Чтение онлайн

Девушка открывает крышку, бросает ее на пол и завороженно смотрит на белые таблетки…

Деймон проехал мимо дома Елены, но не собирался разворачиваться. Он проехал случайно — переволновался. Резко затормозив у обочины и даже не подумав о том, чтобы поставить машину на сигнализацию, Сальваторе ринулся в дом к Елене, с шага перейдя на быстрый бег.

Он просто удостоверится, что все в порядке, и если это так, то всыпет этой сучке под первое число за то, что она дала повод к нехорошим предчувствиям.

И вот остается пробежать совсем чуть-чуть. И где, мать его, Тайлер? Почему он не присматривает за девушкой, от которой у него крышу сносит?

Елена медленно опускается на пол, закрывая глаза и слушая мелодию Роба Доуна в наушниках. Она ощущает головокружение и приступ тошноты, а еще — сонливость. Сонливость в итоге подчиняет сознание, тело и душу своей воле.

Впереди — темнота.

— Где ты?! — кричит Сальваторе, заходя внутрь.

Дверь открыта. Почему дверь открыта? Почему на Елене вчерашняя одежда и почему она так странно себя вела?

— Елена!

Ответа не последовало. Сальваторе бросается в зал — никого, на кухню — тоже никого. Скинув с плеч куртку, он помчался к лестнице, точно зная, что его догадки оказались правдой, что появившиеся сомнения — не пустота.

Поднявшись по лестнице, Деймон увидел коридор. В первых двух комнатах было пусто. Сальваторе уже подумал, что это всего лишь розыгрыш, что это отместка за ту мелкую угрозу и те слова, сказанные при последней встрече в парке.

Только все эти мысли развеялись, когда Сальваторе вошел в последнюю комнату. Он сразу понял, что это комната Елены и, войдя, увидел еще одну дверь, ведущую, судя по всему, в ванную. Деймон охладил свой пыл: осторожно подошел к двери, аккуратно коснулся дверной ручки (словно та была хрустальной) и толкнул дверь. Елена сидела возле ванной. Оставшиеся таблетки пылью валялись возле ног, а плеер все еще играл, судя по горевшему дисплею.

Ужас сложившейся ситуации пришел не сразу. Увидев Елену, которая вот-вот забудется вечным сном, Деймон поддался своему подсознанию, которое твердило откачать девушку. В одной из прочитанных книг было сказано, что в экстренных ситуациях сознание отключается — это что-то вроде психологической защиты, и работает уже подсознание. А оно знает что такое инстинкт самосохранения очень хорошо.

Только в жизни все не так, как в книгах. Деймон в ужасе смотрел на девушку несколько секунд, а потом, когда ужас ситуации прояснился, почувствовал, как сердце его вот-вот остановится, если Елена не придет в себя.

Сальваторе ринулся к девушке, нагнулся и, выдернув провода наушников, откинул ненужную вещь куда-то в сторону.

— Елена! — Деймон старался кричать как можно громче, пытаясь поднять девушку. — Ты слышишь меня?

Елена не слышала и не поддавалась. Ее тело было ватным и послушным.

Ее душа была пустой и обезвоженной.

Сальваторе поднялся, включил холодную воду в кране и, переведя режим на разбрызгиватель, навел струи воды на Елену. Гилберт открыла мутные глаза, но слабость снова охватила ее тело, и шатенка захотела опять уснуть.

Когда спишь — все исчезает, и ты можешь насладиться покоем. Когда спишь — все теряет значимость.

Доберман понимал, что время играет в злую шутку, и секунды сейчас стоят дорожи платины и бриллиантов. Деймон оглядел ванную, схватил стаканчик с зубной щеткой и пастой и, выбросив содержимое, налил в кружку воды.

— ПЕЙ! — закричал он, склоняясь над мокрой девушкой и поднося кружку к ее губам. — Пей, гребанная сука!

Он схватил ее за волосы и потянул вниз. Девушка откинула голову назад, а Сальваторе принялся вливать в глотку чокнутой самоубийцы воду. Рефлекс сработал, и Елена, против своей воли, стала пить воду. Она не отдавала отчета своим действием — сознание было затуманено, и все процессы притуплялись. Дезориентация не позволяла делать логические выводы и сопротивляться…

Сальваторе вливает еще один стакан в горло девушки. Елена пытается сопротивляться в первые секунды, но сильная пощечина отрезвляет, и вот уже спасительная жидкость проникает в желудок.

Деймон откидывает стаканчик, хватает девушку за талию и пытается ее поднять. Елена упирается руками в грудь мужчины, пытаясь оттолкнуть и не позволить кому-то себя реанимировать.

Но поздно. Сальваторе наклоняет девушку над унитазом, хватает зубную щетку и ее концом надавливает на корень языка. Елена ощущает острый приступ тошноты, и вот уже девушку выворачивает наизнанку. Сальваторе держит волосы своей подопечной и терпеливо ждет, приходя немного в себя от ужаса и не веря, что смог все-таки справиться с такой критичной ситуацией.

По-другому нельзя было. После суицида всех отправляют в дурки. Елену нельзя туда. Ее душа этого не выдержит.

В воздухе воцаряется противный запах тошноты и блевотни. Не очень приятное вознаграждение за спасение, но другого выхода не остается. Выплеснув последнюю гадость, Елена падает на колени на пол и, запрокидывая голову назад, издает нечеловеческий и отвратительный крик.

Жалкая. Жалкая Мальвина в луже воды, в осколках собственного бессилия и отвратительном ничтожестве корчится от душевных терзаний и невыносимой боли. Жалкая Мальвина, от которой пасет рвотой и слабостью, а не духами и цветами, не вызывает ничего кроме презрения, ненависти и злобы…

Деймон хватает девушку за талию и поднимает.

— Нет! — она кричит, сопротивляясь и пытаясь вырваться из объятий. — Нет! Отпусти! Отпусти меня!

Попытки Елены выбраться слишком слабы, хоть девушке кажется, что сейчас она неуязвима. Самое большое заблуждение всего человечества верить, что теряя все, мы обретаем свободу.

Теряя все, мы становимся еще слабее.

Сальваторе выволакивает девушку в коридор и, прижимая ее к себе, сжимает крепко-крепко. Обнимает ее так, что на теле Елены могут появиться синяки. Шатенка выгибается в неестественной позе, сжимая плечи своего спасителя, и издает последний вопль — рваный, отчаянный и пронзительный.

А потом не осталось ничего. Шатенка обмякла в руках мужчины и просто позволила рыданиям вырваться наружу. Деймон обнимал девушку как родную сестру, не говоря ни слова, терпя неприятный запах рвоты.

— Зачем ты вытащил меня оттуда? Какого черты ты вообще появился?

Деймон крепко держит девушку за талию, закидывая ее руку себе за голову, и ведет ее к лестнице.

2.

Всегда есть что-то, что способно нас уничтожить. На каждое действие имеет равное по силе противодействие, а на любую душу есть свое оружие.

Всегда есть что-то, что способно нас уничтожить. Но… Если каждое действие имеет равное по силе противодействие, то есть ли что-то, способное нас излечить?

Деймон думал… Деймон Сальваторе точно был уверен в том, что ничто не способно оживить убитой души. Время не лечит, но учит свыкаться с болью, и однажды ты просто перестаешь ее чувствовать, потому что привык к ней… Сродни холодной воды моря. Вначале — холодно и невыносимо. Потом — потом привыкаешь и не чувствуешь… И сейчас он убедился в этом окончательно. Елена еле волочила ноги, каждый раз порываясь вырваться и упасть на пол, закричав то ли от бессилия, то ли от внутренней боли.