Обмануть пророка
Шрифт:
Все задумались.
– Мда… Что-то тут не то. У тебя есть соображения?
– В ком-то из бригады - заинтересованы? А? В ком?
Беда оглядела внимательно всех и вывела вердикт:
– Нет никого в нашей бригаде, кто бы предал. Ясно? Никого.
И Ванесса Витольдовна добавила:
– Мы уже давно как одна семья. Никогда не поверю, что кто-то… Да и потом… Вот этот квадрокоптер… Что? Они ведь хотели всю бригаду положить? Чтобы наверняка?
Но Короткий возразил:
– Что там в нём было, мы не знаем. И, думаю, уже никогда не узнаем. Может там подвесная винтовка, а заряд взрывчатки это так… На всякий случай.
– Да, - поддержал мысль Пашка, - думаю, взрывчатка там была для самоликвидации. А я просто удачно попал.
– Да… Про "попал"… Ты, Паша, как? В норму пришёл? Ну, раз пришёл, тогда поехали, бригада, на стрельбище, - скомандовала Бабка. И все согласились, даже с некоторым восторгом. Чему радовались - непонятно.
Когда расселись в машине, Бабка попросила:
– Короткий, а накинь-ка на него "лешего".
– Сделано, - ответил Короткий.
Какой леший? Куда его накинуть? Скорый так и не понял.
Глава 7. Чиновничий беспредел
Въехали в ворота Приюта.
Если бы Пашке не рассказали про квазов, он бы точно бросился бежать. Удержался. Но внутри всё равно всё трепетало.
К машине подошёл крупный ящер одетый в окровавленный камуфляж. Картина-сюрр.
– Ну как, - спросила у него Бабка, - нормально сгонял?
– Да. Нормально. Сейчас в портал отправлять начну.
– А чё весь в кровище-то?
– Скотину отбивали. Из Кушниково целую ферму КРС вывезли. Завтра в Черновку попрём, там у многих кролики.
Тут к багги подбежала Янка-Заря:
– Бабка! У нас там проверка! Шалава какая-то припёрлась, с милицией! Продукты переписывают! Я ничего сделать не могу…
Бабка спокойно попросила кваза:
– Бекас, будь другом, не демонстрируй пока портал. Дай я разберусь, что это там за баба.
Бекас пошевелил плечами, пытаясь изобразить пожатие.
– Ну, ладно. Теперь-то мне спешить некуда.
Все пошли вокруг двухэтажки. Зашли в двустворчатую дверь и оказались в тамбуре. Справа, на большой кухне, у электрокотлов, стояли две перепуганные женщины в передниках, а рядом автоматчик с оружием наперевес. Бабка взвилась:
– Ты!
– она ткнула пальцем в автоматчика, - Ты чего в пищеблоке делаешь? А ну, марш отсюда!
Солдат растерялся, затоптался испуганно.
– Мне приказано…
А Бабка совсем рассвирепела:
– Я тебе, что - неясно сказала?! Пошёл нахрен на улицу, баран!
Вояка не знал, что делать. Его лицо пошло красными пятнами, он круглыми глазами пялился на вошедших.
– Да твою же мать!
– Бабка пошла к бойцу. Она схватила одной рукой здоровенного мужика, ростом выше её на голову, как котёнка за шиворот, другой за поясной ремень, приподняла того до уровня груди и попёрла к дверям. Распахнула ногой створку и метнула автоматчика во двор. Он взбрыкнул ногами, ударился плечом о вторую створку, открыл её, и пролетев метров пять, а то и больше, с грохотом рухнул мордой вниз в дорожную пыль.
Вскочив, мужик вскинул калаш, но на него уже смотрели пять стволов. А Скорый выхватил пистолеты и, хоть и неуверенно, но тоже направил на полицейского.
Бабка командовала дальше:
– Оружие на землю! Быстро!
Мужик присел и осторожно положил в пыль АКМ.
– Вот так! Скорый, забери ствол…
Ну а что делать? Дугин действительно пошёл и подобрал автомат.
Разоружённый мужик, как-то удивлённо, сказал:
– Бабка, зачем ты на неприятности нарываешься?
– Ты!… Сопляк!... Когда я говорю выйти из пищеблока, это надо делать быстро!... Понял?!.. Быстро!!
– Бабку трясло.
Она глубоко подышала, немного успокоилась.
– Стой там, говнюк… Зайдёшь в помещение - ноги из жопы выдерну.
И, захлопнув створки, отправилась налево, в оббитую жестью дверь.
Дугин растерянно посмотрел на калаш, спросил:
– А с этим что?
– Дай-ка, - протянул руку Шило. Он взялся за ствол и без усилий слегка согнул его. Протянул Пашке.
– Заметно?
– Ну, конечно, заметно…
Шило снова помял ствол, выправил его насколько можно.
– А сейчас?
Пашка понял идею. Прикинул глазом вдоль ствола.
– Пойдёт.
Стрелять из такого аппарата, естественно, уже нельзя.
Тогда Шило открыл дверь на улицу и швырнул автомат.
– Держи, чучело.
Пошли за Бабкой.
Та уже орала на фигуристую бабу, одетую в армейскую форму цвета хаки - китель, юбку и кокетливую пилотку.
Гудели холодильники и морозильники, но Бабка их легко перекрикивала:
– Ленка, ты чего тут делаешь?! Тебе кто разрешил?!
– Во первых, - отвечала баба, - не Ленка, а Елена Геннадьевна… Во вторых, не ори, будь добра.
Бабка подошла вплотную.
– Ты не поняла вопроса? Какого хрена ты делаешь в моём складе?
– Я налоговый инспектор. Провожу проверку укрытых продуктов питания.
– Укрытых?! Укрытых, мать твою?!... Так… Ладно… Предъяви документы. Быстро.
Елена усмехнулась, дернула бровками, вытащила из внутреннего кармана красную корочку.
Бабка снова завелась:
– Мне насрать на твою ксиву! Документы на обыск у тебя есть?
– Мне не нужны документы на обыск.
– Ага. То есть, неприкосновенность частной собственности тебя не касается?...
И Бабка заговорила тихо и спокойно. Так, что от этого спокойного голоса у Павла мурашки по спине побежали. А двое автоматчиков, сопровождавших инспектора, засуетились. Один даже передёрнул затвор. А Бабка шипела:
– А ну-ка быстро, пошли на выход.
Потом всё же сорвалась на крик:
– Бегом, суки!
Бригада уже держала на мушке всю проверочную экспедицию.
Бойцы милиции, откровенно испугались.
И снова:
– Оружие на пол! Быстро!... Марш на выход!
И добавила переминающимся бойцам и красной от злости Елене Геннадьевне:
– Что? Пинками начать подгонять?
Троица вышла во двор. Милиционеры потребовали:
– Бабка, ты бы оружие-то вернула...
Шило уже втихаря поработал над длинностволом. Бабка забрала у него автоматы и выкинула их под ноги горе бойцам.
И компашка гостей неуверенно подалась к воротам, вслед за решительно шагающим "налоговым инспектором".