Чтение онлайн

Докторъ Палей, говоря въ своей «Нравственной Философии» о народонаселеніи и продовольствіи, замчаетъ, что самое благопріятное условіе для размноженія населенія страны, и въ тоже время для увеличенія его благосостоянія, состоитъ въ томъ, «чтобы бережливый и трудолюбивый народъ посвящалъ свою дятельность на удовлетвореніе требованій богатаго и пристрастнаго къ роскоши народа» [43] . Такое положеніе народа, нужно сознаться, не представляетъ ничего привлекательнаго. Если существуетъ подобный порядокъ вещей, то только безусловная необходимость можетъ принудить переносить его. Десять милліоновъ людей, обреченныхъ на безустанный трудъ и лишеніе всего, что переходитъ предлъ крайней необходимости, ради доставленія миллиону другихъ людей всхъ излишествъ роскоши — какая поистин печальная картина совершенствованія, котораго можетъ достигнуть человческое общество! Къ счастью такая будущность ему не предназначена. Нтъ никакой необходимости въ томъ, чтобы богатые предавались чрезмрной роскоши для поддержанія фабрикъ и чтобы бдные лишали себя всякихъ удобствъ для поддержанія населенія. Наиболе полезныя во всхъ отношеніяхъ фабрики, это т, которыя служатъ для удовлетворенія потребностей всей массы населенія. Наоборотъ, т, которыя удовлетворяютъ потребности богатыхъ, не только имютъ меньшее значеніе, въ слдствіе ограниченнаго спроса ихъ издлій, но представляютъ еще то неудобство, что часто обусловливаютъ большія бдствія, благодаря измнчивости моды, которою он управляются. Умренная роскошь, равномрно распространенная между всми классами общества, а не чрезмрная роскошь небольшой группы людей, необходима для счастья и благоденствія народа. То, что докторъ Палей принимаетъ за настоящее зло, порождаемое роскошью, за дйствительную опасность, которою она грозить, то именно я считаю доставляемымъ роскошью благомъ и особенными, связанными съ нею выгодами. Если согласиться, что во всякомъ обществ, ненаходящемся въ положеніи новой колоніи, населеніе неизбжно должно сдерживаться какимъ нибудь могущественнымъ препятствіемъ; если, съ другой стороны, наблюденіе намъ показало, что стремленіе къ довольству и жизненнымъ удобствамъ удерживаетъ многихъ людей отъ брака, изъ опасенія лишиться этихъ удобствъ, то необходимо признать, что повсемстное распространеніе такого стремленія къ жизненнымъ удобствамъ, является мене всего предосудительнымъ для счастья и добродтели препятствіемъ къ заключенію браковъ. Поэтому всеобщее распространеніе умренной роскоши весьма желательно, какъ лучшее средство для ограниченія бдствій и нищеты, о которыхъ упоминалось ране.

Вообще замчено, что среднее положеніе въ обществ наиболе блaгoпріятнo для развитія добродтели, промышленности и всякаго рода дарованій. Но, очевидно, вс люди не могутъ принадлежать къ среднему классу. Высшіе и низшіе классы неизбжны и притомъ весьма полезны. Если-бы въ обществ не было надежды на повышеніе и опасенія понизиться, если-бы за трудолюбіемъ не слдовало вознагражденіе, а за лностью — наказаніе, то не было-бы той дятельности и усердія, которыя побуждаюсь каждаго человка къ улучшенію своего положенія и которыя являются главнымъ двигателемъ общественнаго благополучія. Но, разсматривая положеніе европейскихъ государствъ, мы найдемъ въ нихъ значительное различія въ относительной численности высшихъ, среднихъ и низшихъ классовъ общества; а если судить по послдствіямъ, вытекающимъ изъ этого различія, то мы увидимъ, что благосостояніе ихъ усиливается по мр увеличенія численности средняго класса. Если-бы низшіе классы населенія пріобрли привычку соразмрять количество труда, предлагаемаго ими въ то время, когда заработная плата остается неподвижной или даже понижается, не вызывая, какъ теперь, увеличенія нищеты и смертности, то можно было-бы надяться, что въ будущемъ техническія усоверніенствованія, послужившія къ сбереженію труда и уже сдлавшія такіе быстрые успхи, могли-бы удовлетворить потребностямъ самаго благоденствующаго общества, и при томъ, при меньшихъ усиліяхъ личнаго труда, чмъ какія необходимы въ настоящее время для достиженія той-же цли; и если работникъ не будетъ и тогда вполн освобожденъ отъ тяжелаго труда, на который онъ обреченъ теперь, то, по крайней мр, число людей, обремененныхъ такимъ трудомъ, будетъ меньше. При такомъ замщеніи низшихъ классовъ средними, всякій работникъ имлъ-бы право надяться на улучшеніе своего положенія собственными силами и прилежаніемъ. Трудолюбіе и добродтель чаще получали-бы вознагражденіе. Въ громадной общественной лотере оказалосъ-бы больше выигрышей и меньше пустыхъ билетовъ. Словомъ, общая сумма счастья, очевидно, возрасла-бы.

Однако-же, для того, чтобы надежды эти не оказались напрасными, чтобы бдствія, обыкновенно сопровождающія неподвижный или уменьшающійся спросъ на трудъ, не разбили нашихъ ожиданій, необходимо, чтобы бдный обладалъ благоразуміемъ, которое удерживало-бы его отъ вступленія въ бракъ до той поры, пока заработная плата, вмст съ его сбереженіями, не даетъ ему возможности содержать жену и шестерыхъ дтей, не прибгая для этого къ вспомоществованіямъ. Такое благоразуміе оказалось-бы во всхъ отношеніяхъ благотворнымъ и самымъ поразительнымъ образомъ улучшило-бы положеніе низшихъ классовъ народа.

Мн могутъ возразить, что все это блaгoрaзyміе можетъ оказаться безполезнымъ, такъ какъ вступающій въ бракъ не можетъ предвидть, сколько у него будетъ дтей и не будетъ-ли ихъ больше шести. Это справедливо и въ такомъ случа, я полагаю, не было-бы никакого неудобства въ томъ, чтобы выдавать пoсoбіе на каждаго ребенка сверхъ этого числа, но не въ вид вознагражденія за многочисленное семейство, а для облегченія бремени, которое онъ не могъ предвидть при своемъ вступлении въ бракъ. Слдовательно, и размръ пособія долженъ быть таковъ, чтобы поставить его въ одинаковое положеніе съ тмъ, который иметъ шесть человкъ дтей. По поводу указа Людовика XIV, предоставлявшаго нкоторыя преимущества тмъ, у кого будетъ десять или двнадцать дтей, Монтескье замчаетъ, что подобныя постановленія безсильны поощрить возрастаніе населенія. Та самая причина, которая заставляетъ его порицать законъ Людовика XIV, побуждаетъ меня утверждать, что его можно было-бы принять безъ всякой опасности. Вроятно, этотъ законъ помогъ нсколькимъ лицамъ, заслуживающимъ поддержки, но и въ тоже время несомннно, что онъ никоимъ образомъ не могъ поощрить браки.

Если въ отдаленномъ будущемъ бдные пріoбртутъ привычку благоразумно относиться къ вопросу о брак, что оказывается единственнымъ средствомъ для общаго и непрерывнаго улучшенія ихъ участи, я не думаю, чтобы даже самый ограниченный политикъ нашелъ поводъ бить тревогу о томъ, что, благодаря высокой заработной плат, наши соперники будутъ производить товары дешевле насъ и могутъ вытснить насъ съ заграничныхъ рынковъ. Четыре обстоятельства предупредили-бы, или уравновсили бы такое послдствіе: 1) боле низкая и равномрная цна прoдoвoльствія, спросъ на которое рже превышалъ-бы предложеніе; 2) уничтоженіе налога въ пользу бдныхъ освободило-бы земледліе отъ бремени, а заработную плату отъ безполезной прибавки; 3) общество сберегло-бы громадныя суммы, безполезно расходуемыя на дтей, умирающихъ преждевременною смертью отъ нищеты, и 4) всеобщее распространеніе привычки къ труду и бережливости, въ особенности между холостыми людьми, предупредило-бы лность, пьянство и расточительность, которыя въ настоящее время нердко являются послдствіемъ высокой заработной платы.

Желая бросить послдній общій взглядъ на будущее и опредлить наши надежды относительно уменьшенія страданій, порождаемыхъ закономъ народонасенія, намъ прежде всего предстоитъ остановиться на слдующемъ соображеніи: хотя размноженіе населенія въ геометрической прогрессіи представляетъ неоспоримый законъ, хотя періодъ удвоенія, обусловливаемый такимъ размноженіемъ, въ случа, если ничто не препятствуетъ ему, принять въ этомъ сочиненіи весьма умренный, необходимо признать, что возрастаніе населенія задерживалось успхами цивилизаціи. Число городовъ и фабрикъ возрастаетъ, а на измненіе условій существованія въ нихъ, трудно разсчитывать. Конечно, мы обязаны стараться, насколько это отъ насъ зависитъ, чтобы они не сокращали продолжительности жизни, но врядъ-ли мы будемъ въ состоянии достигнуть когда нибудь того, чтобы пребываніе въ городахъ и работа на фабрикахъ были такъ-же здоровы, какъ жизнь въ деревняхъ и сельскія занятія. Дйствуя, какъ силы разрушительныя, города и фабрики, тмъ самымъ уменьшаютъ необходимость препятствій, предупреждающихъ размноженіе населенія. Во всхъ старыхъ государствахъ значительное число возмужалыхъ лицъ проводитъ нсколько лтъ вн брачной жизни. Обязанность подчиняться въ теченіи этого времени общественнымъ законамъ нравственности никогда не оспаривалась, хотя на практик она нердко нарушалась. Въ этомъ сочиненіи мн почти не представлялось случая настаивать на этой именно части той обязанности, которую я назвалъ нравственнымъ oбyздaніемъ и на которую старался обратить вниманіе. Въ этомъ отношеніи основанія этой обязанностии т-же, какія были раньше, — я ничего не прибавилъ къ ней и ничмъ ее не ослабилъ. Зная, какъ мало она обращала до сихъ поръ на себя вниманіе, я заслуживалъ-бы названіе мечтателя, если-бы надялся въ этомъ отношеніи на какое нибудь значительное yлyчшеніе.

Часть обязанностей, налагаемыхъ нравственнымъ обузданіемъ, которая составляла главный предметъ нашихъ предыдущихъ рaзсyжденій, не иметъ отношенія къ нашему поведенію во время внбрачной жизни; мы говорили лишь о продолжительности внбрачной жизни и настаивали на томъ, что послдняя должна быть каждымъ продлена до той поры, пока не явится полная возможность содержать семью. Нимало не увлекаясь, мы въ прав высказать надежду на нкоторое yлyчшеніе въ этомъ отношеніи человческаго общества, ибо опытъ показываетъ, что благоразуміе, предписываемое подъ именемъ нравственнаго обузданія, боле или мене соблюдалось въ различныхъ странахъ, измняясь сообразно времени и обстоятельствамъ.

Въ Европ и въ особенности въ сверныхъ ея государствахъ, въ этомъ отношеніи, несомннно, произошла замтная перемна съ тхъ поръ, какъ въ нихъ прекратились выселенія, воинственныя наклонности и духъ предпріимчивости, которымъ они были охвачены. Постепенное ослабленіе, можно сказать даже совершенное прекращеніе чумы, такъ часто посщавшей Европу въ продолженіе семнадцатаго и въ начал восемнадцатаго вка, произвело такую-же перемну. Въ Англіи отношеніе браковъ къ количеству населенія несомннно уменьшилось съ тхъ поръ, какъ улучшились города, эпидеміи стали мене часты, и привычка къ чистоплотности сдлаласъ всеобщею. Во время послднихъ неурожаевъ, испытанныхъ этою страною въ 1800 и 1801 гг., заключено было наименшее число браковъ. Т-же причины, которыя удерживали въ эти годы многихъ людей отъ вступленія въ бракъ, могутъ оказать такое-же дйствіе въ будущемъ, если, благодаря оспопрививанію, число дтей, достигающихъ зрлаго возраста, увеличится настолько, что вполн удовлетворитъ требованія производства, понизитъ заработную плату и затруднитъ содержаніе семьи. Говоря вообще, поведеніе людей въ вопрос о брак всегда было лучше ихъ теорій. Не смотря на то, что много говорилось въ пользу мнимой обязанности жениться, и что на обычай вступать въ бракъ въ раннемъ возраст часто указывали, какъ на средство для предупрежденія порока и по этой причин считали этотъ обычай полезнымъ, — каждый человкъ, тмъ не мене, признавалъ для себя необходимымъ, прежде чмъ ршиться на этотъ важный шагъ, подумать о томъ, будетъ-ли онъ имть достаточно средствъ для прокормленія своего будущаго семейства.

Жизненная сила (vіs mеdісatгіx reipubliсa) одушевляющая и поддерживающая здоровье всего государственнаго организма, или, другими словами, стремленіе улучшить свою судьбу и опасеніе ухудшить ее, не переставали направлять людей по врному пути, указываемому природою, вопреки пустымъ разглагольствованіямъ тхъ, которые пытались сбить людей съ этого врнаго пути. Могущественное начало политической силы и здоровья, которое представляетъ собою ничто иное, какъ безсознательное предчyвствіе законовъ природы и послдствій ихъ нарушенія, имло во всей Европ большое вліяніе на усиленіе побужденій, противопоставляемыхъ благоразуміемъ браку. Нтъ разумныхъ основаній не врить тому, что это вліяніе будетъ возрастать и распространяться, а если при этомъ оно не усилить пороковъ, нарушающихъ цломудріе, то въ результат получится возрастаніе всеобщаго счастья. Что-же касается опасеній, чтобы эти пороки не усилились, то въ этомъ отношеніи мы можемъ утшать себя мыслью, что европейскія страны, въ которыхъ браки наимене часты, въ тоже самое время не отличаются большею порочностью. Норвегія, Швейцарія, Англія и Шотландія, насколько мн извстно, принадлежать къ числу странъ, въ которыхъ предупредительныя препятствія дйствуютъ съ особенной силою. Не настаивая на особенно добродтельныхъ нравахъ этихъ странъ, я сомнваюсь, чтобы кто нибудь сталъ приводить ихъ въ примръ исключительной порочности. На основаніи моихъ немногочисленныхъ свденій о континент, я скоре готовъ признать эти страны примромъ противнаго и предположить, что женщины въ нихъ обладаютъ большимъ самоуваженіемъ, а потому мужчины мене порочны. Опытъ доказываетъ, что физическія и нравственыя причины сглаживаютъ пагубное дйствіе, которое мы естественно готовы ожидать отъ препятствій, противопоставляемыхъ благоразуміемъ браку. Но, допуская даже существованіе такого пагубнаго дйствія, какъ это, вроятно, и есть въ дйствительности, мы все-таки готовы повторить, что уменьшеніе пороковъ, порождаемыхъ нищетою, явится достаточнымъ вознагражденіемъ за зло, которое мы имли основаніе предвидть. Въ этомъ случа выгоды, доставляемыя наименьшею смертностью и наибольшимъ всеобщимъ довольствомъ (которыя явятся неизбжннымъ слдствіемъ возрастающаго дйствія предупредительныхъ препятствій), будутъ чистымъ пріобртеніемъ для счастья и добродтели.

Цль настоящего сочиненія заключается не столько въ предложеніи проектовъ улучшенія, сколько въ томъ, чтобы указать необходимость довольствоваться способомъ улучшенія, предписываемымъ намъ природою, и не противодйствовать успхамъ которые явятся слдствіемъ этого способа, если ничто не будетъ препятствовать его дйствію.

Безъ сомннія, было-бы весьма полезно, чтобы вс наши учрежденія и нашъ образъ дйствій относительно неимущихъ соотвтствовали урокамъ блaгoрaзyмія, внушаемымъ каждому изъ насъ обыкновеннымъ ходомъ вещей. Поэтому, если съ одной стороны мы иногда принимаемъ на себя обязанность облегчать страданія, назначенныя природою въ вид наказанія за неблaгoрaзyміе, то, для установленія справедливаго равновсія, намъ слдовало-бы, съ другой стороны, усиливать вознагражденіе, посылаемое ею тмъ, которые руководствуются въ своихъ поступкахъ благоразуміемъ. Мы много сдлали-бы въ этомъ отношеніи, если-бы приступили къ постепенному измненію учрежденій, прямо поощряющихъ браки и воздержались отъ распространенія ученій, находящихся въ прямомъ противорчіи съ указаніями природы. Небольшая польза, которую мы можемъ принести, нердко пропадаетъ напрасно, въ слдствіе нашихъ честолюбивыхъ желаній оказать большее благо и въ слдствіе нашего пристрастія къ какому нибудь плану, который мы считаемъ необходимымъ для достиженія хотя-бы частнаго успха. Я льщу себя надеждой, что въ своихъ предложеніяхъ относительно практическаго примненія заключающихся въ этомъ сочиненіи разсужденій, я избжалъ такой ошибки. Я долженъ напомнить, что, хотя я представилъ только старые факты, освтивъ ихъ лишь съ новой точки зрнія, хотя я и высказалъ нкоторыя надежды на возможное улучшеніе, тмъ не мене я тщательно держался въ сторон отъ вроятных улучшеній и способовъ ихъ достиженія.

Уже много разъ въ Англіи предлагалось постепенно отмнить существующіе законы о бдныхъ, въ слдствіе вызываемыхъ ими бдствій и боязни чрезъ мру обременить ими поземельныхъ собственниковъ. Мысль объ учрежденіи всеобщаго народнаго образованія далеко не нова. Шотландія давно уже испытываетъ благодтельныя послдствія заботливаго образованія. Компетентныя лица согласны въ томъ, что образованіе представляетъ могущественное средство для предупрежденія преступленій [44] , усовершенствованія производительной промышленности, улучшенія нравовъ и пріyченія людей къ благоразумному и порядочному поведенію. Вотъ единственная мра, которую я ршился предложить, и я полагаю, что если-бы она была принята въ указанномъ мною вид, то принесла-бы бднымъ большую пользу. Но если-бы даже ничего подобнаго и не было сдлано, то я все-таки не потерялъ-бы надежды на нкоторыя частныя улучшенія, которыя явились-бы послдствіемъ одного только распространенія здравыхъ понятій по этому вопросу. Если защищаемыя мною воззрнія ошибочны, то я искренно желалъ-бы, чтобы они были вполн отвергнуты; но если они справедливы — ихъ значеніе такъ велико, они такъ близко затрогиваютъ счастье всего человческаго рода, что невозможно, чтобы рано или поздно они не пробились на свтъ, и не получили всеобщаго преобладанія, независимо отъ того, будутъ-ли приложены усилія къ ихъ распространенію.