять.
– Китнисс опустила голову.
– Там и так живет слишком много людей для такого небольшого домика, мы будем мешать.

– Китнисс, этот вопрос не обсуждается. Для моей матери ты - как дочь. И она будет только рада, если ты примешь от них помощь.
– Гейл схватил сумки и, не оборачиваясь, пошел к выходу.
– Жду вас на улице.

Китнисс, открыв рот, смотрела на то, как ее мама беспрекословно посеменила за Гейлом. Уже у самой двери она обернулась и недовольно посмотрела на девушку.

– Доченька, ну что же ты стоишь? Нас пригласили в гости, невежливо отказываться и заставлять себя ждать.
– Она кивнула в сторону улицы и лукаво улыбнулась.
– Гейл такой заботливый! Он нравится мне гораздо больше, чем твой второй друг.

========== 31. ==========

Возвращаться в родные места тяжело. И далеко не так приятно, как об этом любят говорить.

Никакого тебе “дышится легче, из головы выветриваются все плохие мысли, ноги сами несут по памятным местам…” Бред.

Может, так и чувствуешь себя, когда, уехав в большой город учиться, возвращаешься с результатом. Когда смотришь на свое прошлое новым, мудрым взглядом, и, гордо подняв голову, говоришь:

“Вот она я. Отучилась, стала крутым специалистом, устроила свою жизнь. Победила дракона, спасла свое будущее. Теперь можете хвалить меня и восхищаться мной.”

А еще лучше, если ты смог зацепиться в том же большом городе, который принято хаять и ругать в городках поменьше, но о жизни в котором все втайне мечтают, найти работу, жилье, богатого мужа, и в родные места приезжаешь на время. Привозишь подарки друзьям и знакомым, вспоминаешь с ними за чашечкой чая беззаботные школьные годы, а потом уезжаешь в то место, которое уже смело можешь назвать своим домом и еще некоторое время сокрушаешься, что “там так легко дышалось…”

Но все совсем иначе, если возвращение на малую родину - это бегство. Если попытка пробиться оказалась неудачной, и ты, с видом побитой собаки, стучишься в родной дом, надеясь, что примут. Что не прогонят. И грудь сжимает то ли от тоски, то ли от унижения, то ли от осознания того, что возвращаясь, ты признаешься в своем бессилии.

Никто напрямую не говорит тебе, что ты неудачник. Что вы! “Бедный ребенок! По крайней мере, ты попробовала. Ну и что, что не получилось. Ну, не всем дано…” И эти сочувственные вздохи тетушек, которые тебя помнят еще с тех времен, когда ты пешком под стол ходила. И обязательно укажут, что тогда ты была совсем без штанишек.

Только во взгляде отчетливо читается чувство превосходства над тобой, а сзади догоняет злорадный шепот. И плевать всем, что не выперли, а сама ушла, что алкоголь на дух не переносишь, а для того, чтобы залететь, нужно хотя бы иногда заниматься сексом. Теперь ты - главная тема на несколько недель, пока не произойдет что-то достаточно масштабное по местным меркам, чтобы затмить твое позорное возвращение.

Теперь Китнисс понимала Джо, которая, не поступив, решила не возвращаться в отчий дом. О своих родных Джоанна особо не распространялась, но Кит знала, что в гости она к ним не ездит. Их точками соприкосновения была часть зарплаты, которую Мейсон посылала каждый месяц домой, и один телефонный разговор с мамой, сразу после получения ею денег.

Еще одним открытием для Китнисс стало то, что твои бывшие одноклассники, которые не стали испытывать судьбу, а остались в родном городе и пошли куда-то работать, почему-то считали, что своим поступлением ты хотела нанести им личное оскорбление. И для них твоя неудача - это повод открыть лишнюю бутылочку пива в выходной и, ехидно посмеиваясь, выпить за вселенскую справедливость.

Именно перед таким человеком стояла Китнисс в ожидании вердикта.

За неделю она успела оббегать все фирмы, пообивать пороги всех предпринимателей, у которых могла бы быть вакансия для нее. Ничего. Ноль без палочки. Мало того, что никому не нужен был экономист, каким бы умным он ни был - издавна в двенадцатом было принято вести дела всей семьей, и бухгалтерию в том числе, - даже на роль продавца за прилавком она не подошла. Все говорили, что понимают ее ситуацию, с радостью бы ей помогли, но… Это но заканчивалось то информацией о том, что свободных мест нет, то молчанием и разведенными руками. Только во взгляде каждого отказавшего читалась мстительная мысль, что так ей и надо.

Китнисс понимала их. Не хотела, но не могла заставить себя не понимать.Теперь она для них чужая, не званная приживалка. Поселилась в чужом доме, да еще и чужое рабочее место решила заграбастать, когда для своих не всегда их хватает.

Сегодня был последний шанс. Ее бывший одноклассник выкупил милое кафе “У Сэй”, в которое Кит с семьей часто заходила за мороженым, и превратил его в полукафе, полустоловую и полубар. Днем это место пользовалось спросом у шахтеров, отработавших свою смену и мечтавших о дешевой и горячей еде, а вечером… у тех самых шахтеров, которые хотели расслабиться за рюмочкой такого же дешевого, как и еда, пойла, и потискать горячую девчонку.