Чтение онлайн

— Я думаю, что у нас появился еще один игрок.

Меня бросает то в холод, то в жар.

— Табби, найди этот гребаный корабль.

— Забавно. — Она поворачивается в кресле и смотрит сначала на Коннора, потом на меня. — У морского спутника неразрешенный DNS. А реестр портов выдает ошибку 404.

— Табби. Ради бога. Говори по-человечески.

— Она говорит, что обе системы вышли из строя, — произносит Коннор.

— И не случайно. Их вывело из строя одно и то же изящное вредоносное программное обеспечение.

Ситуация становится все лучше и лучше.

— Кто-то хотел убедиться, что за ними не проследят.

Табби кивает.

— Кто-то очень умный.

— Недостаточно умный, если забыл стереть записи с камер службы безопасности порта. — Я выдыхаю и пытаюсь собрать разрозненные мысли в кучу. — Ладно, значит, нам просто нужно просмотреть все записи с портовых камер и надеяться, что мы получим достаточно четкое изображение названия корабля, на который села Эва…

Меня прерывает смех Табби.

— Что смешного? — спрашиваю я в замешательстве.

— Ты, солдат. Если хочешь потратить часы на просмотр записей с камер, чтобы найти название этого корабля, пожалуйста. Или ты мог бы просто дать мне пять минут, и я сама тебе его скажу.

— Что? Как? Ты же только что сказала, что обе системы вышли из строя!

Ее вздох тихий и разочарованный.

— Честное слово, понятия не имею, как людям с пенисами вообще что-то доверяют. — Она поворачивается к консоли и начинает стучать по клавиатуре.

Когда через несколько мгновений на экране появляется спутниковый снимок гавани, я недоверчиво качаю головой.

— Я не понимаю.

Коннор посмеивается.

— Добро пожаловать в клуб, брат.

Табби фыркает.

— А ты что, думаешь, вокруг этой гребанной Земли в каждый момент времени вращается только один спутник? Чувак. В космосе столько железа, что это похоже на поле металлических астероидов, кружащих вокруг планеты. — Стук, стук, стук. — Хотя работают только около двух тысяч спутников. Посмотрим, что нам может предложить НАСА…

Я перевожу взгляд на Коннора.

— Ты когда-нибудь боялся за свою жизнь, живя с ней под одной крышей?

Он серьезно отвечает: — Каждый день.

— Ну вот и все, детишки. Большой черный парусник покидает порт сразу после полуночи.

— И как мы собираемся разглядеть название этой чертовой штуки сверху?

Табби снова вздыхает, что-то бормочет себе под нос, а потом начинает постукивать по столу. Затем она откидывается на спинку кресла и улыбается.

— Это как отнять конфету у младенца.

Изображение меняет угол обзора, приближается и становится четче, открывая написанные курсивом буквы на транце, подсвеченные белым светом.

— Она красотка, эта «Серебряная Тень», — говорит Табби.

Мой пульс ревет в ушах, а мысли уже несутся вперед, пока я резко разворачиваюсь.

— Выясни, кому она принадлежит, куда направляется, и скинь мне всю информацию.

— Ну вот, теперь он в меня верит, — ворчит Табби.

— Наз, ты куда? — кричит Коннор мне в спину.

Я отвечаю ему уже на ходу, выходя за дверь: — Мне нужно поймать «тень».

ЭВА

Мы с Рафаэлем и Киллианом сидим вместе за столом под навесом на кормовой палубе корабля, пока молчаливая команда в униформе подает нам обед.

Если мой вид и пугает их, они этого не показывают. Двое мужчин и одна женщина ни разу не поднимают на меня глаз, ловко расставляя тарелки с мясом, сырами и фруктами, наливая газированную воду в хрустальные бокалы и раскладывая льняные салфетки нам на колени.

Все то время, пока это происходит, Киллиан наблюдает за мной.

А Рафаэль наблюдает за ним.

Краем глаза, стараясь не делать это слишком очевидным, но все же, он наблюдает. По его поджатым губам и складке между бровями ясно, что ему не нравится то, что он видит.

Девушка из обслуживающего персонала – стройная афроамериканка лет двадцати с небольшим, с красивыми карими глазами и длинными ресницами – тихо спрашивает, не хочу ли я бокал вина к ужину.

— Нет, спасибо.

— Она будет шардоне, — приказывает Киллиан.

Рафаэль бросает на него испепеляющий взгляд. Интересно. Я решаю попытать счастья и посмотреть, что будет дальше. Здесь идет борьба за власть, и разногласия между ними могут сыграть мне на руку.

Своим самым кротким голосом я шепчу: — Я бы предпочла красное. — Я поднимаю ресницы и смотрю на Киллиана дольше, чем следовало бы. — Если ты, конечно, не против.

Его губы трогает едва заметная улыбка, но это не та зловещая улыбка, которую я видела раньше. Эта улыбка гораздо более интимная, мягкая и мрачная, она намекает на опасные желания.

— Осторожнее. Будешь и дальше так на меня смотреть, и я решу, что я тебе нравлюсь.

Волна краски заливает лицо Рафаэля, начинаясь от шеи и быстро поднимаясь к лицу.

— Хватит, — резко говорит он.

Киллиан, не сводя с меня пристального взгляда, произносит: — Я сам решу, когда хватит. Как думаешь, Эва? Мне уже хватит?

Я не совсем понимаю, что происходит, но абсолютно точно знаю, что Киллиан привык отдавать приказы, а не выполнять их. Я имею дело не с мальчиком на побегушках, как мне поначалу показалось.

Я имею дело с альфой.

Я откидываюсь на спинку стула и с новым интересом рассматриваю его. Симпатичная афроамериканка стоит рядом со мной совершенно неподвижно, опустив глаза, и молча ждет указаний. Ее хорошо обучили.

Как когда-то и меня.

— Позволишь сказать честно?

Киллиан улыбается еще шире. Я его рассмешила. Он величественно кивает мне.

— Нет, я не думаю, что тебе уже хватит. Я думаю, ты еще даже не начинал. Более того, мне кажется, когда тебе наконец хватит, ты будешь стоять в одиночестве на вершине горы трупов, такой высокой, что она заслонит солнце.

Я наклоняюсь и беру с серебряного блюда кусочек сыра «Хаварти». Затем говорю девушке:

— Вообще-то, я бы выпила рома, пожалуйста. «Mount Gay», если есть. С долькой лайма и без льда.