Чтение онлайн

Ну, я так думала. Оказывается, умирать у меня получается паршиво.

Распахнув окно, я глубоко вдохнула, позволяя свежему воздуху омыть меня. Соль и хвоя. Где-то рядом был океан. И лес. Я никогда раньше не видела океана. Только на картинках в учебниках истории. Нам говорили, что они полны отходов. Что люди уничтожили экосистему, в которой мы когда-то процветали.

Мне так не казалось. Запах соленого воздуха вовсе не намекал на то, что он отравлен. Аромат был свежим и бодрящим. Я выбралась на узкий карниз, усевшись на него, и развернулась, пока не оказалась полностью снаружи; мои ноги болтались над краем. Лететь было невысоко, футов десять максимум. Будь я человеком, история была бы другой, но я не человек.

Я оттолкнулась от края и изящно приземлилась на ноги. В костях на миг отозвалась боль, но тут же полностью исчезла. Та-да! Премного благодарна. Я буду здесь всю неделю.

Госпиталь находился недалеко от города. Смеркалось. Солнце начало свой спуск, окрашивая небо в оранжевые и розовые тона до самого горизонта. На улице было немноголюдно, чему я была только рада. Кое-кто бросал на меня любопытные взгляды, но по большей части я оставалась незамеченной.

Пока я шла по центральной, как мне показалось, улице города, одна вещь стала предельно ясной. Нам лгали.

Почти всё, что я видела, было мне знакомо. Я не в монастыре росла, и, хотя мы жили в изоляции, мы не были лишены некоторых современных удобств. В поселении было больше четырех сотен жителей. Мы жили в домах, похожих на те, что я видела сейчас, разве что наши не казались такими большими и роскошными. У нас были электричество, холодильники, плиты и доступ к современной медицине.

Я читала о культах, которые держали своих последователей в неведении, в «темных веках», заставляя поклоняться богу, который желал видеть женщин на коленях. Я фыркнула. Ладно, может, мы и не так сильно отличались. Я клоню к тому, что машины, магазины, современная одежда и удобства не были для меня в новинку. У нас всё это было. Но были и вещи, которых я не узнавала. Маленькие устройства, которые некоторые прохожие держали в руках или прижимали к ушам. Кое-кто даже разговаривал сам с собой, ведя полноценную беседу в одиночестве.

Это было странно. И этот врач в больнице еще считал, что я сумасшедшая.

— Долго же ты собиралась, — окликнул меня нетерпеливый голос из дверей уютной кофейни. Женщина смотрела прямо на меня. Я огляделась, пытаясь понять, кому она кричит, но рядом никого не было. Мои плечи напряглись, мышцы сжались, готовые к бегу. — Да, ты, Фрейя. Я ждала тебя весь чертов день. А теперь заходи. Я тут сквозняк впускаю.

— Я вас не знаю.

Женщина улыбнулась. Улыбка была не мягкой, а расчетливой. Однако в её глазах светилось тепло, а их серебристый оттенок отражал свет фонаря над её головой.

— Зато я знаю тебя, Фрейя, — сказала она. — И нам есть что обсудить.

Глава 5

Кофейня уютно примостилась между двумя большими кирпичными зданиями. Её дизайн в стиле «шэбби-шик» и потертый, обветренный деревянный фасад всё равно умудрялись выделяться даже на фоне общего старомодного облика города. Я сидела на краю деревянного барного стула, настороженно наблюдая за женщиной, которая суетилась за стойкой, готовя кофе.

Она сунула мне тарелку со сконами, пробормотав себе под нос, что я «слишком тощая», прежде чем вернуться к своим делам. Кафе выглядело изящно: длинная беленая деревянная стойка, на которой красовались антикварный латунный кассовый аппарат и пастельная стеклянная витрина, полная аппетитной выпечки. Полы были из потертого серого дерева — казалось, их притащили прямо из старого амбара.

Стены украшали фрески с изображением лесов и рек. Логично — заведение называлось «В чащу». Стулья и столы были выкрашены в состаренный цвет шалфея, который идеально гармонировал с разросшимися растениями, заполонившими каждый угол кофейни. Здесь было уютно и тепло. Когда я в последний раз чувствовала что-то подобное?

— Откуда вы знаете моё имя? — спросила я с любопытством и опаской. Паранойя просачивалась в кости, обдавая холодом. Никто в этом городе не должен был знать, кто я такая. Я никогда не покидала стен поселения.

— Магия, — она хитро улыбнулась. Изгиб её алых губ заставил её выглядеть на годы моложе. Я чувствовала её запах. Она была оборотнем, но в оттенке её аромата было что-то не то. Что же именно? — Мир полон её, Фрейя.

Меня беспокоило то, что она знает моё имя. И то, что её пронзительные серые глаза, так похожие на мои, казалось, видели меня насквозь, заглядывая прямо в душу.

— Вы не назвали мне своего имени, — заметила я, прежде чем поблагодарить её за кофе, который она поставила передо мной. — Грубовато с вашей стороны, не находите?

Старушка так и просияла, от неё буквально волнами исходила гордость. В этом не было смысла. Почему она гордилась моими словами? Большинство сочло бы их оскорбительными. В поселении меня избивали и за меньшее.

— В тебе есть огонь, — она произнесла это как комплимент. — Что касается того, как меня называть… здесь все зовут меня Грэнни.

— Вы не выглядите такой уж старой.

Грэнни фыркнула.

— Гены оборотня в этом помогают, — она подмигнула мне. — А теперь, не хочешь рассказать, почему ты разгуливаешь по городу в резиновых тапочках и одежде, которая тебе велика размера на четыре?

— Вы же у нас по магии, — поддразнила я её. В моем голосе послышались игривые нотки, которые я сама едва узнала. — Вы мне и скажите.

Уголки её губ поползли вверх, глаза заблестели.

— Я сказала, что знала о твоем приходе, — она прищурилась, но в этом взгляде не было злобы. — А не о том, где ты пропадала до этого.

— Я не хочу говорить о том, где я была, — буркнула я капризно, пряча лицо в кружке. Черт, эти зерна явно были обжарены с помощью магии. Может, старуха и правда ведьма. Я слышала легенды о них в поселении. Шепотки о шаманах и дьявольщине. На демона она не походила. Впрочем, и мой отец не выглядел монстром, пока не передал меня Высшему Совету.

— Хорошо, — Грэнни примирительно подняла руки, прежде чем взять свою кружку. — Когда созреешь для рассказа, я буду здесь. И тогда, возможно, я открою тебе секрет, как я узнала о твоем появлении.

— Это не совсем честно.

Грэнни бросила на меня многозначительный взгляд:

— С чего бы мне делиться своими тайнами, если ты не делишься своими?

— Вы для меня незнакомка, — парировала я. — Секретами не делятся с незнакомцами.

— Ну, в таком случае, — она улыбнулась мне, седеющая прядь выбилась из её пучка, обрамляя узкое лицо, — полагаю, нам лучше познакомиться поближе. И тогда мы больше не будем незнакомцами, верно?

Если бы только всё было так просто.

— В каком смысле «сбежала»? — прорычал я на Карлсона. — Ты должен был держать её под психиатрическим надзором.

У дока хватило совести выглядеть пристыженным. Будучи оборотнем, он разруливал большинство травм в нашем клубе. Оборотни заживают быстро, но некоторым ранам требуется помощь. И тут в дело вступал он. Док был из разрушенной стаи. Его родители подсели на какую-то новую дрянь, появившуюся на рынке, и он остался один на один с миром. Мой отец приютил его, выучил и оплатил колледж.