Чтение онлайн

Я, полная решимости, развернулась на пятках, и с крайне неприятным удивлением обнаружила, что вход в отведенную мне спальню исчез. 'А не надо было вообще вылезать из постели!' - ехидно сказала я сама себе, растерянно озираясь по сторонам. Там, где должен был быть дверной проем, уходили вниз шершавые, местами сколотые и потрескавшиеся каменные ступени. А внизу, в самом конце щербатой от древности лестницы за узкой полоской сиреневого песка плескались морские волны. Белое в золотистых всполохах море простиралось до самого горизонта, будто врастая в зеленое небо, сливаясь с ним в единое целое, и, если до боли в глазах всмотреться в морскую даль, то станет понятно, что никакого горизонта нет и в помине. Там, далеко, небо становилось морем, а море - небом, и золотистые всполохи сливаются с облаками, образуя десятки маленьких разноцветных солнц, которые потом тонут в водах белого моря. Красиво. Уверена, на противоположном конце этого мира-на-грани (на западе при условии, что я стою лицом к востоку), идет обратный процесс, и маленькие солнца, распадаясь, возвращаются в небо - для того, чтобы вновь, поймав свой золотистый всполох, отправиться в подводный путь. И так бесконечно. В моем родном мире такого быть не может, разве что на картинке, созданной с помощью самой современной компьютерной графики.

Да-да, сейчас я не в мире живых: передо мной еще один мир-на-грани, и этот кажется более приветливым, чем тот, экскурсию в который устроил для меня Ворон. Правда, не очень понимаю, в чем это отличие. Это, скорее, ощущение, чем что-то осознанное. Словно... Словно этот осколок некогда погибшего мира знал ради чего поддерживать свое существование. Или даже не поддерживать, а жить полноценно. Пусть с измененной до неузнаваемости природой, пусть без существ, населяющих его. Но - жить. Как живой организм, не способный мыслить самостоятельно, но наделенный инстинктом самосохранения. Выходит, как тоже бывает. Как же много интересного вокруг!

Я медленно - а куда торопиться?
– спустилась по ступеням. Запах йода приятно щекотал ноздри, а плеск волн, пусть и непривычного цвета, был как привет из моего родного, такого привычного мира. Наверное, волны накатывают на берег с одинаковым звуком во всех мирах, где есть море. Уточню у Ворона, если не забуду.

Я по щиколотку вошла в прохладную, будто шелковую воду и, присев на корточки, погрузила в воду и ладони, всколыхнула мягкий песок на дне. Пальцы тут же нащупали что-то твердое и продолговатое, с неровной поверхностью. При ближайшем рассмотрении это что-то оказалось маленькой, меньше моей ладони раковиной интенсивного синего цвета с белыми прожилками по диагонали. Немного странной формы - не закругленная, как обычно, а вытянутая, овальная, но симпатичная. Светло-розовая внутри. Может быть, когда-то она служила домом какому-нибудь морскому обитателю, однако теперь она пуста. Покинутая оболочка. Совсем как миры-на-грани. Вряд ли она понадобится здесь кому-то. Интересно, я могу оставить ее себе в качестве сувенира. В конце концов, Ворон собирает ингредиенты для своих зелий в мирах-на-грани, и ничего. Решено, оставлю раковину на память о посещении руин под зеленым небом. Или Ворону подарю, у него в лаборатории целая коллекция экзотических штучек, но вот синих раковин я там не нашла. Или...

Найти иное применение находке я не успела. В шаге от меня, подняв веер брызг, упало с неба что-то ослепительно яркое, похожее на маленькое солнце. Я инстинктивно отшатнулась, одним прыжком оказалась на берегу, медленно пятясь к лестнице, и прижала локоть к лицу, защищая глаза. Поздно - резь вспыхнула под веками, слезы потекли по щекам. Но за мгновение до того я успела немного разглядеть это 'солнце', размером с корову. Думаю, это птица: глаза успели запечатлеть широкий размах мощных крыльев, птичьи лапы с загнутыми когтями и голову. Вот, кстати, голова у обитателя этого мирка какая-то не птичья. Даже не знаю, как такое может быть... И настроена птичка отнюдь не дружелюбно. Ой, надеюсь, это не из-за раковины, которую я по-прежнему держу в руках? Если так, то я готова с извинениями вернуть взятое без спросу - при условии, что пернатый абориген хоть немного приглушит собственное сияние, иначе я рискую получить ожог сетчатки.

Мощные крылья с оглушительным хлопком рассекли воздух у меня над головой. Судя по звуку, птица надвигалась на меня и, кажется, совсем не для того, чтобы познакомиться. Но и нападать не торопилась. Будто отгоняла меня, потенциальную угрозу, от... от чего? Наверное, от гнезда. Но какая птица совьет гнездо так близко к воде? Набравшись смелости, я чуть опустила локоть и глянула на обитателя мира-на-грани. От увиденного по спине потек холодный пот. Да, интуиция меня не обманула: в этой птице определенно что-то не так. Сказать по правде, это даже не птица: у нее человеческая голова! Ну, может, и не совсем человеческая... Пропорции лица изменены самым причудливым образом, короткие жесткие волосы торчат во все стороны, как иголки у бешеного ежа, да и уши какой-то непонятной формы, с заостренными кончиками. Но взгляд осмысленный, и в нем столько злости, ненависти и... такая неизбывная тоска. Непонятно, что напугало меня больше. У птиц не бывает такого взгляда. Без сомнения, это человек. Или это существо когда-то было человеком - не суть важно. Важно другое: душа, заключенная в теле этой странной светящейся птицы, не может забыть свою человеческую сущность. И с огромным трудом приспосабливается к новому телу. Творение безумного мага? Наказание за что-то? И потом, я могу ошибаться, но эта птица-человек... человекоптица... это существо - оно не живое. Передо мной призрак, такой же, как и этот мир-на-грани. Ой, мама дорогая! Куда я попала?!

Светящееся полупрозрачное существо будто прочитало мои мысли и осталось очень недовольно. Лицо его исказилось злобной гримасой, когти угрожающе звякнули о каменную ступень, и что-то мне подсказывало, что существо готово пустить их в ход. Призрак-призраком, а вполне осязаем. Лучше не испытывать судьбу.

Призрак запрокинул голову, издал пронзительный вопль, переходящий в ультразвук, отчего у меня на зубах запрыгали искры, и, выставив вперед когтистые лапы, бросился на меня. А я, заорав ничуть не хуже - птица невольно поморщилась - со всех ног бросилась по колоннаде, вглубь руин. Все равно бежать больше некуда. И птичий крик, исполненный нечеловеческого отчаяния, несся вслед, толкал в спину, заставляя бежать быстрее. Я неслась вперед, не разбирая дороги до тех пор, пока не запнулась о ямку в стыке плит пола и не шлепнулась в вековую пыль. Казалось, грудь сейчас разорвет от нехватки воздуха. Разноцветные круги плыли перед глазами. Ныли ступни, исцарапанные о щербатый пол. Хотелось кричать от боли в ушибленном при падении колене - аж до затылка прошибло!
– но слишком ценен был воздух в ту минуту. Страдать пришлось молча. Никогда в жизни так не бегала! Одно хорошо: призрак не последовал за мной. Так что могу позволить себе роскошь спокойно перевести дух. Так, это хорошая новость. А плохая заключается в том, что я понятия не имею, где нахожусь и как вернуться в квартиру Ворона. И вокруг ни души. Я совсем одна в этом жутком месте. И абсолютно не знаю, что делать. Ну, бывало и хуже. Выпутаемся. Вот только передохну немного.

Я кое-как села и, шипя от боли, стала яростно растирать колено, попутно оглядываясь по сторонам. Хм, а в этой части строение кажется не таким ветхим. Стены крепкие, гладкие, кое-где еще видны остатки барельефов. И крыша целая, в ней сохранились витражи. А вот резьба на мраморных боках колонн сохранилась почти что в первозданном виде, вот только я никогда раньше не видела таких символов. Наверное, они имеют скрытый смысл, что-то, связанное с религией или магией. Вряд ли мне это пригодится. Сижу я в двух шагах от огромной, явно металлической двери, метра три в высоту и около двух - в ширину. Одна створка приоткрыта - ровно настолько, чтобы я могла протиснуться внутрь. Хорошо, самой мне такую махину не даже не пошевелить. Это что, приглашение? Кажется, мне придется его принять. Хромая на отказывающуюся сгибаться ногу, я пригладила волосы, утерла с лица пыль, оттряхнула пижамку. Ну вот, надеюсь, теперь видок у меня более или менее приличный. С другой стороны, если в этих руинах кто-то живет, и этот кто-то почему-то решил пригласить меня в гости, то, думаю, хозяину этих руин все равно как я выгляжу.

Во внутренней части дворца - буду теперь так называть эти руины - было свежо и прохладно. Настолько прохладно, что я невольно поежилась, но отступать поздно. И я, обхватив себя за плечи, шла вперед по скользким полированным плитам длинного коридора. На этот раз страха не было, наверное, потому что этот коридор в ширину больше, чем моя комната. Ровный свет лился сквозь витражную крышу. В нишах прятались статуи. Одни изображали людей, другие животных, третьи - совсем уж фантастических существ. Некоторые пьедесталы пустовали. И снова ни души, даже воздух не колышется. А впереди видна еще одна дверь, такая же большая и тоже приоткрыта. Интересно, кто живет в этом дворце. Может, великан? Размер дверей вполне подходит. Ой, надеюсь, меня пригласили не в качестве ужина. Кожей чую, в магических мирах такое вполне возможно.

Но опасения мои развеялись, стоило войти во вторую дверь. Так, есть меня сегодня точно не будут. Но и света на цель моего визита сюда увиденное не пролило.

Я оказалась в огромной круглой зале с семью столпами белого огня, бьющими из семи круглых колодцев в мраморном полу. Пламя ровным потоком поднималось вверх до тонувшего во мраке потолка и, казалось, проходило сквозь него, устремляясь в нежно-зеленую бесконечность. Или - куда? Учитывая, что я нахожусь в мире-на-грани, который целым не является по определению... О, по-моему, я уже видела этот огонь раньше. Да, именно белое пламя уничтожило Проклятую книгу вместе с логовом адептов Пятого после того, как Ворон лишил ее защиты верховного демона Мира-за-гранью и - это только мое мнение, основанное на собственной мыслительной деятельности - упокоил душу безвестного мага-фанатика, который ею, собственной душой, так бездарно распорядился. И, самое главное, ради чего? Не понимаю. И теперь уже не спросишь.

Я осторожно приблизилась к ближайшему огненному столпу на расстояние вытянутой руки, но не ощутила жара. Никогда не видела такое количество оттенков белого. Да и предположить не могла, что их столько. Будто все цвета мира, поочередно растворяясь в чисто белом, но лишь для того, чтобы из этого единения получилось что-то прекрасно-неповторимое. Каждый, даже самый крохотный лепесток пламени имел свой оттенок. Незаметно соединяясь друг с другом, образовывая всевозможные цепочки, завитки и волны, они гармонично сливались в единое целое. Сила, первооснова любой магии, ее дух и сущность. Та самая, древняя и безусловная, здесь обретала форму, становилась видимой и ощутимой. Здесь не было ни препятствий, ни ограничений для нее. И это прекрасно. Вряд ли белый огонь, зримое воплощение первоосновы Силы, может свободно перемещаться по укутанным защитными слоями, как капуста, мирам живых. Вот так в моем родном 'немагическом' мире Ворону пришлось постараться, чтобы призвать ее. А миры-на-грани - мертвые осколки, лишенные такой защиты. Хм, а откуда я все это знаю?

Матово-черные стены залы покрывал серебряный узор, наверное, зарисовки из прошлого, из времени, когда этот осколок погибшего мира еще не был таковым, когда в нем еще кипела жизнь. Отблески пламени причудливо отражались от нарисованных серебром фресок, и казалось, что изображения двигаются, продолжают жить, пусть эта жизнь и потеряла всякий смысл. Вот старик через какое-то странное приспособление наблюдает за звездами с высокой башни. А вон кружит над городом стая драконов. А это...

– Дара.