Чтение онлайн

– Вы отпустили Веньяра домой?

– Что мы, идиоты? Нет, конечно! Крис сам поехал, посмотреть, что там и как, взломал дверь. А это шутники, оказалось, камень зашвырнули, в бумажку завернутый.

– Что было в бумажке?
– спрашиваю, уже сообразив, как именно эти твари активировали программу Жана.

– Белиберда какая-то, набор слов. Точно не помню.

– Вспомни, Ян, это важно.

– Ну, если важно: никто не видит никто, никто видит всех… как-то так.

– Или так: никто не видит Никту, Никта видит всех?

– Да, - оживленно подтверждает Кейтер, - вроде так! Это что-то значит? Это была та самая кодовая фраза?

– Никтой звали создательницу лефтхэнда, нашего злого гения. Она была на Z:17, когда мы сбросили ядерные бомбы.

– Итить твою налево!
– выдает потрясенный командир «Виктории».

Ну а дальше случилось то, чего больше всего на свете боялся бедняга Веньяр. Крис прочитал «бессмыслицу», кто-то из парней ее подхватил, и, едва услышав пароль, Жан послушно вышел из машины. На полном ходу. Пока охрана сообразила, что к чему, полковник скрылся в каком-то торговом центре. Стрелять не решились, мне доложить не смогли: половину ночи я провел на конференции с прессой, оправдываясь за нанесенный по Z:17 ядерный удар. Потом, получив сообщение от Зэйро, два оставшихся до рассвета часа мы с Сандерсом планировали операцию. Скотти в это время мирно спал в приемной, куда я его отправил в приказном порядке – мне нужен был бодрый и спокойный снайпер.

Год в Нарланде не прошел даром, Жано проявил чудеса партизанской мысли. Он сумел обойти все патрули, добраться до лаборатории и обезоружить охрану. Когда Ян и Крис со своими отрядами ворвались на секретный объект, Веньяр уже уложил двух охранников командора, расстрелял Рагварна и ранил Вики.

Машина останавливается возле высоких бронированных ворот. Гурверст – самая старая тюрьма Оримы, самая неприступная и мрачная, тюрьма для военных преступников. Здесь держат больных и раненых солдат, а так же особо опасных и тех, кто дожидается расстрела. Ты был здесь в 74-м после схватки с Алвано. Тогда ради твоих способностей здешние эскулапы буквально вытащили тебя с того света. Но если бы ты действительно убил командора, стали бы тебя спасать?

Жан убил.

– Дальше я сам. А вы поезжайте за профессором Ольсеном и как можно скорее привезите его сюда. Я должен быть уверен, что никакой дряни в подсознании Жано больше нет.

– Одна нога здесь, другая там, - предельно серьезно отвечает Кейтер.

Выхожу из машины и прикладываю к сканеру пропуск, затем большой палец правой руки и напоследок позволяю посветить в себе глаз. Система, помедлив, опознает меня и неожиданно запрашивает цель визита. Интересно, это правило тут такое или меня уже в чем-то подозревают?

«Проверка безопасности» - мстительно набираю я, и мне позволяется войти на территорию базы. При взгляде на темно-серую крепость с решетками на узких окнах, у меня начинается головная боль.

На пропускном пункте меня уже ждут.

– Господин генерал, - невысокий лысоватый человек в штатском встречает меня неприязненным взглядом, - мое имя Мэдфорд, я начальник этой тюрьмы. Хоть вы и не предупреждали о проверке, рад приветствовать вас на вверенном мне объекте. Можете смотреть, безопасность здесь на должном уровне. Впрочем, так было всегда.

– Спасибо, мистер Мэдфорд, уже успел убедиться в этом лично, - киваю я, не обращая внимания на его недовольство. Вероятно, он знает о цели моего визита, а, возможно, даже помнит, что ты был здесь в качестве арестанта.
– Теперь я могу увидеть одного из арестованных?

– Только с разрешения полковника Элиавы, - отвечает Мэдфорд. И неохотно добавляет, - таковы правила.

– Что ж, правила нужны для того, чтобы их соблюдать, - пожимаю плечами, стараясь не выдать злости. Я не спал двое суток и до сих пор не знаю, что с моей женой и ребенком. Но связываться с этой бандой значит навредить и себе, и Жану.

– Идите за мной, генерал Райт.

Мэдфорд проводит меня узкими коридорами к двери с табличкой: «Заместитель прокурора Г. Элиава». Ага, значит, дознаватели уже подсуетились и завели на Веньяра дело. Впрочем, неудивительно, убийство главнокомандующего - это все равно что измена родине. Тайлера Кортни и его отряд «расстреляли» за одно только покушение. Жану за убийство Рагварна тоже грозит высшая мера наказания.

Открытый суд, позор, расстрел. Проклятая Никта!

Элиава воспринимает мое появление враждебно.

– Генерал Райт, вы рано, - он не удосуживается встать и даже не притворяется любезным.
– Я ждал вас не раньше обеда.

– Если вас не затруднит, мистер Элиава, я хотел бы получить то, зачем пришел, не дожидаясь обеда.

– Извольте. Присаживайтесь, сейчас подготовлю диктофон.

– Могу я сначала увидеть полковника Веньяра?

– Нет, - у Элиавы блеклые невыразительные глаза, но зато другие черты лица словно соревнуются друг с другом внушительностью: крупный нос, большой рот, высокий лоб с блестящими залысинами. – Вы не увидите арестованного до тех пор, пока я не сниму с вас показания. Не хочу, чтобы вы с ним договорились о том, что скажете.

– Вы намекаете, что я способен солгать суду? – уточняю я, глядя ему в глаза. Элиава, стушевавшись, хватается за диктофон.

– Я подозреваю, что вы любой ценой будете спасать своего подчиненного и…

– Друга, - заканчиваю я за него, - вы это хотели сказать?

Элиава демонстративно нажимает кнопку диктофона и кладет его на стол между нами.

– Убит командор Рагварн. Не меньше десяти человек видели полковника на месте преступления, - веско произносит он.

– Тогда чего вам бояться? Почему вы не хотите впустить меня к моему офицеру?

Элиава щурит глаза, но взгляда не отводит.

– Имена Кортни, Ванхаус, Коснер, Ндочи, Луза вам о чем-нибудь говорят?

Вот в чем дело! У военной прокуратуры большой зуб на Веньяра за его махинации с расстрелом. Ничего, у меня есть что на это ответить.

– Да, это мои люди.

– Это люди, осужденные за покушение на командора Рагварна в 76-м году, - напоминает Элиава, - осужденные и, по бумагам, расстрелянные.

– Снова играете со мной, полковник? Или вы действительно не в курсе?

– Объясните мне, несведующему, - язвительно произносит Элиава, - как вышло, что расстрелянные за измену родине солдаты продолжают нести службу в разведуправлении Оримы? Мистика какая-то!

– Не юродствуйте, Элиава, - мне неприятны его ужимки и комедиантство, - вы прекрасно понимаете, что все эти показательные расстрелы были необходимы, чтобы доказать вину генерала Милтона, который отдал приказ ликвидировать командора.

– Понятия не имею, о чем вы говорите, генерал Райт. По нашим документам Кортни и остальные казнены в присутствии свидетелей и судебного врача. Получается, ваша контора подделала результаты экспертиз, показания свидетелей и все прочие документы?