Чтение онлайн

Я вскакиваю и отступаю к двери, изо всех сил таращась в ночь.

Но заблудившийся пьяница или даже тигр предпочтительнее еще одного… субъекта, которым меня запугивал вчера проклятый хубэ: в темноте как при проявке старой фотографии медленно проступает нечто блеклое, белое, колышущееся из стороны в сторону… Прибавь еще канонических стонов – и вот тебе бродячий квисин, чья-то неупокоенная душа, ненасытный призрак, ненавидящий все живое!

Но стонов нет, лишь к звуку неровных шагов прибавляется чье-то шумное дыхание… Только поэтому я остаюсь на месте, на последних остатках храбрости уговаривая мозг включить логику: призраки не дышат, а тигры не ходят на двух ногах! А от ночного маньяка – опять же спасибо за этот вариант извращенной фантазии Ючона! – я сигану сейчас в приоткрытую дверь…

Стиснув ее металлическую ручку, окликаю тряским голосом:

– Эй, кто там? Отзовись!

Темнота и отзывается:

– Сонбэ? Вы почему здесь?

Холод испуга сменяет горячая волна облегчения и – злости. Я почти рычу:

– Ким Ючон?! Какого ты?..
– и осекаюсь, когда хубэ выходит из темноты в рассеянный сумрак, а потом под свет тусклой лампы – но в каком виде! Мокрый с головы до хлюпающих кроссовок, в прилипшей к торсу белой майке – ее-то я и приняла за квисиново одеяние – и… злющий донельзя.

Ахаю:

– Ючон, ты что… что случилось?!

Парень делает еще пару неровных шагов, задирает голову, глядя на меня снизу. Выдыхает сердито:

– Что за шуточки, сонбэ!

И начинает падать.

***

[1] Айдол – «идол», звезда сцены, экрана.

[2] Комбэ – поехали, за здоровье, до дна.

Вот так я уже второй раз волоку на себе Ким Ючона. И что за карма у меня такая?

…На помощь не зову лишь потому, что быстро пришедший в себя парень с грозным «тшш!» залепляет мне рот холодной ладонью. И сам он весь ледяной. И дрожащий. Помогаю ему забраться на террасу, закидываю руку себе на плечи и, обхватив за талию, завожу в холл. И тут теряюсь – и куда его? Сразу затолкать в мужскую спальню? Ючон явно не в себе, надо привести его в чувство, узнать, что случилось. Разбираться прямо тут тоже не вариант, обязательно услышит госпожа Ча или Хон Сонги… Или тот сейчас у своей дорогой – во всех смыслах - невесты?

– К-кладовка! – подсказывает понявший мою растерянность Ючон.

О, идея! В обнимку ковыляем через слабо освещенный холл – что там, скрип открываемой двери?.. Фу-ух, показалось! Толкаю коленкой ветхую дверцу кладовой в углу – сюда вчера (а кажется, как давно это было!) затащили лишнюю мебель - нажимаю выключатель, поворачиваюсь и...

И уже сама себе затыкаю рот кулаком, чтобы не заорать: спина опершегося на стол хубэ розовая… красная от крови.

– Ючон, - спрашиваю перехваченным голосом, - ты что, ранен?! Что случилось?

Парень изгибается, пытаясь увидеть собственную спину.

– Да не-ет… так, оцарапал немного…

Немного? Осторожно закатываю влажную майку, прилипшую к «царапинам» (Ючон шипит), и меня отпускает: хотя ободрана вся спина, и правда ничего страшного.

– Я за аптечкой!

Застаю хубэ уже стянувшим и скептически разглядывающим собственную майку.

– Теперь только в утиль, да?

– Главное, что тебя не в утиль! Повернись спиной, нет, плохо не видно… Вот что, ложись-ка на живот на стол, сюда под лампу…

Покряхтывая как древний дед, парень располагается на письменном столе. Гундит в скрещенные под лицом руки:

– Вообще-то я предпочитаю другую позицию, но если сонбэ нравится эта… Ой!

– Тише ори!

Повернув голову, Ючон наблюдает за мной одним глазом. Шепотом возражает:

– Я никогда не ору, просто от неожиданности… Ай, сонбэ, нельзя ли понежнее?!

– Вижу, с тобой уже кто-то нежно обошелся, - бормочу я, обильно проливая его ободранную спину антисептиком (парень шумно дышит открытым ртом). – Никогда не думала, что спрошу такое, но… на каких камнях тебя сегодня насиловали?

– Сонб-э-э, - удивляется Ючон, - не ожидал, что вы такая испорченная! Мне это нравится!

– Того и добиваюсь!

От бездумной болтовни становится легче. Леплю пластыри, где получается, попутно обнаруживаю старый шов на пояснице. Когда я провожу по нему пальцами, спина Ючона каменеет так, как до того ни на одной ссадине, и я не спрашиваю, где и как он его заработал.

– Прикрепила стерильную салфетку, где пластырь не смогла. Будет мокнуть, прилипать, так что осторожней. Неделю точно не сможешь лежать на спине, а еще надо обязательно…

Ючон неожиданно поднимается и берет меня за руку.

– Сонбэ, присядьте-ка. Успокойтесь, все нормально!

Очень удивляюсь: да я давно спокойная! И тут замечаю, что меня всю трясет – словно дрожь замерзшего парня передается и мне. Кстати! Стянув с себя куртку, накидываю на голые плечи Ючона – тот интересуется уже с усмешкой:

– Что, трудно выдержать мою роскошную наготу?
– Вяловато у него сейчас выходит.

– Еле терплю, - соглашаюсь я. Губы хубэ уже не такие синие, но я все равно открываю прихваченную с аптечкой бутылку соджу и командую: - Половину тебе и половину мне. Ну, живо!

Ючон двигает специфический тост: «За дезинфекцию!» Глотнув в свою очередь, спрашиваю:

– Итак?

– Итак? – изображает непонимание хубэ.

– Куда ты ходил? Что с тобой приключилось? Почему ты в таком виде?

– Я был в Ухвачжоне.

– В павильоне на озере? – удивляюсь я. – Зачем ты туда поперся среди ночи?

– Мне там назначили встречу.

– Свидание? Тэба-ак[1]! – Подталкиваю его локтем в бок, спохватываюсь, когда скривившийся Ючон отстраняется. – Ой, извини-извини! Гляди, какой ты у нас популярный!

Ну да, юристки кокетничали с ним напропалую, да и сам Ючон всегда готов строить глазки…

– И кто же эта счастливица, если не секрет? Надеюсь, хотя бы не руководительница Ча? – шучу я.

Парень глядит исподлобья:

– А разве это не вы, сонбэ?

***

[1] Тэбак – круто, офигенно.

Поездка – настоящие каникулы! Наконец-то не высиживать бесконечные часы в офисе, не выполнять скучные задания, не составлять разнообразные списки тех да этих, не высчитывать дни отпусков и больничных, не следить, чтобы воспользовавшиеся льготами компании сотрудники вовремя сдали подтверждающие документы… Как много работы, оказывается, выполняет отделение управления персоналом! В том числе и совершенно тупой.

Из развлечений только позаигрывать с симпатичными девушками в своем и ближних кабинетах, да Жевательную резинку подоводить. Правда, второе почему-то уже не так веселит. Куда приятней, когда у Минхвы все получается: глаза горят, улыбка до ушей, даже походка меняется – чуть не подпрыгивает как упругий детский мячик! От этого и у самого настроение повышается.

Помня о несчастной Чхве Ынсоль, он решил проследить, чтобы нуна хоть в поездке отдохнула. Радовался при взгляде на крепко спящую в машине девушку: ура, задача начала выполняться! Остальное – дело личного обаяния. Он ведь умеет убалтывать людей (жалко, с хальмони не всегда проходит!). А если к тому же еще немного приплатить… В общем, когда Минхва проснулась, проблема размещения уже была решена. Сонбэ, конечно, моментом придумала кучу следующих забот и хлопот – она вообще когда-нибудь расслабляется? Но в конце дня все же удалось уволочь ее в павильон на озере.