Чтение онлайн

Наконец, примерно через полчаса, Ски доложил, что носовые рули «Виски» теперь точно никуда не денутся.

— Иду на корму, — сказал он.

— Принял.

Кормовые горизонтальные рули «Виски» расположены у киля, прямо позади каждого из винтов. Они закреплены между двумя опорами и управляются из центра. Между ними — руль направления.

Ски рассказывал о своём продвижении по палубе. Проходя мимо рубки, он заметил, что кормовой спасательный конец натянут по левому борту. Он срезал его там, где тот крепился к первому обушку сразу за рубкой, и вытаскивал из обушков по мере продвижения в корму. Когда он добрался до кормы, на мониторе «Баскетбола» начали проступать какие-то тени. Ски спустился на дно у кормы со смотанным спасательным концом в руке. Потом я увидел, как его силуэт становится всё чётче по мере приближения к «Баскетболу». Он подобрал два куска алюминиевой обшивки и оставшуюся Т-балку и растворился в мути — тёмная тень у основания «Виски».

Поскольку видимость всё ещё оставляла желать лучшего, Ски продолжал докладывать о своих действиях.

— Я у кормы… поднимаю спасательный конец — нужно не дать рулю задраться вверх, поэтому креплю Т-балку к верхней части руля и привязываю к обушкам… должно заклинить гидравлику. — Пауза, пока он выполнял задуманное.

Мы слышали периодическое кряхтение и несколько крепких выражений, а потом он объявил, что кормовые рули закреплены настолько надёжно, насколько это вообще возможно.

— Контроль, у меня остался кусок спасательного конца, но маловато, чтобы намотать обшивку на винты. Зато есть антенный трос, идущий от левой кормы вверх к рубке. — Ещё одна пауза. — Поднимусь и срежу антенну там, где она крепится к рубке, — объявил Ски.

Я схватил микрофон. — Красный Водолаз, стоп! — скомандовал я. Хотел сначала обсудить с Хэмом подъём на такую глубину.

— Красный Водолаз, принял.

— Хэм, — сказал я, — что думаешь? Верхушка рубки больше чем в тридцати футах над дном. Это выше его потолка.

— Знаю, — сказал Хэм. — Если он вытянется в полный рост, большая часть тела останется ниже потолка. Срежет за несколько секунд и сразу назад вниз.

— Звучит как план, — сказал я и взял микрофон. — Красный Водолаз, Контроль. Слушай внимательно. Верхушка рубки — выше твоего потолка. Мы согласны: антенну нужно срезать вверху, но сделаешь это так. Прижмись к борту рубки и поднимись ровно настолько, чтобы дотянуться вверх рукой и перерезать антенный трос. Потом сразу вниз — и как можно быстрее на дно. — Пауза. — Понял?

— Понял.

Через несколько минут Ски доложил: — Я на палубе, тянусь вверх. — Ещё пауза. — Готово… перерезал. Спускаюсь вниз.

Дальше мы слышали только тяжёлое дыхание, и потом — «Ой!»

Гидроакустика немедленно вышла на связь по телефону. — Контроль, Гидроакустика, что это за сильный стук был?

— Контроль, Красный Водолаз. Я уронил кусачки. Ударились о палубу. Я сейчас у левого винта, на дне. Извини, Контроль.

Я объяснил ситуацию гидроакустикам. — Докладывайте о любой активности «Виски». Помните — у нас человек прямо рядом с ним.

— Принял, Контроль. Береги себя, Ски. Где твоя пуповина? — Меня беспокоило: если «Виски» запустит винты, пуповина Ски может намотаться на них.

— Перекинута через корму, Контроль, — сказал Ски. — Нужно пройти сверху и через другую сторону, чтобы распутать.

— Действуй, — сказал я, — но быстро.

Через несколько минут Ски доложил, что занял позицию и готов приступить к обматыванию винтов. На мониторе мы видели только размытые тени его движений. Но я представлял: он вставляет обшивку между лопастями и вокруг них, закрепляя антенным тросом.

— Контроль, Гидроакустика, — голос вахтенного звучал взволнованно. — На «Виски» что-то происходит. Похоже, он готовится запустить винты!

Я схватил микрофон. — Красный Водолаз, эвакуация немедленно! Немедленно! — приказал я, придав голосу необходимую настойчивость.

— Контроль, Красный Водолаз, небольшая проблема, — сказал Ски. — Кажется, антенный трос намотался на участок пуповины. Не могу уйти, пока не размотаю трос и не освобожу пуповину.

Это была реальная, неотложная проблема. Если гидроакустики правы и «Виски» вот-вот двинется, Ски в большой опасности — а запасной пуповины, чтобы послать на помощь другого водолаза, у нас не было.

— Контроль, Гидроакустика, сомнений нет — «Виски» скоро оторвётся от дна.

Выбора у нас не оставалось. — Красный Водолаз, «Виски» запускается. Перережь пуповину и немедленно возвращайся на аварийном баллоне. Прямо сейчас, Ски. Прямо сейчас! — приказал я.

— Принял, Контроль. Связь через секунду пропадёт. — И в тот же момент эфир умолк.

Бобби внимательно следил за переговорами. Он навёл «Баскетбол» на размытую тень Ски. И тут мы его увидели. Он перерезал пуповину со своей стороны от запутавшегося места, а потом вытащил свой конец из-под антенного троса. Он тянул себя рука за рукой вдоль пуповины, волоча за собой футов десять обрезанного конца. Из перерезанного конца на нашей стороне бешено вырывались пузыри. Пятьсот футов — путь неблизкий, а в аварийном баллоне у Ски оставалось около минуты дыхательного газа.

Я приказал Банке перекрыть газ и горячую воду в пуповину и смотрел, как Ски продолжает тянуть себя к безопасности. Прошло почти минуту, а Ски всё ещё работал руками. Получится впритык. Ски сжигал кислород быстрее из-за физической нагрузки.

Прошло минуту пятнадцать. Я взглянул на монитор внешнего шлюза. Джимми яростно выбирал пуповину — делал всё, что мог, чтобы ускорить возвращение Ски. Минута тридцать — и вдруг «Баскетбол» кувыркнулся в сторону: Ски оттолкнул его рукой и ввалился во внешний шлюз, хватая ртом воздух.

Первые его слова: — Твою мать! Этот засранец уже успел оторваться?

Ски был в безопасности в Банке, пуповина свёрнута во внешнем шлюзе, а Бобби снова работал на полном вылете с «Баскетболом». С момента, как Ски перерезал пуповину, гидроакустики отслеживали необычную активность «Виски». Они доложили о характерных звуках запускаемых электромоторов и включающихся гидравлических насосов.

Внезапно «Палтус» накрыл ужасающий скрежет. Казалось, он шёл отовсюду сразу, но гидроакустики утверждали, что источник — «Виски». На мониторе было видно, как у кормы советской субмарины густеет облако взвеси. Скрежет прекратился, облако унесло течением. В мутной воде я увидел мелькание ракетной обшивки. Её вырвало и намотало — и в отдельных промельках я видел, что она намертво заклинена в правом гребном валу. Левый вал мне был не виден, но правый явно ближайшее время никуда не денется.

Я передал управление погружением Хэму и вышел в ЦП. Командир и Дирк уже были там — обсуждали ситуацию со старшим мичманом Баркли.

— Они сейчас гоняют гидравлические насосы, — говорил Трэвис. Он указал на монитор. — Как видите, кормовые рули не двигаются. — Он ухмыльнулся мне. — Отличная работа, лейтенант.

— Спасибо, старшина, но это Ски. Вы же знаете.

— Кто-то это устроил, сэр, — ответил Трэвис. — Мы знаем, кто у нас на борту, сэр. — И вернулся в гидроакустику.

— Ни продвижения вперёд, — сказал Дирк, — ни кормовых рулей, и носовые, скорее всего, тоже. Этому парню некуда идти, кроме как вверх.

— Штурман, — сказал Командир Ларри, стоявшему вахту, — немедленно отдать оба якорных конца! — Повернулся к Дирку: — Проследи, Меха. И поднимай реактор — прямо сейчас! Как только он продует — мне нужен полный ход отсюда!