Офисный роман, или Миссия невыполнима
Шрифт:
И он понесся обратно, пылая праведным гневом: что это за шуточки, сонбэ?!
Минхва задумчиво качнула головой:
– Так вот какого ты обо мне мнения!
Ючон попытался протестовать, девушка отмахнулась:
– Мне, конечно, часто хочется тебе врезать, но вот утопить как-то в голову еще не приходило! Видно, мало допек, старайся лучше!
– Да и здесь не топили… - возразил он не слишком уверенно: только сейчас дошло, что могло случиться, не подвернись вовремя та веселая компания. А потом бы выдали заключение: полез в воду в состоянии алкогольного опьянения и… Не вылез.
– Так, - сказала Минхва решительно, слезая со стола. – Сейчас ты одеваешься, и мы едем в полицию.
– Зачем? Это же просто дурацкая шутка…
– Шутка?! – повысила голос сонбэ, и Ючон вновь залепил ей рот ладонью. Не без удовольствия. – Тьфу! – Оттолкнув его руку, Жевательная резинка продолжила орать уже шепотом: – Шутка! Какая это шутка? Какой идиот так шутит? Ты же чуть не утонул, и спина еще, и руки… А руки мы тебе не перевязали, кстати. – Схватила его ладони, разглядывая так и эдак. Ючон глядел в ее склоненный затылок и улыбался. Млел. Она снова о нем беспокоится! Заботится. – Ну ничего, жить будешь, только первое время побереги. – Вскинув глаза, спросила грозно: – А чего это ты хихикаешь?
– Я радуюсь, - ответил он честно. – Мне нравится, что Минхва-нуна так обо мне волнуется.
Нуна пожала плечами.
– Само собой, волнуюсь, ты же мой хубэ! Но вообще, конечно, все дико странно. Если это чья-то шутка, то очень опасная. Если хотели напугать… зачем? Отомстить? За что? – Посмотрела на него прежним подозрительно-придирчивым взглядом. – Ты, случайно, никакую юристочку не соблазнил сегодня?
– Когда бы я успел, весь день крутился, как заведенный! Нуна слишком хорошо обо мне думает.
– Да долго ли умеючи!
– отмахнулась Минхва.
– А отличная версия: месть какого-то юридического ревнивца!
– Ну извините, не оправдал ваше доверие! – буркнул он. И не обидишься, сам старался создать о себе такое впечатление…
– Точно в полицию не пойдем? Может, завтра при всех задать вопрос, вдруг кто-нибудь себя выдаст? А может, у тебя враги имеются? Или какая-нибудь обиженная дамочка из прошлого? Ты точно никому не задолжал много денег? А записка сохранилась?
– В кармане была, промокла, выбросил, - доложил он, наблюдая за Минхвой, сосредоточенно выстреливавшей приходящими на ум версиями. Вот неугомонная: самое тяжелое время ночи, час Быка[1], а сонбэ перевязывает его, здоровенного болвана, так глупо попавшего в дурацкую ловушку, еще и разбираться с его проблемами пытается…
В какой-то момент его так повело, что он вцепился в края столешницы, чтобы красиво (или позорно?) не сползти на пол.
– Ючон, ты совсем белый, пошли-ка спать!
Он растянул в улыбке немеющие губы:
– С сонбэ я хоть куда! Даже обратно в Ухвачжон!
– Ну-ну, шутник, - проворчала сонбэ, - толку от тебя сейчас… Давай, потихоньку! Утром будем со всем разбираться.
Еле переставляя негнущиеся ноги, Ючон, подстраховываемый под локоть Минхвой (ладно, собственной слабости устыдится тоже утром!), доковылял до «мальчишеской» комнаты.
– Обязательно переоденься в сухое! И аккуратнее со спиной!
– Будет выполнено, сонбэ! Сладких снов.
– Да с тобой одни кошмары могут присниться! – Минхва побрела наверх по скрипучим ступеням. Он проводил ее глазами и, повернувшись, обнаружил Хона Сонги, выглянувшего из «начальнической» комнаты. Они готовили ее для двух руководителей; кто же знал, что сюда заявится госпожа Ча собственной персоной! Представив, как он сейчас выглядит - полуголый, в непросохших джинсах, в накинутой на плечи маловатой куртке сонбэ - Ючон растянул в ухмылке немеющие губы. Замначальника посмотрел молча и закрыл дверь.
– Спокойной ночи! – пожелал Ючон и двери. Стараясь в темноте ни на кого не наступить, добрел до своего места в мужской комнате, стянул мокрые тряпки и, стуча зубами, укутался в спальник.
Казалось, только закрыл глаза, а в комнату уже проник рассвет. По-стариковски кряхтя и постанывая, Ючон поднялся. На пути к выходу мельком глянул в окно. Сонбэ! Да что она постоянно слоняется по округе, как беспокойный квисин, что ночью, что сейчас! Опять проверяет, все ли в порядке, или ломает голову над его «утоплением»? Минхва зябко обхватила себя за плечи, и он спохватился: отдать куртку!
Выйдя в туманное студеное утро, Ючон огляделся. Куда она делась, ведь только что здесь была! Заглянул за угол. Обошел здание. Позвать, что ли…
И услышал неподалеку негромкие, но раздраженные голоса…
***
[1] Час Быка – по-китайски время с 1-00 до 3-00.
Глава 22
– Это что еще за ночное возвращение на пару с Ким Ючоном?!
А? Я теряюсь от неожиданного вопроса и оттого, что Сонги утаскивает меня за руку в узкий проулок между зданием администрации и каким-то сараем. Бывший решает, что своим ошарашенным молчанием я подтверждаю вину… вину в чем? – дергает и трясет мое запястье. Выдавливает сквозь зубы:
– Я же предупреждал – никаких отношений с Ким Ючоном! Ни плохих, ни хороших, ни… А ты!
– Что я-то? – пытаясь освободиться, по-прежнему не врубаюсь я. – Что на тебя нашло? Сонги, ну-ка отпусти меня и объясни все спокойно!
– Я же видел, в каком виде вы вернулись! Пьяные, в обнимку. И наверняка не я один все это видел!
Пытаюсь взглянуть на вчерашнюю ситуацию со стороны: я, поддерживающая шатающегося полураздетого хубэ… Соглашаюсь:
– Хм… И правда.
От удивления – думал, что я буду возражать, выкручиваться, просить никому не говорить? – Сонги даже отпускает мою руку.
– И ты так преспокойно это признаешь?! Забыла о запрете на офисные романы?
Собираюсь так же спокойно поведать, что вчера на самом деле было, но вместо этого уточняю:
– Между прочим, мы с ним пока еще не в штате!
– И что? Правила компании распространяются на всех! Этому-то… - даже любопытно, какое определение Ким Ючона он сейчас проглотил, - …с него всё как с гуся вода! А вот ты пострадаешь, и еще как!
И снова я говорю не то, что следует - задумчиво прикидываю: