Чтение онлайн

В полном непонимании стоит ли вообще вмешиваться и что-то делать Таро на мгновение задержался, застыл, несколько секунд вглядываясь в лицо девушки – неподвижна, еле жива, еле дышит, но вот только чувства сострадания и жалости все равно нет. Ей больно, она медленно, мучительно умирает, если судить по ее состоянию, то сколько ей осталось? Час, десять минут, минута? Может еще меньше, но ему нет никакого дела до нее, до ее состояния и скорой гибели. Она обычный демон, еще одна падшая душа, постоянно омывающая руки чужой кровью – невинных или не таких уж и невинных. – Я бы и не хотел вмешиваться, спасать тебя и возвращать с того света, но, увы, это не мой выбор, не мое решение. Потому живи порождение тьмы и продолжай нести хаос и боль в этом мире, – неторопливо расстегнув несколько нижних пуговиц на рубашке Хартфилии, Таро нехотя провел ногтями по руке, оставляя тонкие кровоточащие полосы. Так же медленно он начал вычерчивать знак на ее животе, который каждый демон должен, просто обязан знать – даже падший, даже потерявшийся среди этого мрака и крови – без исключения. Адриана продолжает мельтешить перед глазами демона, как назойливая муха, раздражая его – то присаживается, то встает, то бросает такие взгляды, что демон стискивает зубы – противно видеть дьявольского пса с такими глазами. Сколько надежды, теплоты и заботы читается в ее взгляде, когда она смотрит на Люси – дьявольские псы должны быть кровожадными, их голод неутолим, а здесь – Люси превратила Адриану в верную, преданную собачонку с таким тошнотворным взглядом. – Прекрати уже на меня так смотреть, будь добра, раздражаешь, – прошипел Таро, Адриана тут же послушно отвела взгляд в стену, а он коснулся окровавленными пальцами символов в углах печати. Все, как обычно, вспыхнуло ярко-красным и тут же растворилось, исчезая с бледной кожи, оставляя на показ только выпирающие ребра.

– Теперь все хорошо? Она в порядке? – демона так же злобно, раздраженно фыркнув, опять чувствуя на себе этот взгляд, но в этот раз он промолчал. Будучи уверенным в полном исцелении Люси, Таро демонстративно коснулся пульсирующей вены на шее – его глаза в ту же секунду расширились непонятно от чего – то ли от ужаса перед чем-то, то ли от удивления, которое даже он не смог скрыть.

– Ничего и не изменилось, – проговорил он, не отпуская пальцев, будто все еще наивно надеясь, что вот-вот и все придет в норму, вот только сердце девушки так же медленно билось, еле-еле подавая знак, что она жива. – Как такое вообще возможно? Что с ней случилось, мать твою, Адриана? Твоя обязанность была следить за ней, знать все, так почему, скажи мне, ты ни черта не знаешь? Почему она все так же умирает, почему печать исцеления на нее не действует? Почему? – резко поднявшись, демон смотрел злыми, негодующими, ненавистными глазами на Адриану, которая лишь беспомощно сжалась в комок, прижав уши к голове и уставившись на что-то на полу, чтобы только не видеть всей той злости и негодования, которые разом обрушились на нее и только росли. – Какого черта, я тебя спрашиваю?! Отвечай! – Адриана еще сильнее сжалась, боясь пошевелиться, сказать что-то в ответ, поднять глаза на него и даже вздохнуть в присутствии злого Таро, которого ранее таким она не видела ни разу. А вот сейчас она стоит прямо перед ним и ждать помощи ей неоткуда и потому остается только терпеть, боятся и ждать, когда он хоть немного успокоится. – Чертова девчонка! – демон обреченно сел на край кровати, опустив голову, устало закрывая глаза руками, думая, размышляя, анализируя. Он понимал, что ее нужно спасти, вот только он не знал, стоит ли это такого…

– Вот черт! – Кин прошелся по прямой вдоль ровных рядов столов, все так же держась за голову, не зная, что делать, как поступить ему сейчас, внутри все смешалось. Вроде все эти чувства, так нелепо позаимствованные у огненного мага, придали ему такой силы, что расставаться с ней, отказаться от нее, казалось просто глупо. Но с другой стороны весов стоял Райто, его гадкая, самодовольная ухмылочка и Люси – его учитель, его первый друг, пример для подражания, та, что положилась на него, доверилась и поверила ему, дав под защиту свою мать – ей он был обязан многим и в первую очередь доверием, дружбой, которая была между ними. Правильнее, лучше, да и человечнее было бы просто вернуть все, что взял и уйти – вот только страх, что Люси все равно узнает, не покидал его ни на минуту. Хартфилия даже как-то поведала ему про чувство вины и совесть, которые грызут, гниют внутри людей – «Они и в нас есть, просто кто-то уже смог пробудить их, а кто-то просто не посчитал это нужным. Но, тем не менее, эти чувства никогда не сделают демона человеком. Демон – это демон и тут уж ничего не поделать. Так почему же нам не быть достойными демонами с человеческими чувствами, а, Кин?» – она тогда улыбалась, чувствуя, что их души родственные, в чем-то схожие и не ошиблась. В тот раз она искренне улыбалась ему, протягивала руку, и он улыбнулся – это был первый, когда он осознанно доверился кому-то, и первый и единственный раз, когда он пообещал Люси стать и быть достойным демоном. Вот только жажда новой силы и просто голод, который точит его изнутри, берут свое – ему безумно хочется крови, хочется убийств и вот сейчас он вновь не смог отказаться – это чувство сильнее его, это выше его сил. – Как же, как вернуть все на свои места? Черт! Книги, точно книги, в них ведь должно быть хотя бы что-то об этом, библиотеке Акихико, точно, – проговаривал паренек, крепко, мертвой хваткой вцепившись черными ногтями в край стола, беспорядочно перемещая взгляд в разные углы гильдии, в пол и потолок, куда угодно, надеясь вспомнить то, что он был просто обязан знать – вот только не помнил, как на зло.

– Что ты там бормочешь, сопляк?! Если есть что сказать, то говори громче! – Драгнил, развернув демона к себе лицом, крепко вцепился пальцами ему в плечи, приподнимая над землей, чтобы их глаза были на одном уровне – Кин уже еле касался носочками пола, недовольно шипя, фыркая, сжимая руки мага своими, надеясь так ослабить хватку. Парнишка застыл, глядя в эти пустые, холодные, бесчувственные глаза и с каждой секундой он все больше узнавал в этом взгляде саму Люси. Такой она была постоянно, вот только стоило ей улыбнуться, как вся ее маска, стена, которой она отгораживалась, разбивалась на крошечные осколки, и собирать было уже нечего. Сейчас та же знакомая дрожь пробегала по телу, тот же холодный, мерзкий для демона страх забирался в его душу, крепко опутывая ее, накрывая с головой, и освободиться от него все никак не выходило. – Я же сказал тебе, проваливай, чтобы я здесь тебя больше никогда не видел, – злостно и столь же ненавистно прошипел маг, на мгновение сильнее сжав плечи демона, после оттолкнув паренька до сих пор не достающего до пола. Кин отшатнулся под его напором, неуклюже сделал несколько шагов назад, не в силах остановится, зацепился ногой за вовремя подвернувшуюся скамейку, перевалившись через нее, шипя от боли. Венди тихо закрыла рот ладошками, ведь не будь он демоном, то все могло бы закончиться куда хуже, но, похоже, память Нацу осталась нетронутой, и потому он прекрасно знал, кто перед ним и что этому парнишке от такого ничего не будет.

– Так уж и быть, смертный, я прощу тебе твою дерзость, но это только ради моего семпая. Люси-сан ни за что не простит меня, если я убью кого-то из вас, никчемные букашки, – надменно, самоуверенно отозвался Кин, резко поднимаясь со скамейки, недовольно массируя плечо, которое, видимо, пострадало больше всего. Но как бы не было ему больно и страшно перед этим взглядом, демон продолжал ухмыляться, глядеть на всех магов свысока – такова его натура. В ту же секунду Драгнил застыл, обернулся, глядя таким же злобным, испепеляющим взглядом – по телу Кина вновь прошлась дрожь, хотя он старательно скрывал ее, продолжая улыбаться, думая, что ничего такого этот смертный себе более не позволит, но он оказался не прав. Стремительно приблизившись к парню, Драгнил, скрыв глаза за челкой, замахнулся и через секунду Кин беспомощно, жадно глотая воздух, повис на его руке, хватаясь за живот. Он бы и мог ответить, ударить его так же беспощадно, но, увы, не мог, совесть не позволяла или как там ее…

– Ты, полное ничтожество, еще одно дьявольское отродие, которое следовало бы сразу же убить, просто стерев с лица земли, но так уж вышло, что ты помог мне. Только поэтому я не трону тебя, но если ты еще раз произнесешь ее имя, я тебя не пожалею, запомни это, щенок, – Кин заскрипел зубами, стараясь не закричать в голос, хотя боль была поистине адской – удар у Драгнила был что надо, да еще и в нужно место попал – если бы он был демоном, то цены бы ему не было. Такой дерзости от людей Кин никогда не терпел, впервые в жизни его избивает и унижает «жалкий смертный», один из обычных людей, которых он ранее ставил на место одним лишь взглядом – они уже дрожали, молили о пощаде, а сейчас. Что же изменилось сейчас? – Убирайся! – легко оттолкнув от себя еле стоящего демона, Драгнил с теми же ледяными, пустыми глазами безжалостно ударил его ногой, с грохотом впечатав в стену. Кин в который раз заскрипел зубами, пытаясь не выдать, не подавать знак, что ему больно. Дрожащими пальцами то ли от того же страха, то ли от неожиданности и боли, парень хватался за выбитое со своего места плечо, но глаз на Нацу он так и не поднял – теперь-то он действительно начал его бояться, вдруг этот смертный еще что-то учудит. Вот тогда Кин больше не будет сдерживаться, терпеть, надеяться на свою хваленую регенерацию – всего один взмах косы и даже такой борзый, самоуверенный человечишка падет перед ним на колени.

– Ты что творишь, идиот?! Он нам не враг! – Грей, схватив огненного мага за руку, оттянул его в сторону, подальше от парнишки медленно осевшего, сползшего вниз по стенке на пол. Венди только тихо пискнула, все так же прикрывая рот ладошками – еще чуть-чуть и здесь начнется настоящая драка, и раз уж Нацу лишился всех чувств, то что помешает ему совершить непоправимое? От таких мыслей небесная волшебница помотала головой, крепко зажмурив глаза.

– Заканчивай дурью маяться! Времени и так в обрез, а ты ерундой занимаешься, нужно приготовить зелье как можно быстрее и только тогда я отведу вас в нужное место, ясно? – Райто той же величественной походкой прошелся до Кина, сев перед ним, загораживая, прекрасно зная, что он в любой момент парнишка может сорваться и сказать что-то колкое, за что потом поплатиться, но пока он молчал. Райто, не обернувшись на демона, внимательно смотрел в глаза Драгнила, лишь иногда косо поглядывая на стоящего рядом Фуллбастера. – Найди того, кто сможет это приготовить и возвращайся сюда, вы идите с ним, чтобы ничего не натворил, а я буду следить за перемещениями Люси, так что торопитесь – она никогда не сидит на месте. Торопись, смертный, – Драгнил еле заметно кивнул, со злостью и некой скрытой неприязнью сбросив руку Грея, и направился к двери. Гажил, сложив руки на груди, так же кивнул Фуллбастеру в сторону Нацу и оба последовали за ним. Леви тяжело вздохнула, надеясь, что если что-то и произойдет, то мальчики быстро приведут Нацу в чувства, Венди же только вздрогнула, когда входная дверь с грохотом закрылась за тремя магами. – Спокойно, дамочки, все под контролем. Кин, я только что дал тебе немного времени, так что почитай книги и найди ответ на свой вопрос. Если же не успеешь, то пеняй на себя, – Райто обернулся к демону, тот как-то безразлично посмотрел на него, все так же не опуская руку с плеча, постоянно морщась – регенерация подводила своей скоростью или быть может с костями все гораздо сложнее. Райто покосился на него, а после на Джувию, которая обеспокоенно смотрела на уже давно закрытую дверь. – Эй, черноглазая, можешь ему плечо вправить? Так от него мало толка будет, – Джувия вздрогнула, с подозрением покосившись на пса, а после на демона – обычный парень и ей стало его жалко, все-таки Нацу был слишком жесток с ним. Стиснув зубы, взяв всю свою волю в кулак, волшебница, семеня шагами, прошлась к демону, медленно, аккуратно стягивая с него помятую, местами разорванную, грязную от падений рубашку. Он и не сопротивлялся, только косо смотрел, как сосредоточенно она это делает, вовсе не желая ему зла.

– Будет больно, но ты уж потерпи, – как маленькому ребенку проговорила она. Кин хотел было сказать что-то, но промолчал, прекрасно понимая, что за его фразочки она может нарочно сделать еще больнее – эти маги, все как один, непредсказуемы, но у всех них только одна цель – вернуть Люси, жить долго и счастливо. Ей они следуют и ни за что не предадут, даже когда приходится просить помощи и принимать в свою команду злейшего врага. – Руку убери, мешает, – холодно бросила Локсар, с некой неприязнью убирая ладонь парнишки с плеча, за которое он так крепко держался, боясь отпустить даже на секунду. – Готов? – волшебница держала руки в положенных местах и уже в любой момент могла вправить все кости, но почему-то медлила, будто издеваясь.

– Да готов я уже! Давай! – недовольно, злобно прикрикнул Кин, опустив голову, стиснув зубы – в ту же секунду раздался хруст и приглушенный рык. Демон скрючился, опять хватаясь рукой за плечо, тяжело дыша, жадно хватая воздух – настолько сильное ощущение беспомощности и боли было для него впервые. Раньше только он мог приносить всем боль – люди или демоны – не важно. Он отыгрывался на них за свое детство, которого, по сути, у него и не было, и потому он еще больше наслаждался всеми их криками, мольбами прекратить и треском сломанных, смещенных со своих мест костей – так неужели сейчас эта волшебница делала то же самое, просто наслаждаясь его болью, его мучениями?

– Вставай! – приказным тоном прикрикнула Локсар, стоя прямо перед ним, глядя отчего-то недовольным взглядом мамочки, которая опять разочарована своим ребенком. – Давай помогу уж, – она сменила гнев на милость, присев, девушка перекинула его руку себе через шею, приподняла его и, придерживая, помогла дойти до скамейки, через которую он недавно и перевалился, чуть не сломав что-то еще. – Садись и не дергайся, ты быстро восстанавливаешься и потому уже скоро можешь уходить, – усадив его рядом с Леви, Джувия отошла в сторону, став позади Венди, приобняв ее за хрупкие плечи, девочка тут же вздрогнула, будучи полностью напуганной. – Идем, Венди, попросим у Миры чая, да? Может, еще и конфетки найдутся, идем? – небесная волшебница только коротко кивнула, бросив негодующий, но в чем-то даже сожалеющий взгляд на Кина – он заметил это, но так же, как и раньше промолчал.

– Ты не злой, – Кин вздрогнул, удивленно поднял голову, встретившись взглядом с теплыми, карими глазами голубоволосой девушки. Она, подпирая одной рукой румяную розовую щеку, смотрела на него таким заботливым, все понимающим, жалостливым взглядом, держа вторую ладонь на животике, что ему воистину хотелось спрятаться и просто исчезнуть. Настолько все это было невыносимо – она была чиста, невинна и этот взгляд, и эта улыбка – демону рядом с ней становилось тошно и противно. – Моему малышу ты очень даже нравишься, правда, сынок, – проворковала она, проводя ладошкой по одному и тому же месту несколько раз – ответом ей послужил заметный толчок, отчего ее улыбка стала еще теплее. Вот только для Кина вся эта сцена была как нож по сердцу – больно.