Чтение онлайн

Мэг медленно выдохнула. Когда я повернулась к ней, она вытирала внешний уголок глаза.

Тут в разговор вступила Пенни, и прослезилась уже я.

— Я родилась в Лос-Анджелесе. Энрико и Ева тоже, поэтому мы американцы. Я бы хотела, чтобы мои родители тоже могли стать гражданами этой страны.

— Мы гордимся своими детьми, — сказала миссис Диас.

Сенатор повернулся ко мне с нечитаемым выражением лица.

— Мы тоже.

• • •

Обратно в отель мы возвращались в тишине. Близнецы всё ещё недоумевали, что за напряжение царило в комнате, когда они вернулись со двора вместе с Евой и Гусом.

Наконец, я набралась смелости прервать тишину.

— Простите за такой сюрприз. Это очень важные для меня люди, и я хотела, чтобы вы с ними познакомились. И узнали их по-настоящему.

Сенатор кивнул, но его взгляд оставался напряжённым. Он смотрел в окно, впервые увидев город моими глазами — маленькие постройки с неоновыми крестами в окнах, забегаловки и написанными от руки табличками на испанском, женщина, наклонившаяся к ребёнку в коляске, на перекрёстке в ожидании зелёного света.

— Они хорошие люди, — в его голосе послышалась грусть.

— Вы же ничего не расскажете? — выпалила я. — Я сказала им, что вам можно доверять…

— Конечно, мы ничего не скажем, — заверила Мэг. — Но я удивлена, что ты поставила их под удар. Ты же умная девочка, Кейт. А если бы за нами следили папарацци?

— Но не следили же. Так что… — я тяжело сглотнула. — Волноваться не о чем, правда?

Я посмотрела на сенатора в поисках ответа. И нашла его в тяжёлом молчании, сочувствии в глазах, пока он обдумывал услышанное.

Он не возвращался к этой теме, пока мы не прилетели обратно в Мэриленд. Пошатываясь после перелёта, мы разбрелись по спальням, чтобы хоть немного отдохнуть. Когда я бросила свой рюкзак на пол, на пороге моей комнаты возник сенатор и прислонился к дверной раме.

— Знаешь, Кейт… На это нужна смелость. Чтобы сделать то, что сделала ты. И вера. Вера в меня и Мэг.

Я замерла на месте, в ужасе ожидая, когда на голову рухнет огромный валун под названием «но». Заметив моё выражение, сенатор шагнул в комнату, открывая объятья. Я закрыла глаза. Он обнял меня, крепко.

— Просто хотел, чтобы ты знала, что мы гордимся тобой, — пробормотал он мне в макушку. — И это всё, что я хотел сказать по этому поводу.

Гордится мной. Он мной гордится.

Я была такой уставшей и вымотанной, что едва держалась, чтобы не расплакаться, когда он вышел и тихонько закрыл за собой дверь.

Пенни позвонила тем вечером.

— Ладно, — сказала она. — Ты права. Он потрясающий.

Глава 26

Вторник, пятое августа

Завоевание голосов молодежи

91 ДЕНЬ ДО ВСЕОБЩИХ ВЫБОРОВ

Нэнси подготовила для меня сюрприз. Обещала, что мне понравится, и позвала на обед, чтобы всё обсудить.

— Тебя позвали сняться в рекламном ролике Rock the Vote.

От восторга она хлопнула по столу так, что зазвенела посуда, и откинулась на спинку стула.

— MTV? — улыбка на моём лице появилась и пропала за секунду. — Почему я? У меня ещё даже нет права голоса.

— Потому что, — объяснила Нэнси, — ты сейчас инфлюенсер в мире политики. Молодая. Крутая. Конечно, они не могли тебя не заметить.

— Крутая? — я закатила глаза.

— Дословная цитата InStyle, — её брови идеальной формы взлетели. Одним плавным движением она вытащила из своей огромной сумки журнал и бросила мне. В середине стикер-закладка. Я открыла нужную страницу и увидела случайное фото, как я иду по улице вместе с Грейси.

«Стритстайл: Кейт Куинн Купер», — гласил заголовок.

Похоже, редакции понравились мои туфли.

— Офигеть!

— Говорю же, — Нэнси отпила свой чай со льдом, скривилась и отодвинула чашку. — В любом случае сенатор Купер считает это отличной идеей.

— А Мэг?

Я бы не была в этом уверена. Увидеть своих детей на обложке Time — это одно, но статья в InStyle и ролик MTV не вписывались в её понимание образцовой юной леди.

— Она будет взволнована, — уверенно заявила Нэнси. — Но мы всё организуем сами, только ты и я. И Нью-Йорк. Была там когда-нибудь? Ты влюбишься в этот город.

• • •

Пока мы ехали в такси из аэропорта в студию MTV в центре Нью-Йорка, я ждала, когда у Нэнси закончатся бесконечные телефонные звонки, чтобы попытаться окончательно прояснить ситуацию, случившуюся в Лос-Анджелесе.

— Нэнси, — позвала я. Она подняла удивлённый взгляд. — Прости, что поспешила с выводами, когда увидела тебя в номере Кэла. Я не знала…

— Что он гей? — она до боли сжала моё запястье. — Никто не знает. И пусть лучше так остаётся.

Я отодвинулась ближе к окну.

— Но Кэл сказал, что не скрывает этого.

— Ему плевать, кто об этом узнает. А мне нет. Ради его же блага. Он молод и глуп. Невероятно талантлив, но… Я постоянно ему твержу: ты создаёшь образ нашей избирательной кампании. Никто другой, — она улыбнулась. — Слухи — это дикая лошадь. Нельзя просто взять и оседлать её. Если ты хочешь, чтобы она шла туда, куда тебе нужно, надо крепко держать вожжи. Понимаешь?

— Конечно, — рассеянно ответила я, в то время как мой мозг нарисовал Нэнси в образе ковбойши.

— К слову об этом, — буднично произнесла она, листая ленту на своём iPhone. — Они могут попытаться провернуть что-нибудь своё. Если начнут задавать вопросы, и ситуация начнёт напоминать интервью, сразу звони мне — я всё быстро сверну.

— Ох, — растерялась я. — То есть мне нельзя ничего говорить?

— Только заранее одобренные ответы.

Одобренные кем? Мне никто их не давал. Вот тебе и создание образа.

• • •

Пока помощница режиссёра вела нас по съёмочному павильону, я украдкой высматривала знаменитостей, чтобы потом похвастаться Пенни, кого я видела. Это наша давняя игра. Пенни пока лидировала — она заметила Мэтта Деймона на улице Third Street Promenade вскоре после концерта Kudzu Giants, на котором побывала я. Так что теперь ход за мной.