Чтение онлайн

— Что здесь происходит?

— А что должно происходить на свалке? — Он небрежно махнул рукой, указывая на святящиеся кристаллы, на бормочущего человека с паяльником. — Распад. И пересборка. Реальность здесь повреждена. Сервер, который пытались запустить, не взорвался материей. Он взорвался… концепцией. Идеей реальности без центрального управления. Теперь здесь законы физики — это предложения, а не приказы. Магия течёт, как захочет. Время… сбоит. Видел Хроно-Ворота?

Он указал на один из проёмов, ведущих в туннель. Вокруг него воздух дрожал, как над раскалённым асфальтом.

— Шагнёшь туда — можешь выйти через минуту. А можешь — через десять лет. Или в прошлый вторник. Никто не знает.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Происходящее здесь было хуже, чем я мог представить.

— И как вы здесь… живете?

— Кто-то сходит с ума, — инженер кивнул в сторону программистки. — Кто-то пытается наладить этот бардак, — он равнодушно взглянул на человека с паяльником. — Кто-то, вроде меня, просто… существует. Наблюдает и ждёт.

— Чего?

— Пока Система не решит, что пора почистить и свалку. Или… пока не появится кто-то, кто сможет этим бардаком управлять. Не навязывать новые правила, а… направлять естественный хаос. — Он пристально посмотрел на меня. Затем на мою руку. — От тебя странно пахнет. Ты не просто беженец. Ты инструмент. Какова твоя функция?

В этот момент с другого конца платформы донёсся яростный крик и треск.

Мы обернулись. Из одного из туннелей выползало… нечто. Это не был Валидатор. Это было что-то органичное и техногенное одновременно. Комок переплетённых проводов, трубок и биоподобной плоти, светящейся изнутри аномальным светом. У него было несколько щупалец-манипуляторов, и одно из них сжимало полуразрушенный автомат по продаже напитков, высасывая из него какие-то энергетические соки. Мусорный элементаль — существо, порождённое самой свалкой, из обломков и избыточной дикой маны.

Оно было не особо агрессивным, просто… голодным. И оно шло прямо на бормочущего человека с паяльником, который, увлечённый своей работой, его не замечал.

Инженер вздохнул и развёл руками.

— Очередной инцидент. Ничего не поделаешь. Придётся отвлекать…

Но я уже не слушал. Мой шрам проснулся. Не яростным голодом, как на «заражённого». Это был чистый, почти научный интерес. Существо было ходячей, дышащей аномалией. Концентратом глючной реальности.

Инженер что-то крикнул, кидая в элементаля обломок кирпича. Тот медленно развернулся, издав булькающий звук. Щупальце с автоматом поднялось, нацеливаясь на инженера.

Я шагнул вперёд. Не как герой. Я никогда им не был. Скорее, как исследователь.

Я поднял левую руку, не скрывая её. Шрам уже светился ровным синим светом, реагируя на близость дикой маны. Я не знал, что делать. Но шрам — знал. Он тянулся к этому хаосу, как к родственной стихии.

Элементаль двигался. Медленно. Непредсказуемо. Я — тоже.

Направив ладонь на сгусток энергии, я не стал пытаться его «взломать» или «поглотить». Вместо этого я сделал то, что делал с камушком в своей мастерской. Искал несоответствие. В этом живом комке глюков должен быть слабый шов, точка напряжения…

И я её нашёл. Там, где пучок проводов входил в биоплоть, данные о «материале» и «функции» конфликтовали. Код гласил: MATERIAL: COPPER_WIRE и FUNCTION: NERVE_IMPULSE (материал: медные провода, функция: нервный импульс), но параметр CONDUCTIVITY (проводимость) был установлен в ZERO (ноль).

Опечатка. Баг. В самом сердце этого существа.

Я не стал её исправлять. Только усилил. Мысленно выделив это противоречие, я увеличил его значение до критического.

Элементаль замер. Его щупальца дёрнулись. Внутри светящегося тела вспыхнула яркая искра именно в том месте, на которое я смотрел. Раздался звук короткого замыкания.

Существо издало визгливый, цифровой писк, но не рассыпалось. Оно… перезагрузилось. Щупальца опали, свет внутри него померк, а затем загорелся снова, но теперь ровным, спокойным жёлтым светом. Элементаль медленно, неуверенно развернулся и пополз обратно в туннель, на ходу выронив раздавленный автомат. Теперь он выглядел не голодным хищником, а словно уставшим, сонным животным.

Вспышка яркого света, взявшаяся из ниоткуда, озарила меня. Это случилось впервые. Я получил уровень…

На платформе воцарилась тишина. Бормочущий человек наконец оторвался от своей работы и тупо посмотрел на меня. Программистка на секунду подняла взгляд. Инженер таращился на меня так, будто я только что оживил мёртвый пиксель.

— Что… что ты сделал? — тихо спросил он.

— Я указал ему на его собственную ошибку, — так же тихо ответил я, опуская руку. Шрам потихоньку гас, оставляя приятное, тёплое покалывание и удовлетворение после удачно решённой сложной задачи. — Кажется, он со мной согласился и ушёл.

Инженер медленно подошёл ближе. Его усталый взгляд теперь горел невероятным интересом.

— Ты не инструмент, — сказал он. — Ты… отладчик. Настоящий. Тот, кто может говорить на языке сбоев!

— Мне просто нужно спрятаться, — повторил я, но теперь в моём голосе уже не было отчаяния.

— Спрятаться? — Инженер рассмеялся. — Друг мой. Ты только что нашёл не укрытие. Ты нашёл полигон. И, кажется, ты нашёл первую работу. Здесь полно таких… «ошибок». И некоторые из них куда опаснее этого милого комка проводов. Если ты хочешь выжить — тебе придётся с ними разбираться. А если разберёшься… может, найдёшь и то, что ищешь.

Он протянул руку, указывая вглубь Глюк-Тауна, на мерцающие в странном свете тоннели и руины.

— Добро пожаловать на свалку реальности, друг. Попробуй здесь не сойти с ума. И не стать частью пейзажа.

Я посмотрел на угасающий шрам, потом на таинственные, пугающие тоннели передо мной. Тревога никуда не делась. Но к ней добавилось любопытство.

В этом царстве багов я был не мишенью, а специалистом. Пусть и единственным в своём роде.

Глюк-Таун принял меня. Теперь предстояло выяснить, смогу ли я принять его.

Время в Глюк-Тауне текло не по спирали и не скачками.

Солнца не было, но «дневные» циклы задавали пульсирующие кристаллы на сводах. В периоды «света» аномалии были активнее, но и жители свалки выползали из своих нор. В «темноте» всё замирало, и только эхо странных звуков гуляло по тоннелям.

Инженера, как выяснилось, звали Гектор. Он стал моим… гидом. И первым заказчиком.

— В восточном тоннеле, где раньше находились мастерские, поселилась одна мерзость, — сказал он на второй мой «день», протягивая чашку чего-то тёплого и горького, что он называл «стабильным чаем». — Не агрессивная. Но она ест провода. А провода — это кровь Тауна. По ним течёт остаточная энергия от кристаллов. Без них гаснет свет, замирают насосы, откачивающие грунтовые воды. Нам нужны провода.