Очаровательная шпионка Марии Медичи или Альковная дипломатия
Шрифт:
«Я должна как можно скорее встретиться с Сейфолком и выведать у него все, что известно обо мне этой старой лисице»,– решила девушка.
– Ах, дорогая,– удивленно воскликнула Джейн Норфолк,– неужели на вас так подействовала эта трагедия? Вы так бледны… Того и гляди упадете в обморок…
– Шекспир просто гений!– ответила Изабелла, овладевая собой.
– Я тоже так думаю,– раздался за ее спиной мелодичный мужской голос.
– Сейфолк! Неужели это вы?– обрадованно воскликнула Изабелла и мысленно поблагодарила Бога за то, что он услышал ее молитвы.
ГЛАВА XLI
Разделяй и властвуй
Королева с видом мученицы уперлась руками в стену.
– Затягивайте!– приказала она молоденькой рыжекудрой служанке.
Камеристка с силой стянула шнуровку корсета.
– Затягивай туже!– командовала королева.– Еще, еще!
Лицо камеристки побагровело от напряжения, на белоснежных обнаженных до локтя руках вздулись голубоватые жилки.
– Еще туже! Еще…
– Но, Ваше Величество, вы же задохнетесь,– попробовала было возразить девушка.
– Ах, Жоржетта,– в досаде воскликнула королева,– вы просто ни на что не годитесь. Я уже начинаю жалеть о том, что удалила донну Стефанию.
– Но, Ваше Величество, ведь донна Стефания оказалась подлой предательницей!– пискнула камеристка и так рванула шнурки корсета, что королева похудела сантиметров на десять.
– О,– простонала Мария Медичи,– хватит, хватит. Достаточно! Ты же задушишь меня…
Жоржетта ослабила хватку и закрепила шнуровку узлом.
– Доброе утро, Ваше Величество!– на пороге возникла приземистая фигура Леоноры.
– Я бы не сказала, что это утро доброе,– сердито ответила королева.– Ваша протеже не справляется со своими обязанностями. Она не умеет даже зашнуровывать корсет! Где вы только ее нашли?!
– О, Ваше Величество, бедняжка Жоржетта так предана вам, она сумеет заслужить вашу признательность, только дайте ей время…
Королева еще раз взглянула на рыжую красотку, которая отнюдь не выглядела удрученной.
– Ваше Величество, вы не пожалеете о своей доброте,– заверила ее Леонора, подумав, что может Жоржетта и впрямь неважная камеристка, зато, благодаря ей, становится известен каждый шаг Марии Медичи и д'Анкра.
Леонора уже знала, что маршалу, в отличие от королевы, новая камеристка пришлась по вкусу. И Жоржетта, опуская глаза перед королевой и поднимая юбки перед ее фаворитом, могла сделать весьма успешную карьеру при дворе.
Вскоре туалет королевы был окончен и она отослала камеристку прочь.
– Прежде я считала, что главное достоинство слуг – преданность, теперь я знаю, что это еще не все,– вздохнула Мария Медичи.
– Ваше Величество, на свете не так уж много людей, способных быть преданными,– возразила Леонора.– Именно на них опирается трон. Вспомните Маскарди!
– О, Маскарди, мой бедный Маскарди! – всхлипнула королева.– Как я теперь сумею отблагодарить его за все, что он сделал для меня?
– Вы уже отблагодарили Маскарди, сделав его сына своим пажом,– напомнила Галигай.
– Кстати, вручили ли мальчику те две тысячи ливров, которые я ему передавала?
– Да, Ваше Величество. Но сначала он не хотел их брать. Юный Франческо решил, что вы собираетесь отправить его обратно в Италию, но когда узнал, что назначен вашим пажом, то чуть не зарыдал от радости. Этот юноша одержим одной идеей: отомстить за смерть отца и друга.
– Так значит, бедный Анри де Фортенак был его другом? Я не знала об этом,– сочувственно вздохнула королева.– Друзья уходят, а враги остаются… Вчера я обратилась за деньгами к сю-ринтенданту финансов, но герцог мне нахально заявил, что если я буду потакать всем требованиям принцев, то разорю казну!
– Другими словами, Сюлли отказал вам? И он посмел сделать это?!
– Представьте себе: мне пришлось уйти ни с чем,– разгневанно заявила королева.
– Боже, какое нахальство!
– Он всегда раздражал меня. Еще при жизни Генриха он вел себя вызывающе!
– Нахальство – опасная болезнь, но против него есть неплохое средство.– Леонора многозначительно посмотрела на королеву.
– Какое?
– Отставка, Ваше Величество. Только отставка! Покажите Сюлли, кто же на деле является слугой, а кто господином.
Королева отвела глаза. Леонора, заметив ее нерешительность, усилила атаку.
– Ваше Величество, я давно уже советовала вам отправить герцога в отставку и, если бы много месяцев назад вы согласились со мной, то сейчас не пришлось бы прибегать к помощи ростовщиков.
– О, Леонора,– из груди королевы опять вырвался протяжный вздох,– вы, конечно же, правы. Завтра же дам указания на этот счет Виллеруа. Но пока избавить меня от проблем с деньгами может только Дешасью. А он такой же негодяй, как и герцог!
– Он запросил огромные проценты?– насторожилась Галигай.
– Хуже, Леонора, хуже.– Королева вскочила с кресла и заметалась по комнате.– Он потребовал земли и титул барона, заявив, что его преданность трону должна быть оплачена по заслугам.
– Но это не самое страшное,– усмехнулась Леонора.– Надеюсь, вы согласились?
– У меня не было иного выхода…– ответила Мария Медичи.– Одно меня радует: де Ла-Гарду все же удалось договориться с Филиппом. Он согласен подождать с подписанием брачных контрактов.
– Он сделал это?– удивилась Леонора.– Невероятно!
– Я тоже не верила в обещания графа,– задумчиво проговорила королева,– но, похоже, он – человек слова. Теперь насчет Испании я спокойна, а вот Англия…
– Да, Яков I не торопится с предложением руки и сердца,– злорадно заметила карлица.– Мадемуазель де Монтрей, как видно, не обеспокоена бедственным положением своей королевы!
– Она пишет, что все еще не сумела добиться аудиенции у Его Величества, зато ей удалось склонить на свою сторону графа Сомерсета.
– Любопытно…– Тонкие губы фаворитки растянулись в скептической улыбке.
– Де Монтрей утверждает, что граф поддержал эту затею. И что в скором времени вопрос благополучно разрешится. Ведь Сомерсет имеет немалое влияние на своего суверена.
Леонора встала с кресла, подошла к стене и отдернула занавес, скрывающий картину.
– Ваш портрет превосходен,– заметила она.– Я думаю, что настало время отправить его в Лондон. Портрет и красноречие нашего нежданного союзника убедят короля поторопиться.