Чтение онлайн

— Ты все еще считаешь меня ребенком! — сердито сказала Энни. — Но я уже взрослая женщина!

— Взрослая, конечно, — улыбнулся Ван, — но неопытная. Ты не трусишь и не теряешься в привычных ситуациях — как во время того шторма. Но не знаю, сможешь ли ты выжить в современном деловом мире.

— Не сомневайся, выживу! — уверенно ответила Энни, затем тревожно добавила: — Только не вздумай выложить свои опасения Барту! Этого я никогда тебе не прощу. Ты должен быть на моей стороне! Ты же видел мой портфель. Мне всего восемнадцать, а я уже постоянный автор нескольких журналов!

— Энни, таких «постоянных авторов» тысячи, и не все из них зарабатывают даже себе на жизнь. Тебе предстоит пройти через жестокую конкуренцию...

— Знаю! — сердито отозвалась Энни.

Ван заказал пиво для себя, красное вино для Барта, а для Энни — фруктовый сок. Но девушка обратилась к официанту по-испански:

— Сока не надо. Мне, пожалуйста, белого вина.

— И давно ты начала пить вино? — удивился Ван.

— Довольно давно, — небрежно ответила Энни.

Если честно, это случилось прошлой зимой. Первый и единственный раз. На Рождество графиня пригласила Барта и Энни к себе в палаццо и угощала шампанским.

В ожидании заказа Энни украдкой разглядывала Вана, небрежно развалившегося на стуле. Дядя Барт, сидевший рядом с ним, за последние годы порядком обрюзг; по сравнению с ним Ван выглядел удивительно стройным и мускулистым. Сейчас он казался настоящим испанцем, и даже синие глаза не нарушали общего впечатления — ведь на Менорке немало голубоглазых.

А вот Энни никогда не удалось бы сойти за испанку — белокурые, выгоревшие на солнце прямые волосы выдавали ее.

За соседним столом ужинала шумная испанская семья. Молодой человек немного постарше Энни то и дело оборачивался и бросал на нее томные взгляды. Сперва Энни не отвечала ему, но затем, уязвленная тем, что Ван не обращает на нее никакого внимания, подняла глаза на молодого испанца и старательно захлопала ресницами.

К большому ее разочарованию, Ван, казалось, вовсе не заметил флирта, разворачивающегося прямо у него под носом.

Но через несколько часов выяснилось, что все-таки заметил. Вернувшись на шхуну и дождавшись, когда Барт уйдет в свою каюту, он заметил хмуро:

— Знаешь, не стоит строить глазки незнакомым парням. Тебе повезло, что мы завтра отплываем, иначе тебе проходу не было бы от этого мальчишки и его друзей. Парни в этом возрасте обожают хвастаться друг другу своими «победами».

Энни покраснела до корней волос. Возразить было нечего, и она перешла в наступление:

— По своему опыту судишь? И много у тебя было «побед»?

Ван сурово сжал губы, и Энни поняла, что удар попал в цель. Как ни странно, это ее совсем не обрадовало.

Она твердо решила выждать минуту, когда они с Ваном окажутся наедине, и попросить прощения. Но удобного случая так и не представилось. На следующий день после завтрака мужчины сошли на берег — Барт решил подстричься, а Ван отправился в отель, чтобы почитать свою электронную почту.

Оставшись одна, Энни решила прибраться. Барт всегда содержал свое судно в чистоте: все блестело, нигде не было ни пятнышка. Пришвартовываясь в порту, «Мечта морей» неизменно привлекала к себе множество восторженных зрителей — особенно тех, кто предпочитал старинные суда современным моторным яхтам.

Драя палубу возле главной мачты, Энни вдруг услышала с берега голос:

— Сеньорита!

Неужели это ее? Подняв голову, она увидела на берегу того самого парня, что глазел на нее вчера в ресторане.

Энни подошла к борту и поздоровалась по-испански — просто из вежливости.

Это была ошибка.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Не успела она поздороваться, как молодой испанец перепрыгнул на борт.

— Да ты говоришь по-испански! — с улыбкой воскликнул он. — Просто класс! Честно говоря, я не силен в английском.

— Как ты узнал, где меня найти? — спросила Энни.

— Когда ты вчера вышла из ресторана, я пошел следом. Хотел с тобой поболтать. Сейчас ты занята, — он кивнул на тряпку, которую она держала в руке, — но может быть, сегодня вечером погуляем вместе?

— Мы сегодня уходим.

— Ну вот! А вы вернетесь сюда?

— Не знаю. В ближайшее время — нет.

— Жаль! Меня зовут Сальвадор. А тебя?

— Энни.

Неприкрытое восхищение юноши польстило Энни. Конечно, Сальвадора не сравнить с Ваном, но все же он был хорош собой: среднего роста, стройный и гибкий, с открытой улыбкой и выразительными карими глазами. Одет очень прилично, и семья его произвела вчера на Энни приятное впечатление. Нет, подумала она, от этого парня гадостей ждать не стоит.

— Классная у вас шхуна! — заметил Сальвадор, задирая голову, чтобы взглянуть на верхушку грот-мачты. — Мне всегда хотелось выйти в открытое море! Твоему отцу случайно не нужны помощники?

Энни покачала головой. Не стоило объяснять, что Барт не отец ей.

— А где ты работаешь? — спросила она, тут же подумав, что парень, возможно, еще учится.

— У отца в офисе. У него строительная фирма. Такая скучища! — добавил он, скорчив гримасу.

Они еще немного поболтали, затем Сальвадор попросил Энни показать ему судно. Девушка провела его по палубе, а затем они спустились к каютам. Энни было жаль беднягу, которому приходится день за днем проводить за письменным столом в душном и пыльном кабинете.

Сальвадор искренне восхищался всем, что видел: и крошечным камбузом с электрической плитой, и трюмом, а в особенности — капитанской рубкой с картами, радиостанцией и всякими хитрыми электронными приспособлениями... Энни никак не ожидала, что он внезапно обнимет ее и поцелует в губы.

— Энни, ты такая красивая! Как жаль, что ты скоро уезжаешь!

— Сальвадор, не надо, пожалуйста...

Покраснев, Энни попыталась оттолкнуть его.

Нельзя сказать, что поцелуй был ей неприятен, но повторения ей не хотелось.

Сальвадор обхватил ее за плечи и решительно впился в губы. Энни испугалась: она ясно ощущала возбуждение Сальвадора, а мгновение спустя его язык проник к ней в рот.

Энни стало противно, она изо всех сил оттолкнула своего «кавалера». А в следующий миг на палубе послышались тяжелые шаги.

— Fuera! — гневно воскликнула Энни. По-испански это означает: «Убирайся!»

Ей не пришлось повторять дважды. Словно перепyгaнный заяц, Сальвадор метнулся наверх. И тут послышался голос Вана, затем звуки увесистых тумаков, неожиданно тонкий визг и взволнованная испанская скороговорка.