Чтение онлайн

– Вот это да…, – протянул Лёшка, и вдруг оживился: – Гляди, брат, вон отец с дочкой на травке сидят! Едой друг друга кормят! Какая трогательная картина. Э-э… постой, а чего это они целоваться начали?..

Господи, какой же дебил…. Ульяна смутилась и сдержанно ответила:

– Это не отец с дочерью.

В этот момент мимо грузовика пронеслась машина с открытым верхом. Двигатель заревел так, что воздух дрогнул. За рулём сидел лысый мужчина средних лет, ухмыляясь от уха до уха.

Ярослав нахмурился и спросил:

– А что это за тачка без крыши?

Реально стало интересно, здесь тоже кабриолеты есть или это так, самоделкин какой. Ульяна задумалась и объяснила:

– Это кабриолет. Такие машины могут себе позволить только богатые. Здесь это символ статуса.

Всё тоже самое что и у нас и это после всего, что произошло. Ярослав вздохнул с завистью:

– Хорошо живут богачи…. У них даже крыши откидные.

Ульяна прикусила губу, не зная, смеяться или плакать.

И только теперь Ярослав ясно понял, почему в крепости так легко рождались знаменитости вроде Любови Синявиной. Всё дело в том, что здешняя жизнь была в десятки раз роскошнее, чем та, что была за пределами стен крепости. Здесь не приходилось отбиваться от диких зверей или надрываться на шахтах, таща уголь наверх вёдрами. Достаточно было устроиться на работу и жить без лишних забот.

А беженцы снаружи… они были как рабочие муравьи, кормившие и обслуживавшие сотни тысяч "королевских" жителей крепости. Всё, как и везде. С другой стороны, лишние рты тоже пусть и плохо, но пристраивали к делу. Были бы они реально нужны, вряд ли бы так поступали. Не то что у нас специалистов.

Учитель как-то говорил Ярославу, что беженцев у крепости 334 немного. А в других местах их целые поселения: там они выращивали урожай, работали на фабриках, создавали целые колонии, где жили только такие же, как они. Конечно, и эти колонии находились под жёстким контролем могущественных организаций. Кому нужны бунты лишних. Ведь если разобраться, беженцы только на своё обеспечение и работали. Остальное так, чисто развлечение.

И вдруг, среди каменных зданий и зелёных аллей, Ярослав заметил тонкие блестящие полосы, уходящие вдаль.

– Это что ещё за рельсы? – удивился он.

– Это трамвайные пути, – пояснила Ульяна. – Жители крепости каждый день ездят на работу на трамваях, а вечером возвращаются домой.

И тут же из глубины улицы донёсся мелодичный звон колокольчика приближающегося трамвая, и весь этот новый мир будто ожил перед глазами Ярослава. Нос другой стороны, было видно, что это ретро и скорее всего такими их не из-за моды выпускали, а общего падения технологий или идифицита высоких технологий. Спутниковые телефоны были, но не у всех, а мире Косого, они должны были стать доступны всем владельцам сотовых телефонов, пусть и не сразу и для начала не так и за дёшево, но, однако.

Грузовик гудел, медленно продвигаясь вперёд по улицам крепости 289. Для Косого ничего необычного не было, хотя всё и уже непривычно, а вот для его спутников всё вокруг казалось новым, непривычным, почти чужим. Каменные дома, вымощенные тротуары, яркие витрины магазинов – всё это ослепляло после долгих месяцев пустоши, где каждый шаг сопровождался страхом и запахом гари. Но вместе с восхищением в груди у Ярослава жила тревога: пустошь становилась всё опаснее. Кто даст гарантию, что однажды и здесь, в крепости, земля не содрогнётся от катастрофы, подобной той, что разрушила крепость 334?

Однако сами жители словно не задумывались об этом. Они шли по своим делам – кто с авоськой свежего хлеба, от которого тянуло тёплым ароматом, кто с ребёнком за руку. Казалось, будто беды не существовало вовсе. Всё, что выходило за стены крепости, было заботой Консорциума, а не простых людей. И если однажды катастрофа всё-таки придёт, эти жители не продержатся в пустоши и недели.

Лёшка, сидевший рядом, не мог наглядеться на всё вокруг. Его глаза бегали от витрин к прохожим, от ярких вывесок к зелёным газонам. Ничего, скоро привыкнет, глаз замылится и перестанет таращиться на всё подряд. Но вскоре он заметил, что на него посматривают люди – аккуратные горожане, в чистой одежде, с ухоженными лицами. В их взглядах мелькало странное смешение – жалость и брезгливость. Они словно думали: "Вот бедолага, беженец, грязный и потерянный".

Сначала Лёшка сиял от любопытства, но постепенно его улыбка погасла. Он съёжился, откинулся назад и замолчал. Он и Ярослав никогда не считали себя несчастными, никогда не нуждались в жалости. Жили, как умели, и гордились тем, что выжили.

– Брат, может, ну его, вернёмся в город? – тихо спросил он.

– Да брось ты, – отмахнулся Ярослав. Он выдержал паузу, потом твёрдо добавил: – Если уж совсем не сможем привыкнуть к жизни тут, то сделаю всё, чтобы мы снова жили вне крепости.

– Ладно, – улыбнулся Лёшка, словно снова поверил в его слова.

Ярослав обернулся к Ульяне и её ученикам:

– А какие у вас планы?

У него и Лёшки проблем с деньгами пока не было – в нучке лежало золото, каменья разные юверка и серебро, пусть и не такое вострепованое, да и старик Ван приволок лекарства, которые легко обменивались на твёрдую валюту. Вдобавок они даже выторговали магазин у Ланского – вместе с условиями проживания. На первое время хватало. Но вот что делать Ульяне с её ребятами?

Вопрос застал её врасплох. Она нахмурилась: выбора, по сути, не было.

Антон вдруг улыбнулся и уверенно сказал:

– Не беспокойтесь. Мы устроим всё так, чтобы вы попали в школу, как только получите документы. Ульяна снова сможет преподавать, а ваши ученики продолжат учёбу. Если раньше жили в школьном общежитии, получите ещё и субсидии. Жить будет на что, не волнуйтесь.

– У вас тут все такие добрые? – искренне удивился Ярослав.

– Это не доброта, – покачал головой Антон. – Просто мы прошли через смертельную передрягу вместе. Теперь мы товарищи. Консорциум Потанина не настолько мелочен, чтобы отказывать в такой малости.

– Но крепость же под Сечиным? – вмешался старик Ван. – Тут ваши слова что-то значат?

Антон ухмыльнулся:

– Из-за таких пустяков Сечин не станет портить отношения с нами. Между корпорациями всё просто: нет конфликта интересов – все сохраняют дружбу.

Ярослав сразу понял: для Консорциума это мелочь. Устроить нескольких человек в школу – проще простого.

– А сколько платят ученикам субсидий? – спросил он.

– Около четырёх с половиной тысяч рублей, – неуверенно ответил Антон. – В каждой крепости свои правила, но этих денег хватает на жизнь.

Ярослав расплылся в широкой улыбке:

– Мы с Лёшкой тоже в школу пойдём! Дело не в деньгах – жаждем знаний!

Антон остолбенел и уставился на него.

– Погоди…, – Ярослав оживился ещё больше. – Не только мы! Старик Ван, Даун, Лариска, Чудило – все шестеро тоже хотят учиться!

Антон ошарашенно уставился на седого Вана, и в его глазах ясно читалось: "Да ему ж под пятьдесят! Ты серьёзно? Это уже за гранью стыда!"

Даже старик Ван, казалось, растерялся от такого заявления.