Чтение онлайн

— Не стоит это обсуждать сейчас, я же с ребёнком.

Но, видимо, для мужчины эта фраза ничего не значила, потому что он стал невнятно кричать, а после и вовсе ударил моего дедушку кулаком по правой щеке. Я не знаю, почему я тогда не заплакала, ведь сейчас я готова плакать по любому поводу, но я, оробев, подбежала и встала между ними, приговаривая:

— Не трогай моего дедушку, иначе тебе будет плохо.

И как я тогда бесстрашно подбежала и сказала, не получив от того мускулистого грозного мужчины?

Придя домой, дедушка долго меня ещё обнимал и говорил, какая я у него смелая и добрая. Он попросил, чтобы всё увиденное мной не рассказывалось третьим лицам. Я до сих пор никому не рассказала это. Правда, я до сих пор не знала, из-за чего они тогда чуть не подрались, но в дедушкиных глазах я стала героиней.

Почему-то сейчас я такого сделать не могла. Мне было страшно даже произнести фразу «хватит», не говоря уже о том, чтобы подойти и встать между ними, разнимая их руками. Два вампира жаждут заполучить меня, хотят, чтобы я была только их, и ничья больше.

Раньше все сказки, что я читала, мне казались фантазией и выдумкой. Я читала эти сказки с упоением. Мне нравилось читать то, что одновременно захватывает и возвращает в реальность с осознанием, что это только книга, в которую можно писать всё, что взбредёт в голову. Я верила, что вампир, который в моём произведении был слишком влюбчивым, только плод моего воображения. Но сейчас всё изменилось. Сейчас наступила другая реальность, о которой я даже и не знала раньше.

Они оба стояли рядом со мной, менялись злобными взглядами и с обеих сторон расстояние между ними делили мои руки. И, как оказалось, оба любят меня.

Они заставляли делать выбор, они говорили приятные, чарующие и пленительные слова, приманивая таким образом к себе. Но я не могла выбирать между ними, ведь они оба мои друзья, хоть и не давние, как это было в «Сумерках» между Беллой и Джейкобом. Но мы дружили очень хорошо. Может, только для меня это дружба, а для них это что-то большее? Но что будет, если я скажу Роберту, что я останусь с Гидеоном? Что я люблю его больше, чем кого-либо? Как он отреагирует на это?

Но я заканчиваю не тем. Я говорила про то, что сказки превратились в жизнь.

В один миг всё изменилось, считая и мою жизнь. Фантастика и сказки стали реальностью, вампиры, оборотни и ведьмы существуют. А парни, которых раньше в моей жизни никогда не было в таких близких отношениях, сейчас пытались подраться за меня, не обращая внимания на мои руки, которые не давали им этого сделать. Не выдержав такого давления, я нежными движениями пальцев погладила пульсирующий висок брюнета, выступающую скулу, бархатную, но холодную, щёку и спустилась к подбородку Роберта. Я знала, что делала, я знала, что в этот момент, возможно, Гидеон подумал, что я сейчас на его глазах могла поцеловать Роберта, но не это было в моих планах. Я посмотрела в карие глаза Роберта и сказала:

— Пойми меня, Роб, Гидеон стал для меня всем. Все тяжкие моменты с момента переезда я пережила именно с ним, не беря в счёт его уезд. Да, он тогда бросил меня, но ведь и ты в нужный для меня момент пропал из моей жизни. И как бы ты не пытался сейчас нам помочь…

— Не вам, а тебе, — перебил он меня.

— И как бы ты не пытался сейчас мне помочь, я благодарна тебе за всё, что ты сделал, но я люблю Гидеона, а он любит меня, я в этом уверена. Я не могу его предать. Прости и, прошу тебя, Роберт, отпусти нас к его семье. Если Лиззи будет что-то против тебя говорить, я во всём признаюсь, но тебя я не подставлю, я обещаю.

Роберт смотрел на меня уставшими глазами, его взгляд заметно менялся. Теперь он не был зол на моего парня, теперь его просто накрыла грусть. Я знала, что поранила его чувства, но ничего не могла поделать с этим, ведь Гидеон — это всё, что в данный момент у меня было.

— Хорошо, убирайтесь отсюда. Чем быстрее, тем лучше. Убирайтесь, пока я не передумал, — отвечал грустно брюнет, становясь с каждой минутой серее.

Взглянув в его глаза, я увидела боль и разочарование. Мне стало его жаль, я хотела его обнять, но он увидел, что я направлялась к нему и крикнул ещё раз, от чего по моей коже пошли мурашки и стало не по себе:

— Убирайтесь, я сказал! Я не хочу тебя видеть, Черри!

Я не знала, как оказалась на улице, потому что через пелену слёз я не видела, куда мне следует идти. Когда я остановилась, чтобы вытереть слёзы, блондин подошёл ко мне, тыльной стороной ладони спустился по моему лицу со скулы к подбородку, нежно приподнял его указательным пальцем и поцеловал. Будь мы в другой ситуации, я бы ответила ему взаимностью, приобняла бы и наслаждалась моментом с моим парнем. Но сейчас было не время для романтики и поцелуев. Хоть я и понимала, что Гидеон просто пытался меня успокоить и предотвратить истерику, которая могла вот-вот наступить, почему-то в этот раз его нежный поцелуй, ранее пробуждавший во мне приятные чувства, не смог меня успокоить до конца. В голове я прокручивала слова Роберта.

Он и так нам помогал, прикрывая от Лиззи, а я ранила его чувства. Но и врать я ему не могла, ведь так я дала бы ему надежду на то, что между нами ещё может что-то быть.

— Черри, посмотри на меня, — сказал Гидеон, приподнимая мой подбородок пальцем. Я посмотрела сквозь слёзы в его глаза, наполненные любовью и постаралась максимально успокоиться. — Так-то лучше, — улыбнулся он. — Ты сделала правильный выбор, я обещаю, что ты не пожалеешь о том, что выбрала меня.

— Пойми, Гидеон, я не могла выбрать его. Это была бы ложь. Я бы соврала ему. С первых минут нашей встречи я влюбилась в тебя. Но если бы я выбрала его, соврав тем самым, я бы дала ему понять, что надежда есть. А я не хочу давать ему надежду, потому что люблю тебя, — тараторила я, выговаривая каждую фразу всё быстрее и быстрее.

— Тише, тише, малышка, — успокаивал меня блондин. Впервые он так назвал меня. Раньше я не любила, когда люди так зовут друг друга, но сейчас это было так актуально. Я успокоилась. Когда Гидеон увидел, что я улыбнулась сквозь слёзы, он вытер солёную жидкость с моих глаз ладонью и, прижав к себе, поцеловал так нежно, как только мог. Я чувствовала сквозь одежду его тепло, его горящее тело, твёрдый пресс и сильную грудь. Он прижимал меня к себе настолько близко, насколько раньше так не прижимал.

Этот сладкий поцелуй давал мне надежду на то, что рано или поздно закончится чёрная полоса моей жизни и настанет белая, что скоро всё наладится и мы будем вместе радоваться жизни. Я ни в ком никогда так сильно не нуждалась, как нуждалась в нём и его поддержке сейчас. Когда этот длительный чарующий поцелуй закончился, парень прижал свои пульсирующие губы к моему лбу и лёгким касанием поцеловал его, после чего почти шёпотом сказал: — Что же ты со мной делаешь, Черри Кевингтон? Останови меня, иначе рано или поздно я умру от такой любви к тебе.