Опрокинутый тыл
Шрифт:
X
та 3 и н
3
Н
<и
S
<и
4 >» в
К
X
Ч
>>
О.
О
S
X
а
и
15
В
3sj
та Я
о и
а
н
<и
S
4>
ч
>»
в
К
S
Ч
>»
О.
О
Красные
Белые
43,0
33,5
7,5
41,8
1960
833
425
156
16,2
8,0
7,0
17,5
849
264
206
60
* Имеется в виду направление Таганрог, Новочеркасск.
** Имеется в виду направление Ростов-на-Дону, Тихорецкая, Благодарненское.
В двадцатых числах мая противник ввел в дело глубокие резервы, что создало двойное превосходство его сил на важнейших для нас направлениях. Наши армии таяли, противник же усиливался восставшими казаками. Задача фронта — прикрывать направления на Царицын, Харьков, Воронеж. Положение угрожающее ввиду нестойкости наших частей, огромного превосходства кавалерии противника, действующего крупными конными массами и глубокими обходами. На помощь из внутренних округов, Восточного и Украинского фронтов уже прибыло около 40 тыс. бойцов и 84 орудия. Прибыло также 35 тыс. пополнения из занаряженных 150 тыс. человек. «Но наше пополнение не вполне боеспособно, и поэтому для прикрытия важнейших направлений пришлось прибегнуть к героическим мерам». Была спешно снята опять с того же Восточного фронта бригада 2-й дивизии (брошенная под Царицын), и снимаются еще части одной стрелковой дивизии (7-й или 31-й), втянутые еще в серьезные бои.
11-я армия (бывший Каспийско-Кавказский фронт). Готовилась операция по занятию Петровска, Грозного и Владикавказа. Задачу пришлось сократить панду переброски в апреле на помощь Восточному фронту частей 33-й стрелковой и 7-й кавалерийской дивизий. На Каспийском море сейчас господствует противник. Армия расформировывается: боеспособные войска ее передаются в 10-ю Красную армию, остальные будут использованы на формирования в районе Астрахани.
Восточному фронту в докладе уделено много внимания. Преследуя Колчака, мы подошли к Каме от устья р. Вятки до г. Оханск (50 км южнее Перми) и местами уже форсировали ее. На этом направлении красных 56 тыс. штыков и сабель против 36 тыс. штыков п сабель противника. Южнее Камы наши части форсировали Белую и местами р. Уфа, но сопротивление противника все сильнее и сильнее, чему способствуют горная местность, умелое его маневрирование, а также соотношение сил: 48 тыс. наших против 53 тыс. штыков и сабель противника. На правом фланге фронта казаки начали действовать активно и оказали давление на Средней Волге у Самары, а при успешном развитии операции Деникиным на Царицын установят с ним непосредственную связь. Соотношение сил на этом участке: 10 тыс. штыков и сабель наших против 14 тыс. про-I шишка. После поражений под Бугурусланом и Бугульмой и севернее Камы противник организованно и си-| тематично отступает за Белую и Каму, оказывая незначительное сопротивление.
/(ля упрочения положения на Восточном фронте командованию его указано создать укрепленный район по линии рек Белой и Камы, с тем чтобы он мог послу-тить прочной базой для дальнейшего движения на во-мок. «Однако, — пишет главком, — надо признать, что Iллииая задача Восточного фронта — разбить армию Колчака—-далеко еще не решена полностью. Армии Колчака, хотя и с потерями, быстро вышли из-под наших ударов в Уральские горы, где они приобретают все исподы обороны и выигрыш времени. Для окончательною уничтожения его сил предстоит начать новую к и м п а иию в Уральских горах и преодолеть весь хре-iici < При серьезном сопротивлении противника горная иойпа может затянуться надолго — до глубокой осени — и прикует значительные силы. Восточный фронт в на-' 11иицес время является единственным, на котором мы iiMt'i'M численное превосходство над противником, а также большие успехи, и «н а него приходится смотреть как на единственный источник резервов для восстановления положения на Южном фронте и в Петроградском районе. Поэтому продвижение на Восточном фронте через Уральский хребет можно допустить лишь условно, насколько это не помешает, в случае необходимости, выделению из него части войск на другие фронты».
Более категорически эта же мысль о необходимости отказаться от немедленного развития достигнутых против Колчака успехов высказана в общем заключении по докладу в целом. Главком еще раз подчеркивает, что «задачу нельзя считать решенной: противника на Восточном фронте можно считать побитым, но не разбитым». Преодоление Уральского хребта потребует не менее 2—3 месяцев, и сделать это не так просто. Главное в том, что «продвижение в Уральские горы возможно будет постольку, поскольку это не помешает выделению нужного числа резервов» для прикрытия центра Республики от Деникина и для восстановления положения в Петроградско-Псковском районе. В связи с этим задачи на всех остальных фронтах придется, может быть, ограничить минимумом, и в частности на Восточном фронте перейти к активной обороне, помня, что на Южном фронте настолько угрожающее положение, что «там дорог каждый солдат и дорога каждая минута». Доклад подписан кроме главкома И. И. Вацетиса членом Реввоенсовета Республики
С. И. Гусевым и начальником полевого штаба Ф. Ф. Ко-стяевым.
Подробное рассмотрение доклада выходит за пределы нашего исследования. Да и вообще, есть ли надобность подвергать критическому разбору документ, в котором все обосновано на общеизвестных фактах, все подкреплено цифрами и расчетами, в котором вывод и умозаключения убедительны и заслуживают доверия так же, как его заслуживают лица, составившие доклад, и лица, подписавшие его? С какими бы дополнительными материалами и критериями мы не подходили к содержанию доклада, двух мнений быть не может: военное положение Республики очень тяжелое и весьма серьезное. Это бесспорно.
Можно было бы, конечно, поставить целый ряд вопросов, к примеру: 1) почему при общей численности Красной Армии в 1 582 тыс. человек имеется на фронтах всего 356 тыс. штыков и сабель, в то время как согласно указаниям Реввоенсовета Республики число их не должно быть менее 50% численного состава полков и соединений? 2) В одном из своих докладов Вацетис писал: «Появления Деникина мы давно ждали, знали даже его состав и все это учитывали». А что произошло на самом деле? За четыре месяца наступления армий Южного фронта (с линии Острогожск, Борисоглебск, Пово-рино, Елань, Царицын, Сарепта) наши войска к концу апреля—-началу мая заняли почти весь Донбасс, всю хлебную область Войска Донского, грозили перервать Владикавказскую железную дорогу (на которую базировался Деникин) и подошли на 80 км к Таганрогу, на К) км к Ростову-на-Дону (с востока), выдвинулись на 25—50 км к югу от р. Маныч и подошли к верховьям р. Кума. Вот тут только и появились войска Деникина. Он начал в первых числах мая ударом от р. Маныч на Царицын, а в двадцатых числах мая прорвал наш фронт в районе Юзовки и стал быстро развивать успех. Обоснованность слов Вацетиса «ждали, знали и все учитывали» вызывает большие сомнения; 3) дух пессимизма доклада более чем очевиден: на всех фронтах (кроме Восточного и 6-й армии) мы потеряли инициативу, и сю владеет противник; кроме тех же Восточного и Г) й армии, заколебались сразу все фронты. «Никаких резервов в Республике у нас нет», — эпически повествует главком и даже не говорит, нужно ли их создавать п как это можно сделать, если до этого не все было сделано.
В ноябре 1918 г. тот же Вацетис дал приказ о переброске с Восточного на другие фронты до 40 тыс. бойцов, хотя и ушло только 25 тыс.; вызванное переброской ослабление наших сил было одной из основных причин успехов Колчака. С тех пор прошло больше полугода, и и поисках сил главком опять вынужден обращаться к тому же Восточному фронту. Он даже называет его единственным источником резервов для восстановления положения на Южном фронте и в Петроградском районе.
Тогда, в конце 1918 г., главком И. И. Вацетис и командующий Восточным фронтом С. С. Каменев, ослабив силы левого крыла, категорически требовали выполнить прежние, старые задачи, игнорируя происшедшие в соотношении сил изменения не в нашу пользу.
Теперь, в июне 1919 г., главком, учтя предыдущий опыт, приказывает в связи с ослаблением фронта из-за переброски частей на Юг и под Петроград прекратить наступление, перейти к обороне, создать укрепленные районы.
Но теперь пассивное решение оказывалось неверным, и прежде всего потому, что оно противоречило указаниям В. И. Ленина и решениям Пленума Центрального Комитета РКП (б) от 15 июня 1919 г., подтверждающим абсолютную необходимость продолжать наступление.
Несмотря на это, главком Вадетис продолжал упорствовать. Имея полную поддержку со стороны тогдашнего председателя Реввоенсовета Республики Троцкого, он пытался обойти указания Центрального Комитета и проводить в жизнь свой план. Как известно, дело закончилось тем, что вопрос рассматривался еще раз на Пленуме ЦК РКП (б) 3 июля 1919 г., который подтвердил свое прежнее решение о необходимости продолжать наступление и одновременно освободил Вацетиса от командования, назначив главкомом С. С. Каменева.