Чтение онлайн

— Я предупреждал, — холодно пояснил Киэнн, на секунду делая воздух топким болотом. Они почувствуют это как минутную слабость, вялость, головокружение, не более того. — Он соврал мне. Я был мягок и не отстрелил ему что-нибудь более ценное.

Или просто промазал, но об этом лучше умолчать.

— Снимки. Записи. Копии, адреса, всё. Живо!

Расправившись с серией фотоснимков и коротким видео, на котором вервольф на секунду выныривает из каменоломни и, сопровождаемый чьими-то выстрелами, вновь исчезает в ней, Киэнн выдернул карту памяти (с этого станется и восстановить) и удовлетворенно вернул украденное оружие близнецу, имя которого так и не спросил.

— Твое. Следи за ним получше. И за подружкой тоже.

В черном проеме наконец блеснула пара серовато-желтых звериных глаз.

— Волка не трогать, — еще раз предупредил Киэнн. — Я его забираю. Обещанную сумму вам перечислят, я прослежу. Нёл, ты тоже едешь со мной. Оставь им свои контакты, если еще не сделал, и давай, прощайся с дамой сердца.

Ну и зверинец ты, однако, собрал, Дэ Данаан! Прямо как в ребусе про козу, волка и капусту. Правда, плыть им всем в одной лодке, и ничего с этим не поделаешь.

Смущенный Нёлди и впрямь шагнул к немного нескладной девице слегка андрогинной внешности:

— Сэм, я достану его. Вернусь и достану.

— Кого? — недоуменно уставилась на него она.

— Твой Харлей. Который в озере. Я же водяной, помнишь? — И просительно взглянул на короля: — Если, конечно, мне разрешат.

Киэнн усмехнулся:

— Не обещаю. Поехали.

Никс напоследок быстро обнял чернокожую байкершу и, встав на цыпочки, что-то прошептал ей на ухо. Потом послушно пошел за Киэнном. Снарг, по счастью, тоже не выделывался. Задержать «эльфийский спецназ» никто не пытался.

Самое любопытное, что глейстиг тоже беспробудно дрыхла, откинувшись на изголовье кресла. Ну, вы охренели все, что ли? Завидуй молча, Киэнн, завидуй молча. Упаковав новоприбывших в салон Мустанга, Дэ Данаан захлопнул дверцу и… пришло абсолютное опустошение. Внутренний запал, похоже, выгорел до конца. Только бессмысленный, не имеющий ответа вопрос горьким росчерком дыма повис в конденсированном воздухе: что дальше-то? куда теперь? Домой, наверное. Может быть, совсем домой. В Маг Мэлл. Мне не выиграть эту гонку со временем, проще вернуться и ждать. Хоть чего-нибудь.

Чего?..

Нёлди тоже молчал, вжавшись в угол салона — Киэнн, не вчитываясь, чувствовал, как в смятенном мозгу никса панически носятся рваные мысли. Снарг тихо постанывал. Только проснувшаяся с их возвращением Уэнья нетерпеливо ерзала в кресле, искоса поглядывая то на одного, то на другого фейри, раз за разом порывисто втягивала воздух, точно зуд под языком досаждал ей как ничто другое, и старательно заколачивала просящийся наружу комок невысказанных слов обратно внутрь. Снаружи один за другим рыкнули моторы — мотобанда выметалась из злосчастного карьера. Кажется, покалеченного Стрелка усадили за спину Сэм — у нее тоже были какие-то проблемы с правой рукой, но, похоже, никс успел об этом позаботиться. Наконец, когда пустой гул тишины, торжественно воцарившейся после отбытия четверки смертных, сделался и вовсе нестерпимым, Киэнн, держа свою злость за удила, бросил, как подачку:

— Ну?

Юная глейстиг подпрыгнула, как игрушка на пружинке, и тут же выпалила:

— Мы ловим фейри?

Киэнн вздохнул:

— Да.

Что-то даже язвить сил не было.

— Тех, кто здесь с прошлой Лунайсэ?

А не совсем дурочка, помнит, соображает.

— Да. Знаешь кого-то?

Козлоногая танцовщица замялась:

— Нет, но… Это важно, да? Это та… проблема?

— Или говори, или заткнись!

Уэнья испуганно кивнула и, запинаясь, начала:

— У меня есть клиент. П-постоянный, ну, часто приходит... То есть, приходил. Уже больше года. Лет тридцать ему, или сорок, ну, в общем, еще не совсем старый. Чуть ли не каждую неделю, это, бывал он у меня. Часто. Ему нравилось, все эти мои штучки: вампиризм, танцы, готика, все дела. Короче, часто заходил.

Киэнн раздраженно поднял глаза к потолку:

— Ближе к сути.

— Две недели назад перестал, — быстро выпалила глейстиг с таким видом, будто и вправду делится ценнейшей информацией. Киэнн, морщась, заглянул ей в лицо. Похоже, до маленькой проститутки начало доходить, что ничего феноменального в клиенте, который перестал ее посещать, по мнению короля, нет. — Ну, я тоже вначале подумала: мало ли? Нет денег, заболел, просто разонравилось… ну, или там, в секту вступил, нельзя ему, грех… Или умер вообще, наконец. А позавчера встретила его случайно. И даже не сразу узнала…

— Все-таки заболел?

— Я у него так и спросила: Джонни, говорю, ты чего, заразу какую подцепил? На тебе ж лица нет! На привидение похож! А он мне, отмахивается, значит: мол, сплю просто плохо, стресс, наверное. Снится дрянь всякая по ночам. Я, опять ему: а чего не заходишь? Я б тебя убаюкала. И вот тут он вдруг на меня так глянул, знаете, будто я дурнушка какая-то вообще ни на что не годная, и отвечает: я, типа, девушку себе нашел. Ого, думаю, любовь! Но обидно всё-таки немножко, ну что она, такая уж красавица? Какая-то смертная. Так его, вот, напрямую и спрашиваю: чего, лучше меня? А он только хмыкает, и я понимаю: да, видимо, лучше.

Бессмысленная история раздражала Киэнна все больше. Ну, нашел этот ее хренов Джонни себе другую бабу, ну, втюрился в нее, вкрашился, ну, чудится она ему живой богиней — на хрена мне все это слушать?

— Сочувствую, ты осталась без клиента. Но, деточка, если ты не заметила, я не твой личный психолог.

Уэнья обиженно поджала губы:

— А вот я сейчас объясню. В общем, уломала я его все-таки зайти. Стала раздевать. И-и-и… — Ее голос упал до напряженного шепота, каким старший скаут, наверное, рассказывает малышне страшную байку о всаднике без головы: — Я такого еще не видела. У него на груди огромный синяк. Один сплошной, на всю грудь, и черный, что твоя кровь нукелави! Ну, я отшатнулась даже сразу, говорю: Джон, что это? А он мне: где? Да синяк, отвечаю, на груди у тебя! А он снова: какой?

Рассказчица выдержала драматическую паузу. Теперь Киэнн глядел на нее не отрываясь. Нёлди на заднем сидении тоже как-то очень уж подозрительно напрягся и, кажется, потер собственную грудь.

— И?..

Глейстиг потупилась:

— Мне не примерещилось. Но, понимаете, Джонни его не видит. Не знает о нем. Как будто от него этот синяк кто-то спрятал, или…

Снарг неожиданно глухо, отрывисто засмеялся, мешая смех с кашлем:

— Да мар-р-ра это! Та самая, что тебя, устр-р-р-рица, пр-р-р-ридушить собир-р-ралась.

Киэнн нахмурившись обернулся к вервольфу:

— Ты видел мару? Когда и где?

— Вчер-р-ра утр-р-ром. На окр-р-раине гор-р-рода.

— Ты ее тоже видел? — Киэнн перевел взгляд на никса. Тот отчаянно замотал головой, открыл рот что-то сказать, но Снарг бесцеремонно перебил:

— Он др-р-рых бр-р-ревном на тр-р-р-ратуар-р-р-ре. Мар-р-р-ра на нем вер-р-р-рхом сидела, аккур-р-рат на гр-р-руди.

На несколько секунд повисло тяжелое, как крышка гроба, молчание.

— И что дальше?