Обмануть пророка
Шрифт:
– Так… Слушай сюда… Ты точно такой же, как и тот "другой". Точно такой же. И вопросы эти ты решишь. Я уверена. Потому, что знаю тебя как облупленного. Ты привык все вопросы решать, а не прятаться от них. А мы тебе в этом поможем. Понял? Вот очухаешься немного, Дар приподымешь, и - вперёд.
Все хором покивали.
Глава 4. Приют
В самом городе добрались до ещё одной стены. Небольшой, такой. Кирпичной. Метра три высотой.
Колонна втянулась в ворота и Бабка приказала:
– Так… Ладно… Сейчас поднимаемся в офис и занимаемся насущными вопросами…
Вылезла, крикнула остальным:
– К пищеблоку на разгрузку! Баллоны в мастерскую! Пошлите ко мне кто-нибудь Зарю!
Внутри огороженного периметра стояла двухэтажка. Явно - жилая. И ещё какие-то подсобные помещения. В глубине двора возвышалась водонапорная башня. Справа, в большом кирпичном здании, явно работал большой дизель. Корабельный, или тепловозный. Провода на столбах. Рядом, на бетонных быках - большая наливная цистерна, снятая с железнодорожного вагона… С цивилизацией тут вроде всё в порядке. Территория ухожена, пешеходные дорожки засыпаны гравием, бордюры побелены. Автомобильные проезды замощены строительными плитами. Чувствуется хозяйская рука.
– Так… Ладно… Пошли, надо кое-что обсудить.
Поднялись на второй этаж и, с шумом и бряканьем оружия, сели в кресла. Бабка заняла место за большим канцелярским столом. Начальник! Только расселись, влетела женщина. Экипированная и подкачанная. Броник одет прямо на футболку. Она с порога задала вопрос:
– Бабка, я не поняла! Мы, что - Скорого с собой привезли?! А почему мне никто ничего не сказал?!
Тут она увидела Пашку, скромно сидящего в уголке и взорвалась реакцией:
– Скорый! Твою мать!
И эта культуристка метнулась к Пашке.
Бабка рявкнула:
– Бита! Стоять!
И потом уже спокойно:
– Бита, это же новик. Не налетай на него. Дай человеку оклематься.
Бита тормознула. Но лицо её сияло радостью.
– Я поняла… Но это… Да дайте же я его потискаю!
И потискала. Потом с сожалением отпустила.
– Скорый, если что от меня надо, ты только скажи…
И вышла, брякая тесаком об ручку здоровенного пистолета.
Пашка осторожно спросил:
– Я надеюсь это не моя… э-э… жена?
Все засмеялись. А Бабка успокоила:
– Нет, Паша, не волнуйся. Ты просто её кум. Вы с Иглой её девочку крестили. Можно сказать - вы ребёнка от смерти спасли… Чёрт!! Где там Заря!!
Командирша покрутила ручку полевого телефона.
– Сонечка. Дай мне Янку-Зарю… Не отвечает. Ну ладно…
Бабка помотала головой огорчённо, подошла к окну и воскликнула:
– Так вот же она!
Открыла створку и крикнула во двор:
– Заря! Поднимись ко мне!
И бригаде:
– Ну, что будем делать в связи с новыми требованиями?
Шило поморщился:
– Чем дальше, тем хуже. Сначала - налоги. Теперь и вовсе - всё отдай. Обнаглели в конец. Что дальше? Работать за пайку?
Дверь открылась и влетела худенькая девица. Как и все женщины в этой конторе, она была одета в мужской камуфляж. А голову подвязала банданой.
– Привет! Что ты хотела?
– обратилась она к шефу.
– Заря, у нас пропавшие продукты есть?
– С чего бы они пропали?
– обиделась Заря.
И тут она увидела Пашку. Замерла на пару секунд, потом быстро пошла к нему не отрывая взгляда.
– Скорый? Это же Скорый!
И накинулась на него с объятиями.
– Так… Ещё одна… Янка, это новик. Слышишь?
Пашку освободили от обнимашек.
– Скорый, если что, - сразу ко мне. Я всегда помогу. Я так рада снова тебя видеть!
– Так… Заря, давай по делу. У нас есть неценные продукты? Те, которых избыток.
Янка маленько подумала и подтвердила:
– Да, есть. У нас китайской лапши много.
А сама всё косилась на Пашку, радостно улыбаясь.
– А что за лапша?
– Ну, ролтон, доширак, бигланч. Больше года лежит, никому не нужна.
– Много её?
– Много.
– Распорядись, чтобы после того, как выгрузят то, что мы припёрли, загрузили в прицепы эти дошираки. Хорошо?
Заря усмехнулась:
– А-а! Вон ты что… Значит - вот так решила. Сделаю.
– Ну всё. Иди.
Пашка настороженно оглядывал бригадных. Ему объяснили:
– Это, Скорый, девочка, которую ты от смерти спас.
Пашка удивлённо спросил:
– А я что, тут каждого от смерти спас?
– Почти, что, - посмеялась Бабка.
– Вот это, - она крутанула пальцем над головой, - это всё твоё детище. Приют. Тут мы собираем имунных, таких как ты, и пытаемся их адаптировать.
– И получается?
– поинтересовался Павел.
– Ну, знаешь ли… Ни одного случая суицида за пятьсот дней. Это о чём-то говорит?
– Мне - ни о чём.
– До создания приюта, количество самоубийств составляло примерно половину от количества имунных. Мало кто способен выдержать потерю привычного мира, потерю близких, потерю привычной жизни…
– И я всем этим руковожу?
– Да как-то… Нет, не особо, - пожала плечами Бабка.
– Тут как-то всё само по себе крутится. Мы только ищем имунных после перезагрузки кластеров. Свозим их сюда. Психологической помощью занимается Беда. Лечит - Ванесса. В сложных случаях подключаешься ты. Кормит Варя-Париж.Завхоз - Заря. Администратор территории - Дед. Комендант - Бита. Как-то… Вот так.
– И что будем делать?
– Сейчас отвезём лапшу в администрацию…
– Бабка, - вмешался Шило, - почему мы подчиняемся этим пид… этим ганд… этим уродам? Теперь у нас есть Скорый…
– Так… Шило, ты понимаешь, что Пашке надо раскочегарить его Дар? А на это уйдёт время. Понял?
– Ну, да, - грустно вздохнул Шило, - понял.
– А пока - подчиняемся безоговорочно. Так… Ладно… Поехали. Заря поди уже управилась. И надо детей посмотреть.
Бригада всей толпой вывалила на улицу. Эти ребята всё время старались держаться вместе. Ходят за командиром, как утята. Но вот только утята эти с такими зубами, что Боже упаси. Крокодилы обзавидуются.