Чтение онлайн

— Тут работать не переработать! — всплеснул руками Бен, осмотрев меня со всех сторон. — Хотя ты посмотри на эти формы, этот прелестный носик, сизые глазки… Девочка, ты красивее любой модели, только вот ростом не вышла.

— Метр семьдесят один, — прояснила я.

— Да, это определенно приговор, а не рост. Хотя в Азии ты однозначно имела бы успех. Потрясающе, нет, я в восторге! Я думал, что ты приведешь мне обыкновенную серую мышь, а не замечательного карликового кролика.

— Ты еще её младшую сестру не видел, — улыбнувшись, ответил Рик, тем самым явно подчеркивая, что Тэмми красивее меня, хотя все кроме него всегда были обратного мнения.

— Представляю, какое должно быть чудо, — заинтересованно произнес Бен. — А что с её ростом?

— Метр шестьдесят девять, — словно извиняясь, ответила я.

— Какая досада, — скрестил руки модельер.

После десятиминутного прослушивания монолога Бена Болдуина о новой пластике какой-то испанской поп-дивы, Рик ушел в соседнюю комнату, а меня переодели в шелковый халат и усадили на вращающийся стул. Появившаяся из ниоткуда, худощавая женщина начала мыть мне голову шампунем, отдающим подозрительно волшебным ароматом. Тщательно высушив мои волосы и аккуратно расчесав, она оставила меня в пустой комнате на целых полчаса, после чего вновь возникла из ниоткуда, приведя с собой группу поддержки в виде молоденькой девушки лет двадцати, которая, в итоге, работала над моим макияжем.

Ровно в шесть часов вечера мне впервые дали посмотреть на себя в зеркало. На мне было шикарное, каскадное красное платье в пол, нижняя часть которого состояла из идеально закрепленных складок органзы, напоминающих густые, хорошо взбитые, алые сливки, красиво уложенные воздушными горами. Сзади платье слегка тянулось шлейфом, а спереди откровенно оголяло мои, благо, стройные ноги, на которых красовались серебристые туфли с блестящими, белыми камнями и замысловатыми узорами, красиво облегающими мои лодыжки. На высоких, но прочных каблуках, я стала минимум на четыре сантиметра выше своего роста. Сами же туфли были настолько удобными, что буквально казались продолжением моей ноги. Осматривая свою многострадальную, правую ногу, я не сразу заметила красоту этих волшебных туфель, безумно радуясь лишь тому, что от шрама после укуса добермана не осталось и следа.

На плотно затянутом корсете, в тон к туфлям, красовался широкий, серебристый пояс, словно сплетенный из сотен разнообразных белых камушков и бусинок. Всё это отлично гармонировало с украшениями, которые, к моему великому удивлению, оказались невероятно тяжелыми, как для дешевой бижутерии, купленной Риком в обыкновенной лавке. На руке у меня был закреплен серебристый браслет с красными камнями, в уши вставлены достаточно крупные серьги, а на роскошно поднятой груди разместилось увесистое, серебристое колье с огромными красными камнями, к которому моя грудная клетка никак не могла привыкнуть.

Моя прическа была пределом мечтаний любой модели — высоко поднятые, объемные, огромные локоны, спадающие на мои круглые плечи, выглядели просто шикарно. Макияж был выполнен в серебристых тонах (серебряные тени, красота которых была не из мира сего, просто завораживали). Матовая, черная подводка, изобразившая изящные стрелки на моих веках, стала настоящей изюминкой. Венцом же красоты моего лица Бен считал пухлые, идеально прокрашенные, матово-пунцовые губы, с образцово очерченными контурами.

— Девочка, ты будешь вишенкой на торте этого тирана, — гулко вздохнул Бен, аккуратно закрепляя узорную, черную маску на моем лице, чтобы не испортить мой макияж или прическу.

— Какого тирана? — непонимающе поинтересовалась я.

— Роланда Брайана Олдриджа, — ответил вошедший в комнату Рик. На нем был роскошный, серебристый костюм, который отлично сочетался с моим серебристо-алым образом. — Неплохо выглядишь, — сунув руки в карманы, без особых эмоций, добавил Рик.

— Неплохо выглядит?! Да она прекрасна! — возмутился Бен. — Только влюбленный в другую женщину или круглый идиот скажет, что наша красотка всего лишь «неплохо выглядит». И я не хочу считать тебя, Рик Белл, полным идиотом. Пусть лучше ты окажешься околдованным иной дивой.

В ответ на пламенную речь Бена, Рик лишь загадочно улыбнулся.

— Чуть не забыли! — воскликнул Бен. — Клатч. И надень, наконец, это кольцо! Если ты его забудешь, мне придется мчаться за тобой до самого поместья Олдриджа и я наверняка за это время поседею, и заработаю с десяток новых морщин, так что никакой ботокс потом не спасет.

Мы покинули пределы Лондона ровно в семь часов, как вдруг у нашей машины спустило заднее колесо и у нас не оказалось запасного. Нам повезло, что мы отъехали недалеко от города, иначе бы мы рисковали приехать на бал лишь к его завершению или не успеть вовсе (что меня, в отличие от Рика, вполне устраивало). Но, к моему глубокому сожалению и безграничной радости Рика, мы справились с этой проблемой в течение часа и снова рванули в путь. Бал начинался ровно в восемь, что означало, что мы уже опоздали минимум на час. Я была довольна подобным раскладом, но не Рик, который сейчас выжимал на спидометре максимально дозволенную скорость.

И все равно мы оказались у поместья Олдриджа лишь в пятнадцать минут десятого, когда все гости уже давно были в сборе и вступительная программа с поздравительными речами уже были окончены (как же я была этому рада!).

Когда Рик завернул на Б***-стрит, я поняла, что моё клокочущее сердце вот-вот выскочит из плотно натянутой груди, после чего ударится о тяжелые камни поддельного колье и разорвется на малюсенькие кусочки. Но признаться вслух о накатывающей на меня панике, особенно после того, как Рик вложил немалые средства в моё преображение, было бы «обыкновенным свинством», как обычно выражался папа, когда снова и снова чинил сливной бачок в сортире, а мы снова и снова его ломали.

Когда Рик остановился у знакомого мне входа в главный дом, в моей груди словно что-то начало щелкать. Неосознанно, я начала так тяжело дышать от ужаса перед предстоящим, что казалось, будто мои легкие начали скручиваться в рогалик. Наверное, поэтому я не заметила, как Рик вышел из машины и открыл мне дверь.

— Глория, ты не передумала? — заулыбался он, не получив моей ладони в свою, протянутую мне, руку.

— Нет, — ответила я и, сглотнув комок нервов, наконец покинула своё убежище.

Как же нагло я врала! Я передумала минимум сотню раз с момента, когда мы выехали из Лондона.

Рик передал ключи от своего автомобиля неизвестному мне парнишке, который сразу же отправился его парковать. Я озадаченно смотрела на лежащий под нашими ногами красный ковер с золотой каймой вдоль всей своей длины и, ведомая Риком, старалась ни о чем не думать, кроме как о своей прическе. Однако ни о чем не думать не получалось. Передний палисадник, украшенный розовыми кустами, казался мне искусственной декорацией, хотя и состоял из живых растений. Еще вчера этот клочок земли был засажен шикарными обриетой, аквилегией, высокими люпинами и, моими любимыми, белоснежными ирисами, а уже сегодня всё пространство заполонили собой роскошные, бледно-розовые розы. Даже над входными дверями, которые только что открыл нам Джонатан, красовалась арка из подобных роз.

«Если Джонатан узнает меня, значит узнает и Роланд», — с дрожью подумала я, инстинктивно проверив крепление своей маски.

— Добрый вечер, мистер Белл, — обратился Джонатан к Рику, после чего перевел взгляд на меня, отчего я едва не умерла от страха, боясь услышать от швейцара в свой адрес предательское: «Добрый вечер, мисс Пейдж», — но Джонатан лишь приподнял свои густые брови и, снова обратившись к Рику, спокойно добавил. — У Вас роскошная спутница.

— Благодарю Вас, Джонатан.